Жанр: Детская Фантастика » Дмитрий Емец » Пират против всей галактики (страница 4)


— Вот и южные ворота! — обрадовался Баюн. Он тронул было планетоход, но Крокс нажал на антигравитационный тормоз.

— Стоп! Нельзя, чтобы включилась сигнализация! Давай, птица, за дело! — приказал пират.

— За дело, за дело… А если я изнемогаю от усталости? Ладно, так и быть, в виде огромного одолжения!

Ворча, попугай вспорхнул с плеча капитана и, усевшись на один из столбиков, стал набирать шифр, который секунду назад ему удалось извлечь из взломанной компьютерной сети. Пароль оказался верным. Внезапно красные лучи сменились ровным зеленым свечением, означавшим, что южный проход из периметра открыт.

Андрей, Баюн и Василиса радостно завопили и бросились обнимать друг друга. Грохотун, решив, что они затеяли шутливую борьбу, хотел было присоединиться и тоже кого-нибудь стиснуть, но капитан Крокс запретил, справедливо опасаясь, что он кого-нибудь раздавит.

— Вечно меня ограничивают в желаниях! До чего же подневольное я существо! — И, чтобы не чувствовать себя одиноким, Грохотун заключил в объятия свой новенький лучемет.

— Посмотрите, как наша стоеросовая дубинушка нежничает с пулеметиком! Кто бы ожидал такой чувствительности от помеси гаубицы с плазменным танком! — умилился попугай, предусмотрительно держась подальше от огромного робота.

— Эй ты, не дразнись! Щас как двину кулаком, не поможет даже лом! — срифмовал Грохотун и, довольный собой, задребезжал от хохота.

Убедившись, что сигнализация отключена и поле снято, Баюн хотел направить подушечник на Гигантскую равнину, как вдруг за его спиной раздался визг тормозов. Шестиколесный планетоход с забрызганными номерными знаками едва не развернуло от резкого торможения. Дверь с затемненными стеклами, тяжелая от налипшей грязи, распахнулась, и из планетохода выскочила Лависса.

— Быстрей! За мной погоня! — крикнула она, вскакивая на борт их подушечника.

Не задавая вопросов, Баюн резко рванул рейдер с места. Едва они миновали ворота, как показались преследователи на двух подушечниках и планетолете.

Не медля, Грохотун открыл по ним огонь, с восторгом пробуя новенький лучемет, а попугай забарабанил клювом по клавиатуре. Птица успела переслать одному из терминалов главного компьютера сигнал на закрытие периметра — и силовая защита включилась перед носом у погони. Первый подушечник преследователей пересек красный луч и замер, уткнувшись в силовое поле периметра. Оглушительно завыла сирена. Из подушечника, размахивая оружием, выскочили несколько мужчин и что-то закричали. Один из них торопливо жал на клавиши, подыскивая пароль, но южный выход оставался закрытым.

— Тппрр! Сбавь скорость, Баюн, не гони! Мне ветром все перья взлохматит! — потребовал попугай.

— Но нас догонят! — крикнул пораженный робот.

— Пусть попробуют! Я сменил пароль. А на подбор нового у них уйдет несколько часов, — успокоила его предусмотрительная птица.

— А если они воспользуются восточным или западным выходом? — спросил Андрей.

— Они далеко. В любом случае у нас есть время, чтобы смотать удочки.

Попугай был необыкновенно доволен собой. Он сидел на руке у Андрея и, точно павлин, поправлял клювом свое оперение.

Поняв, что птица права, Баюн притормозил подушечник и передал управление капитану Кроксу. Можно было поставить машину и на автопилот, но пират не стал этого делать. Хотя он и был киборгом, в нем еще жило исконное недоверие к технике, свойственное только человеку.

Под твердой рукой капитана, лежащей на руле, машина понеслась вперед на пределе своих возможностей. Густые, в человеческий рост заросли кустарника стелились под днищем подушечника, но едва скоростная машина на воздушной подушке проносилась, как растения выпрямлялись, словно успокаивались океанские волны, вспененные винтом корабля.

Пират стороной объезжал крупных динозавров, чьи бронированные тела возвышались подобно бастионам. Из разбросанных по равнине юрских озер, берега которых густо поросли сочными стеблями ляо-ляна, иван-чая и высокими цветущими корзинками пастушьей сумки, высовывались порой головы бронтозавров на длинных шеях. Бронтозавры провожали взглядом подушечник, продолжая равнодушно жевать, а из их громадных челюстей свешивались многометровые стебли вырванных водорослей.

Неожиданно из зарослей навстречу подушечнику выскочил трицератопс, всхрапнул и неуклюже затрусил навстречу, выставив три острых рога на покрытой пластинчатой броней морде. Избегая столкновения, капитан Крокс увел машину в крутой вираж. Не устояв на ногах, все, кто был в кузове, попадали на дно. Лависса оказалась рядом с Андреем, и получилось, что, помогая ей подняться, мальчик обхватил ее, будто обнял. Оба залились краской, и, скрывая смущение, мальчик сделал вид, что разглядывает оставшегося позади трицератопса, который недоуменно тряс головой, не понимая, куда подевался атакованный им противник. «Интересно, кто кого победил?» — казалось, размышлял великан.

Почувствовав, что Лависса ждет от него каких-то слов, Андрей выдавил из себя:

— Как тебе удалось выбраться?

— Обдурила своих телохранителей. Из голографического конструктора соорудила свою голограмму и отправила ее в свою комнату, а сама спряталась под столом в кабинете папиного секретаря. Эти ослы помчались за голограммой, а я прокралась в гараж и взяла один из планетоходов. На выезде из резиденции охрана потребовала у меня пароль, но я протаранила ворота и помчалась к южному выходу из периметра. Здорово, что успела.

— А как

ты узнала, что мы именно там?

— Ну, тут ничего сложного. Я настроилась на частоты твоего передатчика. Хорошо еще, что я их помнила!

Лависса ткнула пальцем в небольшую антенку на правом плече скафандра мальчика. Такие антенны монтировались в каждый скафандр и передавали постоянный сигнал, что облегчало поиски пилота с потерпевшего аварию корабля. Это знали все на Деметре, но в нужную минуту об этом сумела вспомнить одна лишь Лависса.

Капитан Крокс одобрительно хмыкнул:

— Ну и ну! Девчонка оказалась сообразительней всей деметрианской службы безопасности!

— Ничего подобного. Просто одна я знала частоты его скафандра, а ни папа, ни Пурк их не знали, — сказала Лависса.

Но хотя она и скромничала, всем было ясно, что самолюбивая дочь президента польщена.

Захваченный какой-то мыслью, Андрей стал покусывать нижнюю губу, что в последнее время стало входить у него в привычку. Губа пересыхала и то и дело трескалась.

— Постой-ка! А сейчас нас не могут засечь по сигналам твоего скафандра? — спросил он.

— Думаешь, я это не предусмотрела? — Лависса Гордо ткнула в свое плечо.

Сигнальная антенна была отвинчена, и на месте, где она размещалась, блестела резьба.

— Ишь ты, поди ж ты! — похвалил девочку Баюн и, помолчав немного, добавил: — Да только оставалась бы ты дома! Нельзя все время ходить по лезвию бритвы и не порезаться.

— Можно! Капитан Кроне играет со смертью шестьсот лет подряд, и я хочу! — уверенно заявила Лависса.

— Играть-то он играет. Да только, во-первых, он воин и мужчина, а во-вторых, от человека у него, почитай, одна голова осталась! — парировал робот-нянька.

— Совер-ршенно вер-рно, ваше благор-родие! — подтвердил попугай. — Капитан-киборрг — куда ни шло, а вот девчонка-кибор-рг — это кошмар-р! Пр-редставь, Лависса, что у тебя будет стальное тело. Мр-рак! Ты даже не сможешь хр-румкать свое любимое печенье!

Невольно вообразив себе такое, девочка вздрогнула.

— Ты бы помолчал, попугай! Тебе резинку надо на клюв надеть! — одернула птицу Василиса.

— А я и так установил р-рекорд молчания! Целых пять минут и одну секунду! Это пора заносить в книгу космических рекордов! — похвасталась птица.

То и дело посматривая на компас и дальномер, пират вел подушечник к известному ему месту на планете. Раза два или три где-то вдалеке, похожие на точки, проносились правительственные рейдеры, отправленные на их поиски, но подушечник успевал залечь в траву. Беглецы понимали: теперь, когда они вырвались из периметра, поймать их будет непросто — Гигантская равнина слишком велика, чтобы ее можно было прочесать по секторам, а обзор с планеты Затрудняли горы и огромные неосвоенные площади.

Час спустя капитан Крокс, в очередной раз взглянув на компас, вначале сбавил скорость, а потом посадил планетолет рядом с небольшим озерцом. При их приближении в воду из камышей нырнула пара небольших утконосых динозавров.

— Не искупаться ли нам, а то жарковато? — предложил Андрей.

— Ты что, спятил? — удивилась Лависса.

— А ты поверила? Я шучу! — засмеялся мальчик.

Он знал, хотя озерцо неширокое и очень чистое, переплыть его и уцелеть было бы настоящим чудом. Вода в нем бурлила, то там, то здесь всплескивала, и на поверхности показывались чешуйчатые спины рыбин и мелких ящеров. На глазах у ребят из озера выпрыгнула летающая рыба, за которой гнался зубастый ящер размером со щуку. Андрей и Лависса, мнившие себя знатоками деметрианской природы, немедленно заспорили, к какому виду он принадлежит.

— Ихтиозавр! — категорично заявила светловолосая девочка.

— Ничего подобного! Ихтиозавр намного крупнее! Это деметрианская разновидность кистеперки! — возмутился Андрей.

— Кистеперки? — фыркнула Лависса. — Да твои кистеперки неповоротливые и плавают еле-еле! И потом, разве кистеперка за летающей рыбой угонится? Спорю на что угодно: это маленький ихтиозавр.

— Нет, это кистеперка! Деметрианские кистеперки скоростные, не путай их с земными! — настаивал Андрей.

Он был уверен в своей правоте. В свое время он прочитал от первой до последней строчки компьютерную энциклопедию по динозаврам и готов был поручиться, что они точно видели кистеперку, а именно «Aquarius minimalis chishnicus». Под таким названием она проходила в описании деметрианской фауны 3733 года, и он, набравшись терпения, объяснил это Лависсе.

Но ту не убеждали никакие аргументы. Девочка зажала уши пальцами, закрыла глаза и твердила одно и то же: «Ихтиозавр, ихтиозавр, ихтиозавр…»

— Давайте я буду вашим судьей! — предложил попугай. — Правда, в ящерах я ничего не смыслю, но зато понимаю в драгоценностях, в сравнительных курсах валют, кредитных картах и казначейских обеспечениях. Кто больше мне заплатит, тот и прав. Люблю иметь дело с принципиальными людьми, их всегда легче обобрать!

Но спорщики не слушали болтовню попугая. Они так разгорячились, что Андрей силой отвел пальцы от ушей Лависсы и крикнул, что она ослица, а девочка, не оставшись в долгу, заявила, что он хам и свинья.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать