Жанр: Современные Любовные Романы » Мэгги Дэвис » Шалая любовь моя (страница 10)


— Собак надо воспитывать, даже в городских условиях, — гнусаво заявил университетский хлыщ; гласные выскакивали из его рта, будто сухие бобы. — Я то и дело твержу Кэнди-кейн об этом.

— Разумеется, — поддержала его Лейси, когда доберман издал злобное рычание. — Кэнди, я даже не знаю, смогу ли я. Понимаешь, сегодня вечером я ужасно занята. Мне надо… мне надо… мне надо поработать над рекламой для одного фабриканта! — воскликнула она в порыве внезапного вдохновения. — Почему бы вам с Поттси не взять Тошнилку с собой на Бродвей?

— Реклама? — заинтересовался огромный кавалер Кэнди, забыв о страхе перед привычками добермана и подступая еще ближе. — Очень любопытно. Ведь моя степень магистра касается прежде всего сферы общественной информации.

— Боже мой, Лейси, неужто ты теперь в прессе? — удивилась Кэнди. — А я-то думала, ты просто получила работу в «Капризе»!

— Так и есть, — пропыхтела Лейси, удерживая коленом содрогающегося в конвульсиях Тошнилку. — На самом деле я вовсе не занимаюсь рекламой для мистера Фишмана. Я… э-э… подыскиваю кого-нибудь, кто займется его делами. Ему нужно… э-э… устроить показ мод в ресторане или отеле, — выдавила из себя Лейси, отодвигая ногу подальше от слюнявой пасти Тошнилки. — Да, ну, может, устроить пресс-конференцию. Мистер Фишман выставляет весьма многообещающую коллекцию в стиле диско.

Не успела Лейси настоять на том, чтобы Кэнди увела домой своего добермана, пока он еще не проявил себя во всей красе, как тот же гнусавый бас сообщил:

— Пресс-конференции — моя истинная теtiet[3], драгая лейди.

— У него нет средств, — воскликнула Лейси. — А у нее самой хватает осложнений и без моделей с магистерской степенью по общественной информации. Придется из двух зол выбрать меньшее.

Изнуренный доберман вдруг рухнул на пол и перекатился на спину.

— Ладно, пусть Тошнилка останется на ночь, только утром сразу его забери.

Слишком поздно. Гарвардский образчик мужской красоты уперся в дверь Лейси огромной ладонью, способной вместить футбольный шлем, как детский леденец.

— Драгая лейди, — зарокотал он, — средства не проблема, когда к делу приложит руку истинный творец. Имеется ли у мистера Фишмана адрес, по каковому я могу его отыскать?

— У него ни гроша! — выкрикнула Лейси. Тошнилка закрыл глаза, вытянул все четыре лапы и довольно убедительно изобразил предсмертный хрип. — Ой, Кэнди, ты и твой пес… Нет денег! — еще громче сказала она, глядя прямо в голубые глаза Гаррисона Солтстоунстолла Поттса IV. — Я имею в виду, что вам не оплатят работу, слышите?

Лицо красавца расплылось в радушной улыбке.

— Четко и ясно, драгая лейди, — произнес он с бостонским акцентом. — К счастью, я располагаю кое-какими собственными доходами.

6

Под скромными собственными доходами гарвардское дарование по части общественной информации подразумевал приблизительно сто тридцать миллионов долларов, доверенных Бостонскому банку. Так что Гаррисон Солтстоунстолл Поттс IV действительно может считать свой диплом «приложением руки истинного творца». Лейси не без изумления узнала, что Поттси повидался с Ирвингом Фишманом, и фирма «Платья и элегантная спортивная одежда братьев Фишман» предоставила ему все полномочия по своей коллекции диско.

— Что твой чокнутый кавалер наобещал бедному мистеру Фишману? — с упреком обратилась Лейси к подруге. — Ты разве не знаешь, что я не имею права заниматься подобными делами? Я не консультант по стилю, я журналистка. Мне не полагается натравливать холеных моделей-миллионеров на тех, кого я интервьюирую! Это связано с риском лишиться рабочего места.

— Поттси не позволит, чтобы такое случилось, — с укором возразила рыжая Кэнди. — Он тогда просто откупит журнал. Поттси вполне серьезно хочет заняться издательским делом, поскольку это та же общественная информация. Он даже сейчас работает над романом.

— Издательским делом? Пишет роман? — У Лейси вырвался сдавленный вопль. — Ну, теперь я уверена, что попала в беду!

На следующее же утро Лейси поспешила выложить Джемми Хэтуорт всю историю о рекламе коллекции диско братьев Фишман и как в нее впутался Гаррисон Солтстоунстолл Поттс IV. К великому облегчению Лейси, Джемми даже отложила важный разговор, чтобы внимательно выслушать ее.

— Он жутчайший пресс-атташе на свете, — созналась Лейси, радуясь, что нашла жилетку, чтобы поплакать, хоть эта жилетка и принадлежит ее непосредственному начальству. — Я боюсь потерять работу, она значит для меня куда больше, чем это можно выразить словами. Но именно я во всем виновата, — честно добавила Лейси. — Порой мне кажется, что я сумасшедшая, раз не могу держать рот на замке, когда это необходимо.

— Ты не потеряешь работу, — заверила ее Джемми. — Что уж такого ужасного учудил этот тип, детка? Начни с начала.

— Я хочу сказать, — вздохнула Лейси, — о модели, живущем в мансарде в Сохо с двумя помешанными художниками, который позирует им в свободное время вместо платы за квартиру. Что с того, что он миллионер, единственное заведение, куда он водит Кэнди, — это Музей естественных наук в дни бесплатного посещения и на Центральный вокзал, чтобы посмотреть биржевые сводки на большом экране.

— Так, — задумчиво произнесла Джемми. — Продолжай, продолжай.

— Это из-за меня Поттси впутался в это дело. — Лейси подсознательно ощутила чувство вины. Она с волнением вспомнила о том, что случилось в некоем гостиничном баре на западе всего пару недель назад благодаря ее способности сразу говорить все, что взбредет в голову. — Порой мне кажется, что я должна пройти школу антисамоуверенности, которая учит быть необщительной и робкой.

Джемми Хэтуорт лишь улыбнулась.

— Так, значит, это в твою голову пришла светлая идея для Ирвинга Фишмана о новой коллекции диско? Сегодня мы получили тонну пресс-релизов о ней. Ладно, тут творились вещи и похуже. — Она помолчала. — Я бы сказала, что именно, но не хочу тебя поощрять.

Лейси снова вздохнула, отнюдь не чувствуя себя поощренной.

— Я понимаю, что с моей стороны это было своего рода нарушением профессиональной этики. Мне не следовало давать никаких консультаций по стилю, но мистер Фишман так носился со своими тряпками, что я тоже увлеклась этим. И тогда мне просто вспомнилось, как поступают пресс-атташе, когда зависают с каким-нибудь хламом. Они устраивают большой рекламный прием — со щедрым угощением, с приглашением средств массовой информации, а модели в коротеньких платьицах раздают пресс-релизы. Но я вовсе не думала, что этим должен будет заниматься Гаррисон Солтстоунстолл Поттс IV!

Лейси, поставив локти на стол Джемми Хэтуорт, заваленный мартовскими гранками «Каприза», подперла ладонями щеки и продолжила:

— На самом деле я была уверена, что, увидев Поттси, мистер Фишман откажет ему в проведении рекламной кампании, и на том все закончится. Однако, к несчастью, мистер Фишман вспомнил, что пару лет назад Поттси играл на переднем крае Гарварда, и

теперь считает меня гениальной за то, что я нашла его!

— Да, дело несколько запутанное, — согласилась Джемми. — Итак, твоя подруга, торнто-новская модель, в то же время и подруга вольного «художника» от общественной информации, который заявился к Ирвингу Фишману и предложил провести рекламную кампанию? А вдобавок к тому, что ты уговорила Ирвинга Фишмана на демонстрацию коллекции диско, он еще загорелся идеей грандиозной рекламы, подкинутой ему этим психом из Гарварда?

— Тогда мне это казалось хорошей идеей. — Лейси съежилась. — Когда-то я участвовала в массе рекламно-информационных шоу. Мне приходилось выступать в тигровом бикини и разносить на собраниях акционеров график динамики прибылей-убытков. А еще я порядком поработала на торговых совещаниях в Банни-клубе Атлантик-сити, когда нуждалась в деньгах; ходила в корсете, с кроличьими ушками на голове и читала стишки о хорошем настроении. Но я ни разу не встречала никого похожего на Поттси. Он работает почти бесплатно, потому что считает общественную информацию весьма «творческой» деятельностью!

Джемми Хэтуорт смотрела на Лейси уже более внимательным взглядом. И вдруг спросила:

— Можно тебе задать один вопрос, детка? Ты хоть изредка ходишь на свидания?

— Нет, — ответила Лейси, поморщившись. Эту тему она как раз предпочла бы обойти. — Честное слово, мне не хочется ни на что отвлекаться. Я очень хочу добиться успеха в работе. А почему вы спрашиваете?

Ее собеседница пожала плечами.

— Просто так. Меня озадачивает, откуда берется… вся эта… энергия. — Джемми Хэтуорт сделала какие-то пометки на лежащем перед ней месячном графике местных командировок. Потом, немного поразмыслив, пробормотала: — Мне нравится эта идея, особенно, если будет показ мод и пригласят представителей и обычной, и электронной прессы.

— О, да, — подтвердила Лейси, толком не зная, что затевает Поттси и К°, но догадываясь о кое-каких планах со слов Кэнди. — Несомненно, и те и другие будут приглашены.

— Что ж, кто знает? — вздохнула Джемми. — Быть может, для разнообразия «Капризу» и нужно что-нибудь экзотическое. В прежние времена это называли «оригинальностью». — Не подымая головы, она пододвинула график назначений и записала «Братья Фишман — Кингсли».

— Вы хотите, чтобы я продолжала освещать эту тему?! — спросила Лейси.

— А почему бы и нет? — Джемми Хэтуорт сняла телефонную трубку, чтобы снова связаться с домашними. — Это ведь куда больше, чем доверено любому другому из младших обозревателей, не так ли?


Истинное значение слов ответственного редактора дошло до Лейси минут через пятнадцать, когда она пристроилась у заваленного хламом стола в художественной редакции — совместного достояния младших обозревателей, — чтобы переписать заметку о швейцарских лыжных ботинках с вязаным верхом.

«Я конкурентоспособна», — осознала вдруг Лейси, уставившись на экран компьютера, где было написано, что вязаный верх защищает от снега ваше швейцарское снаряжение. А ведь она всего пару недель работает бок о бок с остальными четырьмя младшими обозревателями — и все они соревнуются за единственную постоянную должность!

Лейси обнаружила, что все младшие обозреватели интересные в разном смысле люди. И сойтись с ними оказалось легко — главным образом потому, что, работая за импровизированным рабочим столом, втиснутым в художественную редакцию, всегда чувствуешь локоть соседа. За компьютером, естественно, приходится работать по очереди. Так что скоро все познакомились с новенькой сотрудницей.

Ариана Локуорт — высокая, худощавая и мрачноватая — специализировалась на истории искусств в колледже Веллсли. По ее собственному признанию, она работает в журналистике мод лишь для того, чтобы разобраться в исследовании влияния исторических и социологических факторов на смену стилей женской одежды.

— Ты имеешь в виду турнюры и широкополые шляпы? — заинтересовалась Лейси. — Они что, отражают настроения женщин того времени?

— Лишь отчасти. Но они отражают отношение общества, что гораздо важнее. Сегодня мы входим в открытый декаданс. — Ариана окинула взглядом розовую облегающую жилетку Лейси, надетую поверх длинной черной водолазки, подчеркивающей грудь, всю фигуру и стремление современных женщин быть доступными. — Помолчав, она добавила глуховатым голосом: — Это умаляет их достоинство.

— Я понимаю, что ты имеешь в виду, — задумчиво произнесла Лейси. С мнением относительно декаданса она определенно согласна; до сих пор у нее бродят в голове воспоминания об ужасном вечернем туалете от Клода Монтана и впечатлении, произведенном в баре Талсы. Двух остальных девушек из группы младших обозревателей мод звали Нэнси и Клоринда. Нэнси была моделью, растратившей себя на мелкие роли в видеоклипах, особенно в массовых сценах «Би-Джиз», а Клоринда оказалась безработной джаз-певицей.

— Джаз возвращается, — чуть воинственно заявила эта холеная негритянская девушка. — Он обязательно вытеснит этот мерзкий рэп-рок.

— А я и не знала, что джаз куда-то уходил, — озадаченно отозвалась Лейси. — Мой отец только его и слушает.

Все девушки единодушно недолюбливали пятого члена группы, Кейта — симпатичного, атлетически сложенного парня, носящего черные костюмы и красные подтяжки. Он занялся журналистикой совсем недавно, после того как его славная карьера на Уолл-стрит безвременно оборвалась из-за биржевого краха.

— Девчонки, не обращайте на меня внимания, — самодовольно заявлял он. — Я вам вовсе не конкурент. Я учусь быть администратором.

Они знали, что Кейт говорит правду. Пока девушки из кожи вон лезут ради единственной постоянной должности, он спокойно и уверенно движется к вершинам руководства. Где, как заметила Нэнси, место лишь для мужчин.

Так что новый поворот событий оказался для Лейси полнейшей неожиданностью; ни на что подобное она и надеяться не смела. Ей даже пришлось ущипнуть себя, чтобы убедиться, что это не сон. С эксклюзивным материалом об успешной рекламной акции «Братьев Фишман» у нее есть шанс написать прекрасную статью, которая сможет пробиться на первые полосы одного из весенних номеров «Каприза». «А после того, как редакционный совет одобрит ее статью, — грезила Лейси, — главный редактор Глория Фарнхэм, естественно, представит ее на соискание ежегодной премии нью-йоркского Института моделей одежды. Она получит первую премию и предложение от „Вог“ перейти работать в „Конде Нэст пабликейшнз“. Или даже в „Нью-Йорк тайме“. Всякое может быть», — мечтала Лейси, и голова ее от счастья шла кругом.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать