Жанр: Детектив » Флетчер Нибел, Чарльз Бейли » Семь дней в мае (страница 39)


Четверг, полдень

Джигс Кейси улыбнулся своей обезоруживающей улыбкой. Мортон Фримен, допив второй бокал вина, потянул к себе меню вместе с клетчатой линялой скатертью. Пустой бокал из-под коктейля свалился на пол и разбился вдребезги. Сценарист свирепо посмотрел на Кейси.

— О господи, — заворчал он, — терпеть не могу безликих людей. Они действуют мне на нервы. Я обещал Шу встретиться с вами только из любезности к ней; вы же все ходите вокруг да около.

— Я не хочу вступать в политические споры, мистер Фримен. Мне надо только выяснить некоторые вопросы.

Фримен взглянул на него сквозь очки в черной оправе и откинул назад сбившиеся на лоб волосы. Он огляделся кругом, словно искал в переполненном ресторане союзников. Кейси чувствовал себя как иностранец, который должен предъявить метрдотелю паспорт.

— Я вас не понимаю, Кейси, — продолжал Фримен. — Вы говорите, что хотите разоблачить Макферсона, с тем чтобы Вашингтон мог заткнуть ему глотку, но вместе с тем не желаете ничем рисковать. Неужели вы никогда не решаетесь поставить под удар свою толстую, жирную шею?

Все началось довольно мирно. Кейси сразу узнал Морти Фримена по описанию Шу. Когда они уселись в дальнем углу «Чаши», он просто, хотя и не совсем правдиво, изложил свое дело. Кейси назвал себя демократом, занимающим скромную должность в одном из федеральных учреждений, и одним из многочисленных друзей президента Лимена, озабоченных все более яростными нападками Гарольда Макферсона на правительство и на договор о ядерном разоружении.

Фримен тут же стал страстно осуждать ядерное оружие и прежнюю политику Соединенных Штатов, вознося похвалы Лимену за то, что у него «хватило мужества» понять, что «коммунисты тоже хотят жить». Когда же он заявил, что недоверие правительств Эйзенхауэра и Кеннеди к русским отбросило цивилизацию на два десятилетия назад, Кейси мягко выразил свое несогласие с ним. Но Фримен все равно продолжал бушевать. Он обрушился на военных, называя их «современными франкистами», проклинал республиканскую партию, торговую палату, ассоциацию медицинских работников и провозгласил Лимена «единственным государственным деятелем мирового масштаба со времен Неру».

Когда Кейси возразил, что взгляды этих двух деятелей совершенно противоположны, Фримен замолчал и уставился на своего собеседника, как будто впервые его заметил.

— Скажите, — спросил он, — какова же все-таки ваша точка зрения?

Кейси замялся, но Фримен отрезал ему путь отхода. Кейси решил, что не стоит горячиться, пока он не получит необходимых сведений. Фримен же продолжал настаивать, чтобы он изложил ему свои политические взгляды.

— Послушайте, — сказал наконец Кейси, — я не боюсь рисковать, но сейчас это не входит в мою задачу. Я стараюсь добыть некоторые факты, чтобы можно было поставить Макферсона на место, а мои взгляды на проблему деторождения, например, или на помощь Югославии не имеют к этому никакого отношения. Хотите помочь мне или нет?

Фримен отодвинулся от стола.

— А почем я знаю, может, вы какой-нибудь паршивый агент ФБР и хотите поймать меня на слове, чтобы внести в черный список?

— Вам нечего бояться. Не думаете же вы, что Шу, которая, кстати сказать, мой старый друг, приготовила вам ловушку. Ну ладно, давайте говорить серьезно.

— Плевать мне на вас, — сказал Фримен уже менее воинственно. — Давайте закажем, раз вы угощаете, а потом уж задавайте свои вопросы, а я посмотрю, может, и отвечу.

Пока он изучал меню, Кейси еще раз продумал план беседы. Они заказали завтрак, но Фримен решил, что сначала ему требуется еще порция вина.

— В сущности, — начал Кейси, у меня к вам лишь пара вопросов по секрету. Прежде всего нам надо иметь представление о характере отношений между Макферсоном и генералом Скоттом, председателем комитета начальников штабов.

— Да они закадычные друзья, — со злобой отвечал Фримен. — Скотт был у Мака в Коннектикуте два или три раза. Мак несколько раз принимал участие в секретных «инструктажах», на которых присутствовали только консерваторы. Вы знаете, генерал говорил им, что социальное обеспечение — это первородный грех и что, если так пойдет, все мы завтра станем коммунистами. Консерваторам такие рассуждения нравятся, и они готовы поддержать кандидатуру Скотта на президентских выборах.

— Вы серьезно говорите, что Скотт намерен баллотироваться в президенты?

— А вы что думали? Конечно намерен. А Макферсон хочет прослыть творцом президентов.

— Когда проводились эти совещания? — спросил Кейси.

Фримен вцепился в свой бокал, как будто испугался, что его отберут.

— Одно было как-то зимой, потом одно в апреле. Мне запомнилось это последнее совещание, потому что Мак вызвал меня, чтобы исправить текст передачи и включить туда кое-что из высказываний Скотта.

— Ну а как насчет будущей субботы? Говорят, он готовит что-то особенное?

— Я сам ничего не знаю. Он ни черта не говорит мне об этой экстраординарной передаче. А это что-нибудь да значит. Ведь он платит мне семьсот долларов в неделю за мою писанину и имеет право выкачать меня досуха. Говорит, что хочет сам написать текст своей речи. — Фримен сделал презрительную гримасу. — Советую вам приготовить хорошие затычки для ушей, Кейси. Мак способен трепаться, как заведенный, но написать он не может даже собственной фамилии.

— Выходит, газетные

сплетни подтверждаются? Я хочу сказать, он действительно просил радиовещательную компанию выделить ему время?

— Ну конечно! Сегодня утром он сказал мне, что РБК дала согласие. Он получает целый час, с шести до семи, за свой счет. И выложит за это шестьдесят пять тысяч из своего кармана.

— А он представит заранее текст своего выступления? — спросил Кейси.

— Нет. По существующим правилам он, конечно, обязан, но на сей счет у них есть неписаное соглашение. Единственное, что от него требуется, — это не приклеивать обидных кличек своим политическим противникам.

Фримен продолжал болтать о Макферсоне, со смаком и со знанием дела копаясь в его недостатках, словно психиатр, анализирующий характер дьявола. Кейси слушал без интереса. Фримен исчерпал свой запас фактов, а его суждения едва ли стоили платы за завтрак, которая, когда принесли счет, составила 12 долларов 75 центов.

— Меня удивляет одно, — сказал Кейси, расплатившись по счету. — Если вы так ненавидите Макферсона, зачем вы на него работаете?

Фримен впервые искренне улыбнулся:

— Он меня так бесит, что я трачу все, что зарабатываю, только бы как-нибудь забыть свою работу. Любой порядочный либеральный комментатор, который предложит мне работу, может заполучить меня по сходной цене — вплоть до шестисот девяноста пяти долларов в неделю.

Кейси вышел вслед за Фрименом из переполненного ресторанчика, отвернувшись в сторону, чтобы не быть кем-нибудь узнанным. Его нью-йоркская миссия подходила к концу, и он чувствовал, что особого успеха не добился, хотя ему удалось подтвердить имевшиеся подозрения насчет заговора. Что же касается налоговой декларации Миллисент Сеньер, то она, вероятно, не представит особой ценности. Он думал о Джирарде. Надо же, чтобы с таким славным парнем приключилось такое! И в каком затруднительном положении оказался теперь президент! Правда, мисс Таунсенд сказала, что Джирард передал по телефону хорошую весть. Удалось ли ему что-нибудь выяснить? Скорей бы уж добраться до аэродрома и сесть в самолет.

На тротуаре, под тентом витрины, Фримен, щурясь от солнечного света, ткнул Кейси пальцем в грудь.

— Вы не похожи на человека, пригодного для таких дел, но я все-таки надеюсь, что вашей группе удастся свалить Макферсона и Скотта и оздоровить общую атмосферу.

Кейси протянул ему руку.

— Ну, спасибо, мистер Фримен. Все, что вы мне рассказали, я буду хранить в тайне.

Фримен уклонился от рукопожатия, и его прощальные слова прозвучали с нескрываемым сарказмом:

— Все же постарайтесь, Кейси, занять определенную позицию. Вам будет полезно разбить себе нос за стоящее дело. Прощайте, дружище.

Кейси посмотрел ему вслед. «Сынок, — сказал он про себя, — если бы мне не надо было возвращаться в Вашингтон, я бы сейчас же свернул шею кое-кому…»

В Белом доме Джордан Лимен, рассеянно жуя сандвич, читал сводку последних новостей, принесенную Фрэнком Саймоном. В ней содержались три дополнения к сообщению о катастрофе, полученному утром, — перечислялись кое-какие подробности ее, и было одно новое сообщение, по-видимому написанное корреспондентом, побывавшим на месте происшествия:

«Ла-Гранха, Испания. Расплющенные и обгорелые обломки, разбросанные по голым склонам кастильских холмов, — вот все, что осталось от гигантского трансокеанского лайнера, потерпевшего здесь катастрофу рано утром в четверг.

Полиция и спасательные команды продолжают разыскивать среди обломков самолета тела пассажиров, в числе которых находился Поль Джирард, 45 лет, секретарь президента Лимена.

Отдельные куски крыльев и части двигателей были найдены на значительном расстоянии от места катастрофы, что свидетельствует об ужасающей силе удара. Причина катастрофы не установлена, хотя пилот вскоре после вылета радировал на контрольно-диспетчерский пункт мадридского аэродрома, что вследствие технических неполадок он возвращается в испанскую столицу для устранения неисправностей.

Представители авиакомпании заявили, что, возможно, удастся установить характер неисправностей. Хотя большая часть самолета сгорела, они надеются, что уцелевшие приборы из кабины летчика и регистрирующие устройства могут дать ключ к объяснению причин катастрофы, самой крупной за последние пять лет».

«Да, — подумал Лимен, — это кладет конец последней возможности найти маленький клочок бумаги, который мог бы заставить Скотта подать в отставку. Пожалуй, единственной надеждой получить сколько-нибудь основательные доказательства остается доклад Кларка из Эль-Пасо. Но боже мой, почему же он молчит?»

Впрочем, Лимен с тяжелым чувством вынужден был признать, что и доказательство существования секретной базы, не утвержденной президентом, — шаткое основание для увольнения председателя комитета начальников штабов и его коллег — всем известных генералов. Страна просто не поймет, почему популярный генерал должен быть смещен с поста только за то, что он принял меры, хотя бы и секретные, для охраны систем связи.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать