Жанр: Боевики » Марина Воронина » У смерти женское лицо (страница 58)


Она добралась до «Омикрона» в начале второго и с мрачным удовлетворением отметила, что «Мерседес» Щукина уже стоит на своем обычном месте. Рядом с ним нелепо желтел «жучок» Гоши, казавшийся на фоне длинного сверкающего «мерса» чьей-то неуместной шуткой. Вспомнив о Гоше, Катя вздохнула — толстяк был одним из немногих, с кем ей жаль было расставаться. «Интересно, — подумала она, — насколько он осведомлен о делах своего шефа? Впрочем, Гошу, похоже, сроду не интересовало ничего, кроме его „священных коров“, и в этом ему можно было только позавидовать».

На ступеньках крыльца Катя ненадолго задержалась. Входить не хотелось, а хотелось, наоборот, развернуться и бежать отсюда со всех ног, пока двери не распахнулись сами собой и оттуда не посыпались вооруженные охранники, посланные Щукиным для организации торжественной встречи. Ей вдруг вспомнился день, когда Лизка Коновалова привела ее сюда. Казалось, что с тех пор прошли годы, и даже самое имя ее самозваной подруги потускнело и наполовину стерлось из памяти. «Это была случайность, не имеющая к тебе никакого отношения», — кажется, именно так выразился Щукин, когда она заговорила с ним о гибели Лизки. Так ли? Впрочем, сейчас это уже не имело значения — все, что случилось потом, имело самое прямое отношение к судьбе Кати Скворцовой, и обстоятельства того, казавшегося теперь удаленным на столетия, расстрела больше не представляли для нее интереса. Очередной круг этой кровавой карусели подходил к концу, а у Кати болела нога, делая ее походку похожей на развалистый шаг моряка, сошедшего на берег после долгого странствия по бурным водам, и уходила в пятки душа... И еще, между прочим, с ужасом поняла Катя, ей срочно нужно было кое-куда заглянуть — все-таки, отправляясь на такое опасное дело, не следовало наливаться пивом. «Ай-яй-яй, — с раскаянием подумала она, — вот так номер! Очень драматическое явление может получиться. Этакий ангел мщения в обмоченных штанишках... В Голову даже стрелять не придется — помрет со смеху».

Последнее обстоятельство заставило ее сдвинуться с места и потянуть на себя тяжелую стеклянную пластину двери. Сверкающее фотохромное покрытие отразило Катино бледное лицо, и знакомая прохлада просторного вестибюля приняла ее в свои объятия, пробудив в душе что-то вроде ностальгии. Это место довольно долго служило ей домом. Собственно, в каком-то смысле оно и было для нее домом и продолжало оставаться им, несмотря ни на что: нигде нас не предают так часто и с таким знанием дела, как дома, потому что предать можно только близкого человека, который тебе доверяет. Чужого человека просто обманывают, а если он при этом чувствует себя преданным... что ж, это его проблемы. Возможно, он просто дурак.

В вестибюле никого не было. Среди дня в клубе царило полное затишье, и Щукин смотрел на отсутствие охранников на входе сквозь пальцы, лишь бы те всегда находились под рукой. Не тратя времени даром, Катя устремилась в женский туалет и заперлась в одной из кабинок, на всякий случай вынув из сумки пистолет и сняв его с предохранителя. Пристраиваясь по своим делам с этой здоровенной пушкой в руке, она невесело улыбнулась — не такую ли ситуацию она в шутку предсказала себе всего лишь час назад? Смех смехом, но в клубе «Омикрон» она предпочитала держать оружие наготове.

Зажав пистолет под мышкой, она затягивала молнию на слишком узких, как она любила, джинсах, когда дверь туалета, тихонько стукнув, распахнулась, и в умывальном отделении раздались осторожные, крадущиеся шаги. Катя замерла, перестав даже дышать. Посетительницы этого заведения ходили не так — их каблуки выбивали уверенную, звонкую дробь по кафелю. И потом, откуда в это время взяться посетительнице? Уборщица? Те вечно громыхают своими ведрами и шаркают вениками и, уж во всяком случае, Кате ни разу не встречалась уборщица, которая передвигалась бы по женскому туалету на цыпочках. Кроме того, туалет был девственно чист.

Все это могло означать только то, что Катю заметили, когда она торчала на крыльце, как последняя

дура, и человек, вошедший в туалет, явился за ней...

Катя быстро огляделась. Стены кабинки, слава Богу, доходили до самого пола, так что ей не нужно было искать, на что бы вскарабкаться, чтобы посланный за ней убийца — а она не сомневалась в том, что, едва обнаружив, ее попытаются убить на месте, — не смог увидеть ее ноги, заглянув в щель под дверью. Она перевела дыхание и встала в более свободной позе, направив ствол пистолета на дверь, готовая выстрелить в тот момент, когда она откроется. На лице ее застыло каменное выражение отчаянной решимости, она чувствовала это по тому, с какой силой сжимались ее зубы. Она попыталась расслабиться, но челюсти не слушались, словно сведенные судорогой, и Катя махнула на это рукой — у нее сейчас были дела поважнее, чем восстановление контроля над собственной мимикой.

Шаги преследователя раздались совсем рядом, и Катя услышала, как открылась и снова закрылась дверь соседней кабинки. В последний момент она вдруг передумала и бесшумно переменила позицию, притаившись за дверью и занеся для удара руку с зажатым в ней пистолетом — трупы не говорят, а ей не мешало бы немного пообщаться с кем-нибудь, чтобы разобраться в обстановке.

Дверь ее кабинки осторожно приоткрылась. Катя ждала, сжимая пистолет в разом вспотевшей ладони и уже почти жалея о том, что раздумала стрелять. Ее вдруг осенила совершенно дикая идея: а что, если этот умник окажется в каске? Каска, конечно, чушь, но даже обыкновенная кепка могла смешать Катины карты, смягчив удар, — Е. Скворцова, она же Е. И. Воробей — это все-таки не Геракл какой-нибудь...

Что-то, по всей видимости, насторожило преследователя: он все стоял на пороге кабинки, скрытый от Кати дверным полотном, и издавал странные звуки. Кате на секунду показалось, что он плачет, но она тут же поняла свою ошибку — это едва слышное сопение означало, что убийца осторожно принюхивался.

«Вот же черт, — подумала она, я и не знала, что на службе у Головы состоят такие звери. Это же надо — нюхает! Ну, ясное дело: я недавно приняла ванну — шампунь там, душистое мыло... Идиотка! И потом, не надо забывать, чем я тут занималась минуту назад. Это, между прочим, тоже пахнет, и посильнее, чем шампунь. Вот тебе твое пиво, сучка!»

Все эти мысли пронеслись в ее мозгу за доли секунды, а потом она увидела, как из-за края дверного полотна медленно, осторожно выдвигается темноволосая макушка, и со всего размаха опустила на нее рукоятку тяжелого пистолета в тот самый момент, когда человек начал оборачиваться, чтобы посмотреть, не прячется ли кто-нибудь за дверью.

Человек тяжело упал на колени, словно бык, получивший удар обухом, и повалился вперед, нежно обхватив руками унитаз. Катя смотрела на него и не могла поверить, что ухитрилась одним-единственным ударом свалить с ног эту гору мяса — у человека было телосложение борца или штангиста и рост под два метра.

Катя осторожно ткнула его носком кроссовка под ребра, но человек не прореагировал. Видимо, напуганная собственными фантазиями про каски и прочие головные уборы, она ударила его слишком сильно. Впрочем, могло случиться и так, что он хитрил, и поэтому Катя, одной рукой неловко переворачивая его на спину, другой держала пистолет в сантиметре от головы своей жертвы. Эта тихая, но упорная возня заняла некоторое время, зато результат превзошел все ожидания. Взглянув в лицо этому человеку, Катя отшатнулась и обессиленно привалилась спиной к перегородке. С губ ее сорвался тихий истеричный смешок, который тут же замер, уступив место выражению полного недоумения и испуга.

Она наконец-то встретила старого знакомого, причем там, где этого меньше всего можно было ожидать.

Так, по крайней мере, казалось Кате.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать