Жанр: Современные Любовные Романы » Мэгги Дэвис » Шалая любовь моя (страница 17)


Он лишь молча искоса посмотрел на нее.

«И почему я позволяю Майклу Эскевария так поступать со собой?» — недоумевала Лейси.

«Потому что нуждаешься в работе», — подсказал внутренний голос.

«Вовсе нет, — возразила она. — Не лучше ли искренне признаться себе во всем?»

«Ты мечешься, потому что влюбилась», — с упреком сообщил все тот же внутренний голос.

«Ничего подобного! Не городи вздор. Я ни разу ни в кого не влюблялась!»

«А с чего ты взяла, что если ни в кого не влюблялась, то никогда и не полюбишь?» — продолжал глумиться внутренний голос.

«Да, но не таким же образом! — жалобно откликнулась Лейси. — Майкл Эскевария — жестокий, неумолимый, немилосердный рабовладелец! Ты ведь знаешь, как он ко мне относится! Никогда! Никогда я его не полюблю!»

«Не говори так, — возразил голос. — Ты даже не можешь выбросить его из головы с той самой ночи, когда встретилась с ним! Разве он тебе не снится по ночам? Разве ты не просыпаешься с единственной мыслью снова оказаться в его объятиях, снова ощутить жар его поцелуев?»

Откровенная правда потрясла ее до глубины души.

— Я влюбилась, — пробормотала Лейси, устремив взгляд широко открытых глаз на сидящего рядом тяжеловеса.

— Умоляю, мисс Кингстоун, — чуть ли не простонал сыщик, — не говорите ничего эдакого! Я останусь без работы! А у меня жена и двое ребятишек в Мамаронеке!

Такси набирало скорость, устремившись по Вестсайдскому шоссе. У Лейси вдруг возникло чувство сострадания к сидящему рядом человеку. Все-таки по натуре своей она мягкосердечна, и не ее вина, что Майкл Эскевария пробуждает в ней низменные желания. Лейси успокаивающе положила ладонь на массивную руку Джо, не обратив внимания на его сдавленный вопль, и поинтересовалась:

— Вы когда-нибудь встречались с мистером Эскевария лично?

Молчание.

— Ну же, Джо, — не унималась Лейси, — у вас ведь была ужасно нудная неделя, не так ли? Держу пари, что в вашем отчете — ни строки.

— Я запротоколировал все места, где вы были, мисс Кингстоун, — натянуто проронил детектив, поглядывая на нее краем глаза. — Даже когда у вас был ленч с высоким блондином.

— С мистером Полом из модельного агентства Торнтона, — подсказала Лейси.

— Ага.

— Он «голубой», — уточнила она.

— Я внесу это в рапорт и проверю.

— Но ведь кто-то это уже проверяет, не так ли, Джо? — негромко спросила Лейси.

— Умоляю, мисс Кингстоун! Не спрашивайте меня ни о чем, — обратился к ней детектив, не поворачивая головы.

Такси остановилось на пересечении Бродвея и Семьдесят девятой улицы перед супермаркетом «Шопвэлл», и Лейси оставила Джо в покое.

— Ладно, Джо, — решительно заявила она, — я хочу, чтобы все было на взаимовыгодных началах. Больше никаких поездок ни в метро, ни в переполненных автобусах, договорились? Отныне и впредь все будет оплачивать мистер Эскевария. — Поймав недоумевающий взгляд Джо, Лейси указала на таксометр и любезно произнесла: — А сие означает, что расплачиваться вам.

11

В тот же вечер ровно в семь тридцать к дому Лейси, расположенному в западной части Восемнадцатой улицы, подкатил роскошный «Роллс-Ройс» с затемненными стеклами. Приняв Лейси в свою роскошную утробу, лимузин провез ее через Центральный парк на Истсайд и доставил к фешенебельному небоскребу в Саттон-Плейс. Миловидный, чрезвычайно вежливый, но молчаливый шофер «Роллс-Ройса» сдал Лейси из рук в руки швейцару. Тот, в свою очередь, заботливо отконвоировал ее в отдельный лифт, словно инкассатор, везущий в бронированном автомобиле десяток миллионов долларов в Форт-Нокс[6].

Поднимаясь в лифте, сверкающем зеркалами, позолотой и дубовыми панелями, Лейси всматривалась в собственное отражение, испытывая сразу целую гамму чувств. В самую последнюю минуту она решила, что на так называемое «свидание» с президентом и председателем совета директоров фирмы «Эскевария энтерпрайсиз, Инк.» лучше всего пойти в старом сиреневом свитере, хорошо гармонирующем с ее пепельными волосами, и серой твидовой юбке. Потом накинула на плечи старый плащ с поясом фирмы «Лондонский туман», решив, что сегодня вечером хорошую одежду можно и поберечь.

«А понравится это ему или нет — меня совершенно не касается», — подумала Лейси.

И все-таки сердце у нее ушло в пятки, когда двери лифта раздвинулись, и посреди фойе показался черный кугуар в элегантном смокинге.

Лейси не могла не признать, что выглядит он безупречно. Сжимая своими длинными пальцами бокал с шотландским виски, он одним взглядом окинул ее свитер, юбку, «Лондонский туман» и поношенные белые резиновые сапожки. При этом по его лицу промелькнуло какое-то неуловимое выражение.

— Добрый вечер, — шепнула Лейси.

Он был так хорош в своем великолепном смокинге, источая тонкий запах туалетной воды, что Лейси на миг закрыла глаза и почувствовала, что земля поехала под ее ногами. Время остановилось.

Теперь ей известно его имя — Майкл Эскевария. Он владелец конгломерата, только что выкупившего журнал «Каприз». Он самый главный начальник, генеральный директор. А еще он — хладнокровный, жесткий администратор, заявивший, что ее работа под угрозой, если ему не будет обеспечено исключительное право на свидания. Одним словом, он достоин лишь презрения.

— Входите, — вполголоса произнес черный кугуар. Его лицо оставалось столь же невозмутимым, как и в понедельник утром, когда он взошел на кафедру перед обширной аудиторией, обрушив на несчастных работников «Каприза» свои безжалостные директивы. — У меня есть для вас дело.

«Это уж как пить дать!» — подумала Лейси, вздрогнув, когда он взял ее за руку и повел из фойе в гостиную. Лейси тут же не без страха отметила, что даже стиль оформления комнаты строг и высокомерен; дорогая современная обстановка — кожа, хром, финская мебель, греческая обивка ручной работы и темное лакированное дерево. Все это говорило о высоком художественном вкусе модного дизайнера. Любопытную деталь обстановки представлял собой ряд этажерок — для коллекции миниатюр восемнадцатого века, написанных на слоновой кости, в золотых рамках с бриллиантами, очаровательных эмалевых табакерок, необработанных полудрагоценных камней, а также антикварных золотых и серебряных изделий. Эске-вария говорил, что любит красивые вещи; при этом создавалось впечатление, что ему не мешает их обилие. Этажерки вместе со своим содержимым похожи на выставку, устроенную в музее Метрополитен.

Майкл не стал задерживаться, чтобы дать Лейси все как следует рассмотреть.

— В спальню, — произнес он, не выпуская ее руки.

Лейси стиснула зубы. Он явно хочет перейти прямо к делу. Какая грубость и самоуверенность! Только она-то вовсе не намерена ему подчиняться!

Но тем не менее желание ощутить его любовные ласки, охватившее ее с неодолимой силой, снова вернулось, едва Лейси вышла из лифта. Одна лишь мысль об этом пробудила в ее груди жаркое, трепетное чувство, будто стремительно кружащийся водоворот.

Эскевария, очевидно, был слишком решительно настроен на то, чтобы получить желаемое, иначе он бы понял, что чудо, случившееся в Талсе, могло бы повториться при более благоприятных обстоятельствах. Она

охотно бросилась бы к нему в объятия, если бы он только нежно поцеловал ее. Лейси пришлось собрать все силы, чтобы одолеть безумную тягу к нему. «Перестань думать об этом!» — приказала она себе.

От волнения Лейси споткнулась о роскошный черно-бежевый ковер. Три стены мужской спальни, выдержанной в тех же черно-бежевых тонах, занимали зеркала. Они отражали стройную фигуру прелестной девушки в плаще, готовую пойти на все.

— К чему такая спешка?! — воскликнула она. — Еще ведь и восьми нет!

Очевидно, ужина при свечах не будет. Не будет также романтического кружения в ритме вальса из фильма «Доктор Живаго». Он решил, что поставил дело на конвейер.

И вдруг Лейси замерла. Изрядную часть спальни занимала исполинская кровать поистине императорских габаритов, покрытая черно-бежевым шелковым покрывалом. А на покрывале лежало темно-зеленое шифоновое вечернее платье с треугольным декольте, темно-зеленые босоножки и темно-зеленые кружевные бикини.

— Одевайтесь, — распорядился он. — Мы отправляемся обедать.

Обедать?! Лейси не могла оторвать глаз от платья. Неужели он все-таки действительно пригласил ее на свидание? Только она одна знала, что именно этот оттенок зеленого цвета идеально подходит к ее светлым волосам и золотистой коже.

Итак, он купил ей платье для приемов, подумала Лейси, ради совместного обеда. И притом очаровательное.

Значит, все-таки обед. Жаловаться тут не на что. Взяв в руки нежный шифон, Лейси пробежала пальцами вдоль горловины, отыскивая этикетку. Должно быть, платье от Галанос или Гивенчи. Но этикетки не оказалось, а все до единого швы были сделаны вручную. Потрясенная, Лейси поняла, что это шикарное творение кутюрье — строгие линии, бесчисленные метры тончайшей шелковой ткани и тысячи крохотных ручных стежков.

Должно быть, Майклу пришлось обратиться к кому-то из нью-йоркских модельеров, чтобы получить платье к пятнице. Вот только стоило оно целое состояние.

— Как раз впору, — пробасил он, стоя у дверей. — Его сшили по вашим меркам, взятым из агентства.

Боже милостивый, опять частный сыск не дремлет! Естественно, президент и председатель совета директоров конгломерата «Эскевария энтерпрайсиз» может себе позволить тратить сколько угодно денег и времени, нанимая целый штат работников для выяснения подобных вещей!

Лейси смотрела на прекрасное зеленое платье как зачарованная.

— Я буду готова через минуту, — промурлыкала она, повернувшись к нему спиной.

Ей потребовалось всего секунд пять, чтобы стащить с себя сиреневый свитер, твидовую юбку и розовое белье, бросив все это на кровать. Потом Лейси присела на край кровати, чтобы натянуть зеленое шелковое бикини и колготки в тон платью. Лишь через пару секунд до нее дошло, что она в комнате не одна. Эскевария по-прежнему стоял в дверном проеме.

В полнейшей тишине их глаза встретились. Не успела она и слова сказать, как он произнес:

— Я уже видел вас голой. — С интересом задержав взгляд на порозовевших щеках Лейси, он отхлебнул глоток виски. — А я и не знал, что женщины еще умеют краснеть. Думал, это давно утраченная способность.

— Я много упражняюсь, — буркнула Лейси. И в то же самое время ощутила легкий звое в ушах: «Он хочет меня! Все это время я думала лишь о том, как он воздействует на меня, и совсем забыла каким пылким казался он сам».

— Одевайтесь. — Будто издали, донесся его голос. — Столик в ресторане заказан на восемь тридцать.

Щеки Лейси пылали, как после солнечного ожога. Натянув через голову платье, она почувствовала его прохладный скользящий шелк, затем быстро сунула ноги в крохотные зеленые босоножки. Подойдя к ней сзади, Майкл застегнул «молнию» на спине ее чудесного платья.

— Я хочу подкрасить губы, — сумела выдавить из себя Лейси, отстраняясь от его ладоней, коснувшихся ее голой спины. — Мне нужен более яркий тон, чтобы подошел…

— Секундочку не двигайтесь, пожалуйста.

Он стоял так близко, что Лейси затылком ощущала тепло его дыхания.

Вдруг послышался щелчок открывшегося футляра. Должно быть, Майкл отбросил футляр на кровать, потому что почти тотчас же надел ей на шею что-то холодное и тяжелое и принялся застегивать.

В одном из зеркал Лейси увидела собственное отражение — элегантное темно-зеленое шифоновое платье свободно ниспадает от лифа и вспенивается вокруг ног легкими складками. Давным-давно она не носила дорогих hautecouture, но даже платье на знаменитой невостребованной рекламе сигарет «Вирджиния слимз» не идет ни в какое сравнение с этим. А вокруг шеи — Лейси в изумлении раскрыла рот — ослепительно переливающееся ожерелье из бриллиантов и изумрудов. Будь оно настоящим, младшему обозревателю мод из журнала «Каприз» за подобное ожерелье пришлось бы выложить всю пятилетнюю зарплату до цента и еще прибавить сюда зарплату Глории Фарнхэм.

— Чудесно, — проронила Лейси, не в силах отвести глаз. — Впервые вижу такую хорошую подделку.

Даже стразы подобного качества должны стоить целое состояние.

Однако, глядя на россыпь зеленых и белых искр вокруг собственной шеи, Лейси вдруг с волнением поняла, что оправы из белого золота и платины держат настоящие бриллиантовые маркизы и большие изумруды изящной огранки. От ее дыхания бриллианты чуть вздрагивали и посылали по спальне россыпи пляшущих бликов, а зеленые изумруды в точности соответствовали цвету ее глаз.

— Это ведь подделка, не так ли? — повторила Лейси.

Стоя позади нее, Майкл положил ладони на ее плечи. В зеркале Лейси увидела, как он медленно склонил свою темноволосую голову, и ощутила знакомую неудержимую дрожь, когда его губы коснулись ее шеи.

— А как вы думаете? — вполголоса проговорил он, чуть прикусывая губами ее нежную кожу.

Прикосновения его губ были такими же восхитительными, как и царственная тяжесть изумрудов и бриллиантов, покоящихся у нее на шее.

— Боже, как вы прекрасны, — шепнул он, отводя прядь волос Лейси, чтобы поцеловать ее за ухом. Когда Лейси содрогнулась, отозвалась на его поцелуй легкой дрожью, он едва слышно добавил: — Никого прекраснее вас я не видел. В этом наряде вы выглядите именно так, как я себе и представлял.

Лейси закрыла глаза, думая только о том, что мистер Рашмор опять с ней, и это вызвало у нее неудержимую радость. Одно лишь воспоминание о тех фантастических страстных поцелуях переполняло ее душу восторгом. Кто же сможет забыть ту ночь в Талсе, волшебство которой не кончалось… и одарило Лейси долгими бессонными ночами, когда она пыталась выбросить эти воспоминания из головы? В ту же минуту она с трепетом и одновременно с ненавистью к самой себе поняла, что отдаст Майклу все, что он только пожелает.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать