Жанр: Фэнтези » Елизавета Дворецкая » Зеркало и чаша (страница 35)


За этот день Зимобор велел заготовить дрова для погребального костра и послал сани — перевезти погибших к селу, чтобы завтра сжечь. И вовремя — если бы убитых не перевезли под защиту людей и огня, серая лесная братия могла бы устроить им «погребение» по собственному обряду.

Волки выли то поодиночке, то хором. Удрученное их тоскливой песней, серое пасмурное небо заплакало, пошел снег. Ветра не было, и крупные пушистые хлопья медленно падали, норовя устроиться на носу у дозорного. Кмети бранились: зимней ночью по-всякому тяжело нести дозор, а тут еще снег, когда в трех шагах ничего толком не видно!

— Делать нечего, глядите глазами! — наставлял Моргавка. — Забыли, как Оклада на нас под метелью накинулся? Тут и еще поди такие умные есть.

— Да кто тут умный? — ворчали кмети.

— А вот когда узнаешь, тогда сам окажешься дурак! Давай, Хотьша, топай во двор, не бойся, сменить не забуду!

Обойдя дозоры, Зимобор разгреб себе местечко на мягком мешке, лег и укрылся полушубком. Теперь и ему можно было немного поспать. Он и задремал было, но, несмотря на темноту, тепло и усталость, ему не спалось. Все время вспоминалась то княгиня-персиянка, то девушка в лисьем полушубке, которая приходила к ним в Селибор и ушла, как будто никто не в силах ее задержать... И ведь правда, никто не заметил, как она исчезла, хотя за такой красавицей следили сотни глаз. «Их мать была знатная чародейка и зналась с Велесом... Говорят, все ее дети рождены от Велеса...».

Да, а что значит их мать? Что значит все ее дети? Сколько их там? И если все ее дочери — такие красавицы, может, имеет смысл сторговать у князя Вершины хотя бы парочку?

Ландышевый венок за пазухой изливал одуряющий запах. Вдруг заметив это, Зимобор удивился. С чего бы? Ведь он не звал Младину. Он вынул венок — тот был сухим, и запах от него шел как от сухих цветов — но необычайно сильный.

Зимобора вдруг разобрало любопытство. Так сколько детей было у княгини-чародейки и что это за дети? И тут ведь под рукой есть у кого спросить! Судя по словам княгини Замилы, дети чародейки — соперники ее сына, а значит, Сечеслав знает их очень хорошо.

Приподнявшись, Зимобор хотел кликнуть отрока из сеней и послать за пленником, но передумал и решил сходить сам. Неохота было вставать с мягкого мешка, вылезать из теплой истобки, но очень неплохо было бы еще раз проверить дозоры. Ночь, метель — мало ли что?

Натянув полушубок, опоясавшись на всякий случай мечом, Зимобор вышел на двор. Костры горели, дозорные прохаживались и перекрикивались.

— Кто здесь? — Перед Зимобором вдруг оказался Горбатый, держа щит наизготовку и выглядывая из-за него с топором. — А, княже! Что бродишь, как мара полуночная? Не спим мы, не спим!

— Хочу к князю Сечеславу заглянуть. Как он там?

— А как ему быть? Его Судимир стережет.

Зимобор пошел мимо нескольких заснеженных избушек к овину. Из окошка тянулся дым — там тоже жили кмети и тоже топили. Среди прочих там обитали и вятические пленники, с которых день и ночь не спускал глаз кто-то из дозорного десятка.

И вдруг в полосу, освещенную кострами, вбежало разом с десяток фигур — в поднятых руках блестело оружие, мечи и топоры. Несколько кметей, одновременно их увидевшие, одновременно заорали. Часть вскинула щиты и бросилась навстречу, по одному человеку от десятка кинулось в избы будить спящих.

В свою избу Зимобор помчался сам — у него с собой был только меч, но не было щита и шлема.

— А ну вставай! — заорал он, распахнув дверь сеней по всю ширь. — Опять лезут на нас! Живо, Достоян, поднимай, бегом!

Он пробежал между поднимающимися кметями, схватил шлем, в который предусмотрительно был вложен подшлемник, нахлобучил его на голову, подхватил в сенях первый попавшийся щит, выскочил наружу — и тут, видя, что на избу пока никто не нападает, поставил щит к ноге и стал застегивать ремешки шлема.

Когда он был готов, из избы уже выбегали со щитами в обнимку остальные.

— Туда! — Зимобор махнул мечом и первым побежал в сторону овина. Оттуда доносились знакомые звуки — треск разрубаемых щитов и звон мечей.

Нападающих уже стало около трех десятков. Сражение шло в полосе света от сторожевых костров — правда, половина из них же была разметана и затоптана. Кое-как одетые, в криво подпоясанных полушубках, дозорные и кмети из дружины Любиши отражали нападение. Любишина дружина жила в овине, его людям бежать было ближе всех, и к тому времени, как подоспели остальные, они уже уверенно вытесняли уступавшего числом противника к берегу ручья. Несколько человек уже сражалось внизу на льду.

— Ах, гады! — орал, кажется, сам Любиша. — Княгиня! Приезжала! Мир у нас! Выкуп у нас! Княже! Гады они все! Обмануть хотят!

Зимобор и сам сообразил, с чем связано ночное нападение. Вятичи не приближались к другим избам, а старались пробиться к овину — где содержался пленный князь Сечеслав и где его посещала мать-княгиня. Видимо, ей стало жаль серебра, и вятичи решили освободить князя бесплатно.

Но их было слишком мало для этой цели, и почти всех уже оттеснили прочь.

— Где он? Где князь Сечеслав? — кричал кто-то, не поймешь, свой или чужой.

Ввязываться в битву было не нужно, и Зимобор подошел к двери овина. Ему было досадно: вятичская княгиня-персиянка произвела на него хорошее впечатление, и он посчитал ее честной женщиной. Напрасно! И разве она не понимает, что если вятичи будут близки к

победе, то у смолян обязательно найдется хотя бы одна свободная рука, способная вовремя полоснуть ножом по горлу пленника?

Он подошел к двери овина. Она была не закрыта, только притворена, и Зимобора вдруг толкнуло очень нехорошее предчувствие.

Изнутри вдруг послышался шум, шорох, а потом истошный крик.

Кричал мужчина.

— Помогите! — взывал незнакомый голос, и с таким отчаянным ужасом, словно видел свою неминуемую смерть.

Зимобор, держа меч наготове, рванул дверь и вбежал в овин. Дверь он оставил открытой, чтобы внутрь проникал свет от ближайшего костра, но сначала ничего не мог разглядеть.

— Помогите! Смоляне! На помощь! Князь Зимобор! — так же отчаянно кричал голос.

Зимобор едва успел удивиться — на помощь-то зовут его! — как в темноте опять послышался странный шум, шорох, крик, как будто кто-то отбивается всеми средствами, руками и ногами.

— Княже! Ты где! Ты куда один! — Вслед за ним в двери овина бросился Жилята и по пути догадался выхватить из костра горящую ветку.

Зимобор вырвал у него ветку и протянул вперед. В темноте блеснули два зеленых огонька, и от неожиданности он отпрянул.

— Помогите! — опять закричал кто-то из дальнего угла. — Это оборотень! Она пришла меня убить! Убейте ее!

Зимобор шагнул вперед, плохо понимая, что происходит. Огненные отблески осветили волка — вернее, волчицу, крупную и поджарую, припавшую к земляному полу в нескольких шагах от него. Вид лесного зверя не в лесу и даже не в хлеву, а в овине, где не пахнет скотиной и где хищнику не будет никакой поживы, был так неожиданен и страшен, что у Зимобора упало сердце.

Волчица прыгнула на него — Зимобор выронил горящую ветку, вскинул меч и бросился вперед, чтобы выйти из-под ее броска. Волчица пролетела над его головой, он рубанул снизу, норовя ударить в брюхо, но не успел и задел только заднюю лапу. Волчица дико взвизгнула, на лицо Зимобору брызнуло что-то жидкое и горячее, он зажмурился, боясь, что кровь оборотня выжжет ему глаза. И тут же что-то тяжелое обрушилось ему на голову, сбило с ног и покатилось вместе с ним по земле.

Кричал пленник в углу, орал что-то Жилята, созывая людей и требуя огня, кричал сам Зимобор — и тот, кто катился по земле вместе с ним, тоже кричал. Зимобор попытался встать, поднял голову — и увидел прямо перед собой вытянутое тело. Не зверя. Волчья шкура исчезла, перед ним лицом вниз лежал человек. Совершенно обалдевший, стремясь хоть что-нибудь понять, Зимобор выпустил меч, схватил лежащего за плечи и перевернул. Тот вскрикнул и заслонил лицо руками. Но в глаза бросилась длинная темно-русая коса, и Зимобор, не веря своим глазам, узнал женщину — притом знакомую женщину — Лютаву, ту вятичанку, которая приходила в Селибор!

Она рвалась из его рук, крича что-то, но Зимобор держал крепко — он боялся, что если выпустит ее на миг, то она исчезнет или опять во что-то превратится. Сверху падали крупные мягкие хлопья снега. Снега? В овине? Прямо над головой в соломенной крыше виднелась довольно большая дыра. Видимо, через эту дыру девушка-волчица и пробралась сюда.

В сенях послышался звук быстрых шагов. Зимобор обернулся, ожидая увидеть кого-то из своих, уже открыл рот, чтобы потребовать огня, — но увидел совсем незнакомого человека. Девушка в его руках рванулась, ее лицо изменилось, и Зимобор понял — это помощь к ней, а не к нему.

Вошедший держал наготове меч и щит, на голове его поблескивал железный шлем. Это был высокий худощавый мужчина, судя по движениям, быстрым и порывистым, еще довольно молодой. Руки и ноги у него были длинными, плечи широкими, а из-под шлема на Зимобора остро и враждебно глянули близко посаженные глаза — точь-в-точь такие же, как у Лютавы.

Но это был очень странный человек. Вместе с ним в овин вошла могучая невидимая сила. Зимобор вдруг почувствовал, что не дышит и не может шевельнуться. Жилята застыл у двери с раскрытым ртом, и заметно было, что он тоже не дышит — как вдохнул, так и замер. Замер пленник, вжавшись в угол и открыв рот для крика, но крик замер в горле. Застыл пламенный отблеск, замер язычок огня на горящей ветке. Остановился сам воздух, остановилось время.

Двигался только тот, худощавый, с мечом в руке. Среди застывшего мира он казался чем-то посторонним, как тень среди живых, настоящих людей и предметов. Но это была очень деятельная и опасная тень.

«Колдун! — мелькнуло в мыслях. — Младина!».

Зимобор ни о чем не успел попросить, только вызвал в памяти образ Вещей Вилы — и той огромной силы, которую всегда ощущал в ее присутствии.

В ноздри ударил аромат ландыша. Грудь вдохнула, в мышцах проснулась сила, и Зимобор, как подброшенный, кинулся наперерез вошедшему.

Тот, не ожидая никакого сопротивления, бежал с мечом наготове к пленнику, бессильно вжавшемуся в угол. Заметив рядом с собой движение, колдун быстро повернулся и успел отбить удар. Зимобор увидел на лице противника безграничное изумление, и это придало ему сил. Тот, как видно, полагался на чары и не был готов к равной борьбе.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать