Жанры: Иронический Детектив, Боевики » Фредерик Дар » Подайте мне Джоконду (страница 2)


– Это еще что такое? – удивилась красотка.

– Кто его знает? – пожал я плечами. – На всякий случай, пока не вышло нового распоряжения, я эту штуку называю собачьим ошейником.

Соня задохнулась от смеха, я же, признаться, только тут разглядел, насколько нелепой выглядела эта штука. Девушка крутила ее в своих лапках, демонстрируя старику, и в этот момент машина как-то странно дернулась. Я остановил ее и вылез посмотреть, что случилось. Оказалось – всего лишь прокол, поймали гвоздь в шину. Тут мне пришло в голову, что тормоза тормозами, а, меняя колесо на крутом склоне, неплохо бы подложить под соседнее какую-нибудь каменюку посолидней. Огляделся и увидел, что шагах в десяти валяется как раз подходящая. Подошел к ней и только нагнулся, как почувствовал мощный пинок в зад и очутился на земле.

Через секунду до меня дошло, что это за моей спиной что-то взорвалось. Поднял голову и обнаружил вместо своей машины густое черное облако. Все еще не вполне осознавая происходящее, я поднялся и медленно, будто в дурном сне, побрел к тому, что минуту назад было моей тачкой.

Впечатление было такое, будто гигантская рука вскрыла ее, будто коробку консервов. Внутри было черно. На земле я увидел вставную челюсть папаши. Потом взгляд мой упал на то, что осталось от Сони, и я почувствовал, как содержимое желудка бурно устремилось вверх. Я торопливо кинулся к кустам... Прошу прощения, но при подобных обстоятельствах ничего другого не остается.

Вот так все и началось.

Глава 2

Моя добрая матушка Фелиси утверждает, что встречаются бедолаги, с детских лет отмеченные роком. Ни секунды не сомневаюсь, что в первую очередь она имеет в виду меня. Это же надо – встретить такую девочку и так ее потерять! Не-ет, будь моя воля – связал бы своей паршивке-судьбе руки и ноги да выставил в Лувре, зевакам на обозрение...

Примерно такой глубины мысли крутились в моей голове, пока я приходил в себя. Не требовалось семи пядей во лбу, чтобы сообразить, что виной всему – тот самый собачий ошейник. Не ошейник, а мечта террориста. Меня аж в дрожь кинуло, когда я вспомнил, как крутил в руках эту адскую штуковину. Надо же – целых десять дней она валялась в моей тачке, готовая рвануть от малейшего толчка!

Тут прибыли местные стражи порядка. С первого взгляда я понял, что с интеллектом у них все в порядке, – достаточно было увидеть их лбы: все как один – не шире околыша форменного кепи. Добавьте к этому глазки, тусклые, как у рыбы, три месяца провалявшейся в холодильнике, и вы получите о них полное представление. То обстоятельство, что они имеют дело с комиссаром Секретной службы – то бишь с вашим покорным слугой, – нисколько их не впечатлило. Они узрели, что моя машина взорвалась именно в тот момент, когда я из нее вышел, и угробила двух пассажиров, нашли, что это подозрительно, и ничто иное в их мозги проникнуть уже не могло. Их бригадир изложил мне это в весьма ученых терминах, усиленных повелительным наклонением. А поскольку в этой жизни он, судя по всему, знал только свой долг и таблицу умножения до пяти, то для более тонкого осмысления событий решил отвезти меня в жандармерию.

Я не возражал – в какой-то степени меня это даже устраивало. Терпеть не могу быть мишенью, но ничего не имею против расширенной аудитории.

Короче, притащились мы в местный участок. Ну, все, как обычно: выбеленные известкой стены пестрят объявлениями, ветхие столы шатаются, с какой стороны ни притронься, а служивые, тут же решившие взять меня в оборот, еще тупее первых – насколько это, конечно, возможно. Я уж решил, что попал за кулисы Фоли-Бержер. Однако они упорно не хотели оставить меня в покое, и единственное, что оставалось, – навесить им на уши побольше лапши. И я взорвался как фейерверк. Рассказывал им, какая я большая шишка в Париже, как одно мое имя заставляет мелюзгу вроде них вставать во фрунт, и объяснил, что с ними будет, если они не предоставят мне любую мыслимую помощь вместо того, чтобы меня ловить.

Я орал так громко, что лейтенант сдался. Правда, предварительно изучив мои бумаги разве что не под микроскопом.

– Хорошо, господин комиссар, чего вы хотите?

– Наконец-то, – облегченно вздохнул я. Видать, парень встал с той ноги. А может жена ему нынче угодила... Впрочем, меня это не касается. – Позвонить в Париж.

– Ради бога, – тут же согласился он. – Только сначала я предупрежу службу в Гренобле.

Почему бы и нет? Я подождал, пока он выполнит все формальности, а потом набрал номер. Вроде мне уже случалось вам говорить, в чем основное достоинство Старика? Он никогда не вылазит из своей конуры. Когда ни позвони – всегда на проводе.

– Здравствуйте, Сан-Антонио, – проскрипел он в своей обычной манере.

– Привет, патрон.

– Как отдыхается?

Может, я от всех переживаний мнительным стал, но в голосе его мне отчетливо послышалась насмешка. Сам-то он отдых презирает, а отпуска не брал с тех самых пор, как стал во главе нашей Службы.

– Потрясно отдыхается, – заявил я и изложил всю историю начиная от издыхающей на дороге собаки.

– Очень любопытно, – лениво пробормотал он. Ну да меня не обманешь – слишком давно мы знакомы. Мысленно он взвился до потолка.

– Вы полагаете? – тем же тоном поинтересовался я.

– Стало быть, в ошейнике была взрывчатка, – продолжил он, обращаясь больше к себе, чем ко мне. – И сильная. Маленькая антенна служила взрывателем. Наверное, та девица нечаянно привела

его в действие.

Я промолчал. Да и что тут скажешь?

– Вы, случаем, не читали такую повестушку – «Капут»? – внезапно спросил шеф.

Ничего себе. Нашел время для разговоров о литературе.

– Нет вроде...

– Хотя конечно, куда вам. Она давно вышла. Так вот, в ней рассказывается, как в последней войне Советы дрессировали собак, чтобы взрывать немецкие танки. Псов учили брать еду из-под гусениц. А когда начиналась танковая атака, их и запускали. У этих животин тоже взрывчатка была на шее, а антенна служила детонатором.

– Вы что же, стало быть, считаете – эту собачку из России притащили? – съязвил я, забыв, что с юмором у Старика слабовато.

– Разумеется, нет, – сухо ответил он. – Но кто-то мог набрести на туже мысль. Где, говорите, вы видели собаку?

– Шоссе Леон – Гренобль, поворот на Ла-Грив.

– А вы не думаете?.. – начал он.

– Думаю, – согласился я. – Неплохо бы там поспрошать. Только на мне повисли ребята из местной полиции. Вы не можете меня от них избавить?

– Сейчас позвоню в Гренобль.

– Вот и чудесно. Буду держать вас в курсе.

– Я на это рассчитываю, – с достоинством обронил он, вешая трубку.

Я тоже швырнул свою на рычаг. Через минуту раздался звонок. После короткого разговора мой лейтенант, став донельзя почтительным, объявил, что и сам он, и его бойскауты полностью к моим услугам и ждут не дождутся распоряжений.

Я объяснил ему, что требуется самая малость – поскорее доставить меня в гостиницу, поскольку я в силу обстоятельств остался без колес. Там я надеялся раздобыть что-нибудь подходящее, не сомневаясь, что Дюбон меня в беде не оставит.

Дюбон, если вы еще не забыли, – хозяин гостиницы и мой старый друг. Личность, надо сказать, довольно своеобразная – кем-кем, а пай-мальчиком его уж точно не назовешь. Я, правда, так и не смог понять, чего его вдруг потянуло в эту коробку, но в его биографии и не такие зигзаги случались. Для начала он закончил Лионскую консерваторию по классу органа и даже успел стать лауреатом какого-то конкурса. Но тут началась война, и парня потянуло на подвиги. Он был одним из первых французов, перешедших Рейн, за что и получил в петлицу ленточку Почетного легиона. Стоит ему куда-нибудь войти – женщины ложатся штабелем, а если кому из мужчин это не нравится – он отправляет беднягу в окно, не затрудняясь тем, чтобы его открыть, и не беспокоясь о том, на каком этаже находится.

Час спустя я с большой помпой причалил к его коробке со жратвой. Дюбон играл в белот с моим соседом-профессором и, как водится, выигрывал.

– У тебя найдется пара секунд? – шепнул я. Он швырнул на ковер свой выигрыш и потащил меня в угол зала.

– Представь себе... – начал я.

– Знаю, знаю, – отмахнулся он. – Из-за тебя я потерял двух клиентов.

– Ты в курсе? – удивился я. – Откуда?

– Сорока на хвосте принесла, – ухмыльнулся Дюбон. – Ну, еще поставщик подкинул кое-какие подробности. Кстати, из-за меня можешь не переживать: потеряв эту парочку, я приобрел прорву новых. Люди – они что мухи: на падаль стаями слетаются. Я с утра поставщиков обзваниваю – припасов не хватает. Между прочим, а как это у тебя так лихо получилось? Ты что, в своей тачке бенгальские огни перевозил?

Я изложил ему историю с собакой.

– Обидно, – вздохнул Дюбон. – Староват я стал для таких дел. Так и скисну тут, в этом отеле.

– Ничего, у тебя тут тоже развлечений хватает, – утешил я его. – Только смотри, приятель, личная просьба: рот на замок.

– Ты же знаешь – могила болтливее меня, – снова вздохнул он. – На ней все-таки что-нибудь да написано. Слушай, а ты сам-то хоть что-нибудь понимаешь в этой истории? У нас ведь, знаешь, собаки, начиненные взрывчаткой, на дорогах не каждый день бегают. Я так соображаю, что повезло тому парнишке, которому она предназначалась. Вместо него она досталась на ужин одному моему приятелю. Ты его знаешь, вроде бы, – Сан-Антонио его зовут. Ей-богу, старик, ни с кем больше таких фокусов не случается – только с тобой!

– Кончай причитать, – оборвал я его. – Мне тачка нужна. Можешь помочь? Хочу прокатиться в этот чертов Ла-Грив.

Он задумчиво поскреб бритую макушку.

– Ну, если не боишься выглядеть не вполне элегантно – так и быть, дам тебе мой джип. Не карета, конечно, но четыре колеса есть. И все ведущие.

– Заметано.

Мы вышли на стоянку.

– Вон она, – кивнул Дюбон. – Бак полон. Только постарайся не отправить за облака хоть эту. У меня к ней слабость – уж больно подходит по размеру к моему скелету.

Я было решил тут же и отчалить, но желудок категорически запротестовал. Он кричал от голода, как ласточка перед бурей.

Я поделился с Дюбоном этим ценным наблюдением.

– А как же! – согласился он, – Перед выходом на дело непременно надо пожрать, уж я-то знаю. Пустой живот годится только на барабан. Скажи там повару, пусть поджарит еще одного цыпленка-кэрри. Говорят, английская королева его одобряет.

Я тоже. У этой птички есть одна замечательная особенность – она чертовски возбуждает жажду.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать