Жанр: Современные Любовные Романы » Кирсти Брукс » Разговоры под водку (страница 12)


Зара открыла свою спортивную сумку и выудила оттуда мягкую серую рубашку с оранжевым воротничком.

— Вот, примерь. Выпьем кофейку, и я пойду. Мне нужно встретиться с Джастином.

Джастин — это ее дружок-отличник. Они оба слыли в школе «ботаниками» и навсегда стали попугайчиками-неразлучниками. Мы с Джози считали, что когда-нибудь они окончательно высушат друг другу мозги. Тут следует упомянуть, что у Зары никогда — никогда-никогда — не было никакого секса. Даже из любопытства. Что, конечно же, ненормально. Мы надеялись, что ситуация изменится, а пока надеялись, привыкли. А тем временем Зара с Джастином все ходили на научно-популярные фильмы да слушали певицу Кэйт Буш.

— Вот это подойдет, спасибо, — сказала я и встала перед зеркалом. Неплохо. На меня смотрела суровая, скучная женщина в офисном камуфляже. То, что надо.

Я налила себе кофе с молоком, присела на краешек кровати и осторожно взглянула на Зару. В школе она была чемпионом по шахматам. Нил уже тогда бросил учебу ради своей панк-группы под названием «Слабая эрекция». А Сэм в то время был малахольным зубрилой. Он тоже хотел играть в шахматы, всегда на все жаловался и вообще был «ботаник из ботаников». Теперь его вовсю кадрят девицы, мечтающие заполучить следующего Билла Гейтса, а ведь тогда его из-за занудства не взяли даже в шахматисты. Именно Зара решила, что он опозорит шахматный кружок. Хранительница Книжного клуба и глава Южноавстралийского отделения фан-клуба Эммануэль Дево 7, она посчитала, что застенчивый и нудный Сэм не впишется в такое веселое и компанейское дело, как шахматы.

— А я позавчера видела Сэма, — сказала я, лениво помешивая кофе, — ну просто секретный агент. А машина! Ну очень сексуальная.

Подруга внезапно пошла пятнами и посмотрела на меня тяжелым взглядом. В каждом сообществе обязательно складывается своя табель о рангах или, если хотите, жестокая цепочка питания — деление на слабых и сильных. В такой системе Сэм был для Зары просто навозным жуком. Он был на год старше нас, но это ничего не прибавляло к его репутации. Я думаю, Зара ненавидела его за то, что он являл собой трагическую версию ее самой. Оба они были слишком скованными, и им поэтому было очень нелегко. Однажды, перед экзаменом по химии, она даже запихала ему в пенал куриные крылышки, купленные в забегаловке. Но потом раскаялась в содеянном.

— Боюсь, я начинаю думать, что он — ничего. В смысле, ничего хорошего, — прибавила я поспешно. — Как думаешь, Зара, я опять запала не на того?

Втайне я надеялась, что она, конечно же, скажет «нет». Но она смотрела на меня с ужасом. Это было плохо, и я поспешила успокоить ее:

— Но он считает, что я веду себя как девчонка, несмотря на то что мне скоро тридцатник! И я спала с его братом! Только три раза, наверно, но все еще… — В панике я взъерошила волосы и продолжила: — И как я могу быть загадочной и соблазнительной, если именно он подтирал за мной кровь, когда я попробовала сделать пирсинг в носу. Нет, у меня нет никаких шансов. Он бесподобен, как-то по-особенному, покровительственно бесподобен, а я опять все испортила.

Когда я, запыхавшись, заткнула наконец свой фонтан, в воздухе повисла удушливая тишина. Оставшийся между нами кислород стремительно убывал — как будто мы оказались на космическом корабле «Аполлон-13».

— Что?! — Она выронила кофейную чашку, которая упала на кровать, и кофе забрызгал всю мою юбку. — Ты влюбилась в занудушку-Сэма? Ты шутишь, мать твою так?

А надо заметить, что Зара никогда не ругается. Она не ругалась, даже когда профукала Сэму на математическом конкурсе, и когда на «Колесе фортуны» я сказала: «Лучше синица в руке, чем журавль в небе» (и оттого упустила главный приз).

Я же только сидела и смотрела, как кофе просачивается сквозь юбку и впитывается в чулки, и думала, что придется надеть вместо нее коричневую, шерстяную. Все к лучшему, она больше подходит к моим туфлям. Хоть здесь мне удалось предотвратить кризис.

И вот я целеустремленно шагаю к дому Дэниела — с тяжестью на сердце и громоздкой сумкой в руках. Большая белая надпись на ее боку оповещает всех и каждого, что я — преданная читательница идиотских женских журналов. Не могу сказать, что я от этого в восторге. Увы, ни рюкзак, ни плетеная пляжная сумка ярко-розового цвета, которые я поначалу выбрала, не вписывались в мой офисный камуфляж. Так что я решила твердо придерживаться Зариных советов и взяла эту ее сумку. Зару ею наградили за хорошую работу, но она никогда ее не носила. Подходя к двери, я вспомнила, как сразу сдалась, когда она начала на меня орать за то, что я приняла «глупое мальчишеское поведение» Сэма за романтическое ухаживание.

Итак, дело обещало принести мне немалый навар. Но в случае провала оно также могло легко привести меня в тюрьму — прямо в женскую камеру, полную баб по имени Джейнил. Они наверняка будут заставлять меня стирать их загвазданные шмотки…

Отбросив эти мысли, я дважды постучала, потом прижала к груди сумку и, стараясь не крутить особенно головой, заглянула сквозь жалюзи внутрь.

Все тихо. Что ж, неудивительно. Я знала, что Дэниел каждый день уходит из дома в одно и то же время. У меня было побуждение оглянуться вокруг, но я его подавила и уверенно пошла через веранду вниз по ступенькам — к заднему входу. Дорожку между домом и зеленой стеной гаража из гофрированного железа перегораживал маленький заборчик, чтобы дети не лазили. За ним

виднелась бетонированная дорожка, ведущая в маленький садик. Я тихонько подняла щеколду и вошла. Послышался лай собаки.

Я так и застыла с сумкой в руках. Лихорадочно соображая, я вспомнила о заботливо приготовленном сандвиче с сыром. На коленях, едва удерживая равновесие, я открыла сумку, с ужасом ожидая, что собака вот-вот прибежит и собьет меня с ног. И только я вытянула сандвич из пластиковой упаковки, как из-за угла скакнул желтый призрак.

Он снова залаял, потом глухо зарычал, обнюхивая угощение. Сандвич исчез в огромной лохматой пасти мгновенно. Золотистый ретривер. Однажды один такой меня буквально раздавил — я тогда еще не знала об их свирепости. Энтузиазма у них не меньше, чем слюны.

— Кто там? — заставил меня распрямиться раздавшийся слева женский голос.

Я снова крепко прижала к груди сумку. Из-за ограды появилась голова. Это была мама Пенни. Вот невезуха. Но я всегда думала, что нападение — лучшая защита. Поэтому набрала воздуху побольше и, несмотря на то, что сердце у меня бешено колотилось, затараторила:

— Это я, Сандра, из службы «Аделаидские муравьи» — уничтожаем паразитов, проводим профилактику и оценку санитарного состояния жилья. В течение этой недели проводится санитарная оценка недвижимости вашего района по заказу городского совета.

Под испытующим взглядом мамочки моя шпионская легенда потихоньку затрещала. Она же явно не узнавала меня в этом костюме. Либо маскировка удалась, либо она была просто дура.

— А почему вы не зашли ко мне?

— Я работаю, м-м-м, — ум мой заметался, — сначала на нечетной стороне. И выборочно. Потом, если совет посчитает нужным, мы проведем полное обследование. — Для убедительности я приврала еще: — Ваш пригород собираются объявить охранной зоной под охраной Национального треста, так что необходима полная оценка. Вскоре вы получите письменное уведомление.

Я думала, что упоминание Национального треста, ведущей австралийской организации по охране природного и культурного наследия, вызовет определенное доверие, но мамочка только нахмурилась.

— Но мы с Родом делаем пристройку. А если зону объявят национальным достоянием, нам этого не позволят, не так ли?

— Возможно, что и нет. Лучше вам ее снести. Полгода у вас есть.

Ее надутое лицо скрылось за забором, и я вздохнула с облегчением. Но облегчение мое длилось всего секунду. Я тут же догадалась, что в этот самый момент она, наверняка, звонит мужу. Он наведет справки, и минут через тридцать здесь запахнет жареным. А гусем лапчатым объявят меня. Когда ее рожа нарисовалась опять, меня чуть не стошнило от страха.

— Род — такой ленивый ублюдок! Он, конечно, не согласовал проект заранее, — сказала она, неискренне улыбаясь. — Значит, не будет у нас пристройки? А как же мой огород с лекарственными травами — его можно?

Я игриво кивнула. Означает ли это, что она не будет никуда звонить? По крайней мере, смылась. Ура! Но она тут же вернулась.

— Вы сказали, что меня скоро известят? Я просто возьму, да и спрячу извещение. Он ничего не узнает, пока не станет слишком поздно.

Я услышала, как с грохотом захлопнулась дверь. Очевидно, у дамы не было привычки прощаться, как это делают воспитанные люди.

Я заметила, что собака жует задник тапочка, валявшегося на дорожке. Резиновые ошметки другого, вперемешку с измочаленными кусочками ткани, были раскиданы по двору. Видно, ретривер истомился по своим собачьим играм.

Я была крайне недовольна. Элен ничего не сказала мне о сторожевом псе и назойливых соседях. Какие еще сюрпризы меня ждут? Обшарив глазами окна и водосточный желоб, я не нашла ничего похожего на систему сигнализации: никаких ярлыков или непонятных ящиков. Но это еще не значило, что ее нет.

Потом я заметила, что с внутренней стороны двери с двойным остеклением торчит ключ.

Если бы только Элен была хоть немного поприятней, он дал бы ей ключи. И весь этот идиотизм был бы не нужен.

Она вполне могла бы сама прийти и все разведать. А теперь вместо нее бояться и мерзнуть должна я. Жаль, что под Зарину рубашку я не поддела какую-нибудь майку — становилось все холоднее.

Пес проигнорировал меня, когда я проходила мимо него. Сад был заросший, и деревья застили свет. Сам двор был совсем маленький, с газончиком, соизмеримым с ковром в большой гостиной. Клумбы, сооруженные из деревянных шпал, были чисто выполоты от сорняков. Темень и прохладу создавали густые кроны невысоких деревьев, растущих вдоль садовой ограды. Всего их было пять. «Если мама Пенни вдруг не решит со своей стороны забора их подстричь, она меня и не увидит», — подумала я.

Переступив через крайнюю правую шпалу, я продралась через кусты и уперлась в шершавую белую стену. Высокое окно в ванную было скрыто за тремя деревьями. Я прошла на ощупь вдоль стены, стряхнула листья с юбки и положила блокнот под деревом, которое росло напротив окна. Потом я вклинила башмак в развилку его ветвей, низко свисающих над землей. Кора впилась в ладонь, но я подтянулась и, подавшись вперед, ухватилась за ставни.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать