Жанр: Русская Классика » Леонид Нетребо » Рассказы (страница 12)


Ничего не менялось тысячу лет..."

-- Анна, подожди, можно дальше я? Вот так:

"...Ничего не менялось тысячу лет, пока не прилетел ты, Ржавый кулик..."

Когда Пангоды заснули, Кулик открыл глаза и обнаружил себя на пустыре среди кирпичных и бетонных новостроек. Он осторожно расправил ржавые крылья и тут же сложил их. Потрогал клювом застоявшиеся ноги, потоптался на месте. Присел и, почти не применяя крыльев, запрыгнул на плоскую крышу пятиэтажного дома.

Повернул голову на восток, в сторону центральной свалки. Как всегда, там маячил темный силуэт. Свалка вырастала вместе с поселком. Вместе со свалкой рос Черный ворон, он уже доставал Кулику до колена. И с каждым годом становился все наглее. Вот и сейчас -- делает вид, что не замечает Хозяина, что ничего его в жизни не интересует, кроме мусора: разгребает лапами рыхлые кучи, перекладывает клювом с места на место ящики, коробки, бутылки. Но Кулик знает, что Ворон все видит, всем интересуется, ждет. Мерзкая тварь, -в очередной раз заключил Кулик и мягко спрыгнул на землю.

Перешагивая через деревянные двухэтажки, дошел до старого центра поселка.

Что-то нужно делать. Уже несколько лет дует новый беспокойный ветер, сны стали тревожными, а пробуждения безрадостными.

Он вытянул клюв и склевал звезды на исполкомовском флаге, прислушался. Из-под обшарпанного общежития выскочил таракан. Кулик нагнулся к нему, таракан успел спрятаться.

Приближалось утро, глаза слипались. Кулик решил спать здесь же, никуда не уходя. Проваливаясь во мрак, он видел себя то давно сгоревшим общежитием, то зэковским бараком, то поселковым кладбищем... Он опять открыл глаза, огляделся, ища покоя.

Рядом жил парк, ровесник поселка. Деревья росли так медленно, что за двадцать лет с тех пор, как их посадили, они только перестали быть похожими на кусты. Но это обстоятельство никогда не огорчало Кулика, потому что оно было вполне согласно с природой болота, на котором жил теперь он, Ржавый кулик.

Он зашел в парк, примостился у самой высокой лиственницы и сразу же заснул. Уже через минуту большое прозрачное пространство в центре парка затянулось, заполнилось обычным утренним воздухом -- смесью дизельной дымки с легким рассветным туманом.

Наш "Камаз" вытащили только на рассвете. Когда я проснулся, он уже стоял на возвышенности с работающим двигателем.

Борька, довольно урча, умывался около того места, где недавно безнадежно покоились колеса машины.

-- Привет, спящая красавица! Куда девчонку девал, признавайся? -- Он хитро улыбался и заговорщицки двигал мокрыми бровями. -- Ничего девчонка, а? Ты чего такой кислый? Ну, ладно, уговорил, жене не расскажу. Нет, правда, случилось что? -- Он перестал смеяться.

-- Случилось, -- я закончил умываться и пошел к машине. Представил, как Борька обиженно смотрит мне в спину, обернулся, постарался улыбнуться:

-- На день рождения сына опоздал... Парню шестнадцать лет, представляешь? А я опоздал. Поехали?

Леонид Нетребо. Черный доктор

-----------------

Изд: альманах "Окно на север", Екатеринбург, 1997 -----------------

Живу я в Сибири, а отдыхать езжу, как и полагается, на Юг. В нынешний сезон заключительный этап отпуска, обратная дорога, проходил транзитом через город, в котором проживает мой армейский друг Михаил Ряженкин. Я решил воспользоваться случаем и порадовать приятеля сюрпризом -- собственной персоной. Будучи уверенным, что доставлю себе и ему немалое удовольствие. Приехав в названный город рано утром, я позвонил с вокзала. Мишка обрадовался, объяснил как к нему добраться. Признаться, в мечтаниях о первых минутах моего неожиданного появления здесь, следовали другие слова: подожди, не беспокойся, примчу за тобой на машине. Но, видно, колесами Мишка еще не обзавелся. А пора бы, ведь прошло уже семь лет со дня начала вольной самостоятельной жизни.

Сам я скопил немного денег и год назад приобрел подержанную "шестерку", которой вполне хватает для моей пока небольшой ячейки общества -- мы с женой и трехлетняя дочка. С момента, как у меня появился личный автомобиль, я, к моему стыду, стал относиться к "безлошадной" части народа несколько снисходительно. Что касается Мишки, то здесь ощущения особые. Ведь я ожидал его увидеть в полной гармонии с той перспективой, которую он уверенно рисовал для себя в армии: коттедж в престижном береговом районе, катерок на речной пристани, машина-иномарка, белокурая длинноногая супруга из породы фотомодель... Крутой бизнес. Приемы, презентации и прочее. Я стал догадываться, что между теми грезами и реальностью -- как между землей и небом. Но, в конце концов, это ничего не меняло: Мишка есть Мишка, и я приехал к другу, а не к супермену.

Поклажи немного -- чемодан гостинцев для семьи и канистра с вином "Черный доктор", который я, соблазненный необычным названием, вез от южных виноградарей сибирским нефтяникам -- моим коллегам по работе. Подарок бригаде получался весьма оригинальный. В прямом и переносном смысле -сногсшибательный. И я этим заранее гордился, представляя удивленно-радостные, уставшие от плохой дешевой водки лица своих друзей. Чемодан сдал в камеру хранения. Канистру, от греха подальше, решил оставить при себе. Вес немаленький, двадцать литров плюс сама металлическая емкость, но ничего. Конечно, придется угостить Мишку. Но я полагал, что до завтрашнего утра, когда отправляется мой

следующий поезд, много мы с ним не выпьем. Тем более, что прямо на вокзале, больше для гарантии сохранения "Черного доктора", нежели для презента, я на весь остаток отпускных денег прикупил ноль семь "Смирновской". Мишка до утра не даст помереть с голоду, а билет уже в кармане.

Оказалось, Мишкины апартаменты -- комната в малосемейке, удобства в коридоре. Перечень остальных измеримых достоинств моего друга на данный момент -- телефон, чистый паспорт... Сам Мишка -- верзила двухметрового роста, параметры баскетболиста. Тронутый ранней сединой, подернутый мужественными морщинами, потасканный женщинами. Я пошутил, что если через пару десятков лет ему обзавестись стареньким дорожным велосипедом и назвать его Росинант, то из Дон Жуана получится вполне современный Дон Кихот. Сам я сошел бы для роли Санчо Пансо, но мне некогда... Правда, для полноценного рыцарства нужно еще и свихнуться на женщинах, что, впрочем, с убежденными холостяками весьма нередко приключается.

-- Сам знаю, что пора жениться, -- оценил мою наблюдательность и витиеватое красноречие, рожденное радостью встречи, Мишка, -- да все некогда. А если серьезно -- что-то я перестал разбираться в женщинах. Чем больше с ними сплю, тем больше они сливаются в одно, вернее, в одну. Знаю, на что "она" способна, чего хочет... Не смейся. Быть уверенным, это и значит -- не понимать. Философия. Сам ты, небось, как встретил, так и женился? Я этот момент упустил -- когда ничего не понимаешь. -- Он рассмеялся, не давая себе сойти на серьезный тон, что для нашего с ним общения было нетипичным. -- Короче, как это, оказывается, скучно -- все знать. Откупоривай!...

-- ...Вот так, значит, бизнес мой и не удался. Та стерва тут же отнырнула к своему первому -- разбогател. И ведь знал, что не я ей нужен, а то, что у меня было. А все же держал возле себя, как красивую игрушку. Что поделаешь, друган, я не обижаюсь, это ведь соль жизни -- расчет. Основа порядка в мире. Иначе -- хаос. Ладно, ладно, о присутствующих не говорю. Но... не дай бог тебе обеднеть. Короче, долги отдал, купил эту клетушку. Пока ничем не занимаюсь, наелся, да и стимула нет, -- закончил Мишка рассказ о послеармейских перипетиях. -- Наливай!...

Я был не согласен с Мишкой. Стал рассказывать ему, что мы с моей будущей женой представляли из себя, когда решили расписаться, -- голы, как соколы. Уж какой там расчет! Он перебил, довольно тонко дав понять, что мир, конечно не без дураков, встречаются "экспонаты":

-- Кстати, неделю назад на одной вечеринке познакомился с одной подругой: во!... Все при всем. Сидим рядом. Я клинья подбиваю, она только слушает, не успевает слово сказать, -- ты же меня знаешь, если я заведусь... В общем, все по нормальной схеме. Танцуем... Тут, сам понимаешь, следующая фаза, ближе к телу -- ближе к делу, когда подруга обязана любым способом дать знать -- да или мимо денег... Ты знаешь -- ни то, ни второе! Башку задрала, в глаза смотрит, как будто стенгазету читает. Что я запомнил, -вздохнула и говорит: "Эх, Миша, вам нужен доктор..." И все, слиняла куда-то. И там, на этом сабантуе, и после у друзей моих, хозяев, спрашиваю, кто такая? А они мне, как попугаи: ты о ком? не знаем. Ты о ком?? Не знаем!!!.... Я им говорю: у вас тут что, в самом деле, в конце концов, -кто попало, что ли, заходит-выходит?... Полнейший проходной двор! Ну, это, конечно, не мое дело, что я действительно... Да по мне, конечно, и черт бы с ней, но вот чисто спортивный интерес: дура или фригидная?...

-- ...Такая, знаешь... Ну, словом, сам знаешь, -- во! И смуглая, как мулатка. Буквально черная. А волосы... Ну ворон! Смоляные. Серафима, кажется...

Я предположил, не влюбился ли мой армейский друг Мишка?

-- Да ты что!... -- он смешно замахал на меня безобразными великанскими ладонями с разбухшими в суставах пальцами, фрагмент из фильма ужасов. -Хорошо, что напомнил. Сейчас к подругам поедем.

Я запротестовал, сказал, что не сдвинусь с места. А если Мишка их приведет сюда, то выпрыгну в окно. Из чего мой друг еще раз заключил, что мир не без дураков.

-- Ладно. Я пошутил. Вообще-то у меня уже все запланировано с того момента, как ты позвонил. Сейчас едем к одной близкой подруге. У нее квартира как раз возле вокзала. Там и посидим по-человечески. Ванну примешь. Утром проводим к поезду. Идет?

Я обрадовался перспективе поесть по-человечески -- у Мишки ничего не было, водку мы больше занюхивали, чем заедали.

Он позвонил по телефону:

-- Ирэн! Все по прежнему плану. Минус подруга. Так надо, подробности письмом. Свистай ключ, и вниз. Мы идем. -- Бросил трубку, пояснил: -- Ирэн. Живет с родителями. Они для нее квартиру держат. Пустую. Условие: выйдешь замуж -- ключи твои. Нет -- сиди рядом. Из доверия вышла. Собирайся, канистру не забудь.

Еще бы я забыл канистру...

По дороге попытался уточнить относительно доверия, из которого вышла Мишкина знакомая. Мишка отмахнулся, лишь коротко охарактеризовав родителей Ирэн: держиморды.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать