Жанр: Фэнтези » Пола Вольски » Великий Эллипс (страница 122)


— Вот так парадокс. Я не уверен, что это действенный аргумент, но это занятно.

— Король Нижней Геции Мильцин IX признан во всем мире как поборник справедливости, сторонник гуманности и великодушия, — сымпровизировала Лизелл. — Приняв предложение Вонара, Ваше Величество окажет двойную услугу — своему собственному народу и народам всего мира.

— Я не уверен, что мой кузен Огрон расценит этот поступок в таком свете.

— Притом, как разворачиваются события, много ли времени пройдет прежде, чем амбиции императора сосредоточатся на Нижней Геции?

— Вы говорите прямо, не так ли, моя дорогая?

— Я не льщу себе предположением, что говорю о чем-либо, не известном Вашему Величеству.

— Нижняя Геция способна себя защитить. Хотя, конечно, эти грейслендцы действительно портят жизнь всему миру. Кузен Огрон никогда не знает, где нужно остановиться, — Мильцин задумался. Наполнив свой бокал, он двумя глотками опорожнил его и нахмурился. — Какую сумму вы назвали, моя дорогая?

— Тридцать миллионов новых рекко, сир.

— Ну-ну, вполне прилично.

— Очень неплохая сумма, Ваше Величество, — она увидела, как он сосредоточенно хмурится, и ее надежда возродилась. Она близка к успеху, она уверена в этом.

— У меня такое положение, что я должен сыграть роль благодетеля.

— Эта роль очень подходит Вашему Величеству.

— Вы умеете убеждать, моя дорогая.

— Рассудительность и здравый смысл, свойственные Вашему Величеству, — мой лучший адвокат.

— Возможно. От этого вопроса нельзя отмахнуться. Возмущенный ропот растет с каждым днем. — Наполнив оба бокала, король позвал: — Но иди сюда, моя дорогая, и сядь рядом. Дискуссия долгая, и я не могу кричать тебе через всю комнату. Иди, присядь.

Отказаться, не обидев короля, у нее не было возможности. Подавив вздох, она вернулась на кушетку, и руки Мильцина тут же обвили ее.


К тому моменту, когда они добрались до серого каменного коридора со сводчатым потолком где-то глубоко под землей, Гирайз окончательно потерял способность ориентироваться, но Сторнзоф не выказывал ни малейшей растерянности. Пару раз он останавливался отдохнуть и отдышаться, но у него не было неуверенности относительно направления. Чувство, которое вело его запутанными неясными путями к источнику сверхъестественной силы, никогда не ослабевало, чего нельзя было сказать о его жизненных силах. Он шел медленно, часто спотыкаясь, и не падал только потому, что опирался на подставленное плечо и руку. Но голос его прозвучал чисто и ясно, только чуть слабее обычного. Когда они остановились перед тяжелой дверью, скрытой в тени глубокой ниши, он объявил:

— Здесь.

Гирайз посмотрел на него почти с удивлением, так как путь казался ему бесконечным и его завершение было совершенно неожиданным. Лицо Сторнзофа было пепельно-серым даже в теплом свете железных ламп, висящих над головой. Гирайза захлестнула тревога, но он не позволил ей изменить его голос, когда спросил:

— Ты уверен?

Каслер кивнул. Гирайз толкнул дверь, она оказалась незапертой. Очевидно, тот, кто находился за этой дверью, не боялся вторжения посторонних. Гирайз открыл дверь, и они вошли в хорошо освещенное, хорошо обустроенное помещение, полное замечательных вещей. В другой момент обстановка лаборатории очаровала бы его. Но сейчас его глаза за секунду обежали полки, уставленные бесчисленными стеклянными сосудами, огромными котлами, бездействующими аппаратами, инструментами, обломками горных пород, древними фолиантами, реактивами и прочими предметами, и остановились на человеке, который одиноко сидел за столом, склонившись над раскрытой перед ним книгой. Рядом на столе стояла наполовину пустая тарелка с моллюсками. При их появлении незнакомец вскочил на ноги: низкорослый, с круглым лицом, одетый в черное платье, которое обычно носят люди его профессии, с небрежно закатанными широкими рукавами. У него были песочного цвета волосы, редкие на макушке, песочного цвета усы и бородка, и он изумленно смотрел на вошедших.

— Господин Невенской? — спросил Гирайз.

— Нипер. Я Ниц Нипер, — ответил тот без тени разаульского акцента.

— Мне нужен ученый Невенской.

— Я пользовался раньше этим именем. И что из этого? Кто вы такие? — он не спускал глаз с истекающего кровью грейслендского офицера. — Что случилось?

— Он ранен. Вы можете ему помочь?

— Я не врач. Я могу позвать доктора Арнгельца. Он…

— Нет времени, — голос Сторнзофа был угрожающе слабым, он качался, не в силах больше удерживать вертикальное положение. — Опустите меня на пол.

Гирайз опустил раненого с предельной осторожностью. Сторнзоф не издал ни одного звука, лишь глаза на мгновение сузились. Но он открыл их и спокойно произнес:

— Расскажи ему.

Гирайз колебался, он хотел возразить, но времени осталось мало. Повернувшись к опешившему Невенскому или Ниперу, он заявил без обиняков:

— Мы здесь, чтобы предупредить вас. Существует грейслендский план похитить вас сегодня ночью. Если это удастся, то вы будете переправлены в Грейсленд, где вы и ваш Разумный Огонь будете служить императору, желаете вы того или нет.

— Грейслендский план? — непонимающие глаза Нипера застыли на мундире Сторнзофа. — Но как же…

— Этот офицер не одобряет действия своих соотечественников, — кратко пояснил Гирайз. — А сейчас послушайте. Грейслендские агенты, находящиеся сегодня во дворце, захватят вас, как только найдут эту лабораторию, и я не думаю, что это займет у них много времени. Ваша сила необычного свойства,

возможно, вам удастся себя защитить, я не знаю. Но я считаю, что лучший выход — уйти отсюда немедленно. Найдите укрытие в ином месте. Я сам могу вывести вас отсюда.

— Король должен знать об этом, — произнес Нипер. — Если это правда, то это можно рассматривать как объявление войны.

— Это правда, — прошептал Сторнзоф. Его дыхание прерывалось, а губы слегка посинели.

Он умирает — понял Гирайз, эту правду ему до сего момента удавалось отодвигать, и даже сейчас он не хотел ее принимать.

— Нам нужен доктор, — его глаза безуспешно рыскали по лаборатории в поисках звонка. — Где искать этого доктора Арнгельца?

— Не здесь, — тускло произнес Сторнзоф. Его затуманенные глаза нашли магистра. Голос едва был слышен. — Грейслендские убийцы. На банкете. Ищут человека, который покажет дорогу сюда.

— Ее никто не знает, — ответил Нипер, — кроме меня и еще одного слуги, который держит язык за зубами, только король знает сюда дорогу.

— Сам король. Он вне опасности, — Гирайз сам слышал неуверенность в своем голосе. — Даже грандлендлорд никогда не осмелится…

— Он не будет колебаться. Предупреди короля, — спазм сотряс Сторнзофа. Когда он снова смог говорить, он повторил: — Предупреди короля.

В этом не было бы необходимости, подумал Гирайз, если бы он смог убедить этого Невенского или Нипера перейти на службу Вонару. Купить его. Запугать. Обольстить. Завоевать его каким-нибудь способом, принести домой Огонь. Воспользуйся этим шансом, что своей кровью завоевал Сторнзоф. Что мог бы предложить Вонар, что Невенской-Нипер еще не получил от своего настоящего господина? Еще больше денег? Положение? Власть? Титулы, награды, шумную славу? Общественное признание? Не так-то легко придумать, чем можно соблазнить капризного магистра. Особенно, когда Сторнзоф умирает на полу у его ног, и единственное, что он может сделать для Сторнзофа сейчас — это использовать его подарок с максимальной пользой. Он набрал в легкие воздуха и повернулся к Ниперу, чтобы услышать с неожиданным удовлетворением произнесенную фразу.

— Его Величество вне опасности, — заявил Нипер, — равно как и я, спасибо, что предупредили. Этих грейслендских агентов легко контролировать. Если они в Длинной галерее, я буду держать их там, пока их не вычислят. Нет повода для беспокойства.

Ошибки здесь нет, магистр тайных знаний говорил тоном человека, который знает, что делать. Но Гирайз не мог на это положиться.

— Но как? — спросил он.

— Они не смогут выйти в дверь, которую охраняет огонь, — Нипер действительно улыбался. — Послушный Разумный Огонь, повинуясь приказу своего создателя, перекроет все выходы, ничему и никому не причинив вреда.

Лизелл сейчас должна быть уже в Длинной галерее. Гирайз кратко ответил:

— Нет. Слишком опасно.

— Нисколько, — Нипер вытянулся во весь свой невнушительный рост. — Огонь управляется волей своего создателя. Я уверяю вас, это совершенно безопасно, к тому же хорошее развлечение для зрителей.

На лице магистра отражалось непонятное воодушевление. Гирайзу это не нравилось.

— Не мешкайте, просто уходите отсюда, — убеждал он.

— Я не мешкаю, это можно сделать за одну секунду, — не дожидаясь ответа, Нипер развернулся и поспешил к котлу стихий, где спокойно мерцал крошечный зеленый огонек.

Где-то в глубине сознания Гирайз отметил особый цвет пламени, вполне возможно, что это сам Разумный Огонь, но он не обратил на него особенного внимания, поскольку Сторнзоф, похоже, начал задыхаться. Он заглатывал воздух широко открытым ртом, но вдохнуть не мог. Гирайз опустился на колени перед умирающим, заглянул ему в глаза, все еще полные особой, незабываемой безмятежности, и понял, что не может лгать этим глазам. Никакого фальшивого подбадривания, никакого воодушевляющего оптимизма. Взяв ледяную руку Сторнзофа, он крепко сжал ее.

— Что я могу сделать для тебя? — спросил он. Гирайз боялся, что Каслер не сможет ответить, но тот удивил его; каким-то образом ему удалось перевести дух и собрать остатки сил.

— Увези Невенского и Огонь в Вонар.

Шепот был едва слышен. Гирайз вынужден был нагнуться к его губам.

— Я постараюсь, — ответил он.

— Сделай. Это нужно всем, и Грейсленду тоже.

— Я сделаю. Я даю слово.

— Я не предаю Грейсленд, Империя предает Грейсленд.

— Я знаю.

— Спасибо тебе, друг. Скажи своей милой Лизелл, что я прощаюсь с ней.

— Она бы не одобрила это притяжательное местоимение. Она не моя, она вообще ничья.

— Она по-настоящему любит тебя. Всегда любила. Раз или два мне казалось иначе, но это только казалось.

— Не говори больше, береги силы.

— Нет смысла, жалеть не стоит. Я не подхожу для этого мира, я не могу в нем найти место и не могу вернуться к тому, кем я был когда-то. После сегодняшнего я даже в Грейсленд вернуться не могу. Изгнан. Изменник, так скажут.

— Нет. Ты сам предан. Ты совершил благородный поступок. Если тебя будут порочить или обвинять — в чем я сомневаюсь, но если все же это случится, — то я буду защищать тебя до последнего дыхания. Я обещаю, что мир будет прославлять твое имя.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать