Жанр: Научная Фантастика » Марина Наумова » Если ты человек (страница 1)


Наумова Марина

Если ты человек

Марина НАУМОВА

ЕСЛИ ТЫ ЧЕЛОВЕК...

Шел дождь, надоедливый, как помехи в радиоприемнике. "Дворники" время от времени стряхивали с лобового стекла рябь капель, но дождинки тут же налипали снова, сливались в водяные дорожки, и казалось, что это оживало само стекло, грозясь сползти на капот вместе с холодными струйками. Радио со скрипом и треском пело о счастливой любви, и песня не вписывалась в мокрый пейзаж. Серела, сплетая деревья в единое целое, лесозащитная полоса. Местами ее прорывали раздавшиеся бока полей, такие же серые и унылые. Веером брызг разлетались попавшие под колеса лужи. Дождь шел. Радио пело. Счастливая любовь... разве что лишь она могла отвлечь от серой дождливой тоски, надсадно бьющейся в окна.

Мужчине, сидевшему за рулем, было чуть больше тридцати. Он был почти красив и кое-чего в жизни уже добился. Правда, за этот минимум, дающий возможность не опасаться за завтрашний день, пришлось заплатить свободным временем, которого не хватало для устройства личной жизни. Короткие воскресные вечера и не слишком долгие отпуска дарили иногда случайные знакомства, но ни одно из них не стало достаточно серьезным - опять-таки из-за нехватки времени. Постепенно одиночество стало частью привычного для него порядка, и Альберту все менее хотелось его нарушать. Порядок, одиночество, порядок... Лишь смутное опасение, что в жизни можно потерять нечто ценное, предназначенное только ему, заставляло продолжать поиск. Последнее знакомство, непрочное, как все курортные романы, прошумело и ушло в небытие всего пару дней назад. Теперь Альберт возвращался домой. Огорчения он не испытывал - закономерные финалы не вызывают эмоций.

Дождь шел. Изредка навстречу выплывали светящиеся круги фар. На притаившийся у обочины черный автомобиль Альберт, скорее всего, не обратил бы внимания, если бы на дорогу не выскочила женщина в желто-зеленом "ядовитом" платье - этот цвет недавно вошел в моду. "Похоже, приключения этого сезона не кончились", - равнодушно подумал Альберт, нажимая на тормоз. Через секунду обладательница "ядовитого" платья вынырнула из дождя возле его окна. Привычным взглядом Альберт окинул ее фигуру - посмотреть было на что. Разглядеть лицо оказалось сложней - ко лбу и щекам прилипли мокрые черные волосы; мешал и дождь.

Было в этой молодой женщине что-то неуловимо загадочное. Что именно, Альберт не знал: она произносила самые обычные слова, а для того, чтобы судить о манерах, нескольких секунд явно не хватало. Тем не менее, такое ощущение оставалось и еще больше усилилось, когда Альберт вышел посмотреть, что случилось с мотором ее машины. Марку автомобиля незнакомки он определить не смог, зато поломка была очевидной - Альберта даже удивила несколько неконкретная формулировка: "что-то произошло". "Да не угнала ли она машину?" - мелькнула у него мысль.

Незнакомка, полуотвернувшись, стояла рядом.

- У вас шатун полетел, - сказал Альберт. - Можете посмотреть. Я помочь ничем не могу.

- Мне неприятно, - медленно произнесла она, явно думая о своем.

- Что именно?

- Неприятно смотреть на его внутренности, - тихо и четко произнесла незнакомка.

Альберт не сразу понял, что она имеет в виду. "Может, она иностранка и плохо знает язык?" - решил он и переспросил:

- Внутренности?

- Да, внутренности, - ответила незнакомка, и Альберт наконец догадался, что речь идет о "внутренностях" автомобиля. Местоимение "его" звучало, как относящееся к человеку.

- "Значит-таки не угнала", - подумалось снова.

- Может, вас подвезти? - предложил Альберт, поеживаясь от холода.

- Нет, спасибо.

- Я себе не прощу, если оставлю вас на дороге, - заявил Альберт, распахивая дверцу своей "Волги".

- Я останусь здесь. Спасибо, - тем же холодным тоном отозвалась женщина.

- Вы же здесь не будете ночевать? Садитесь ко мне. Беру вас на буксир.

Она молча подошла к "Волге" и села на переднее сиденье. Мысленно проклиная дождь и холод. Альберт полез в багажник за тросом и внезапно почувствовал чей-то взгляд. Ощущение было неприятным. Незнакомка сидела к нему спиной, однако странное ощущение чужого, невероятно чужого взгляда, не покидало его все время, пока он возился с тросом.

...Она сидела мокрая, растрепанная и смотрела куда-то вперед, в глубь дождя. Альберт устроился за рулем. Его слегка знобило, хотя промок он гораздо меньше попутчицы.

- Ну и погода, - для того, чтобы начать разговор, произнес он. - Не скажешь, что сентябрь.

- Да, - бесцветно отозвалась она, всматриваясь в дождь. В сумерках ее лицо казалось неестественно бледным, удивительно яркий цвет платья усиливал это впечатление. Альберт включил зажигание. Его глаза невольно снова и снова возвращались к голым коленям незнакомки. Молча пялиться было глупо и не очень прилично, но разговор никак не клеился.

- Я довезу вас до ближайшего кемпинга... и, раз уж мы едем вместе, не лучше ли нам представиться друг другу? Я - Альберт, или Алик, если вам так проще.

- Карина.

- Интересное имя... В честь этого... Карского моря? Что-то я слышал...

- Нет.

- Что - "нет"?

Молчание. Только шумит бьющий в стекло дождь.

"Она не для меня", - понял вдруг Альберт и заговорил с ней уже немного по-другому, не как с потенциальной подругой.

- Знаете, Карина, меня немного удивило, как вы относитесь к своей машине... Кстати, что это за марка?

- Когда-то он был "Мерседесом", - уже более мягким тоном ответила Карина.

Она немного расслабилась, откинулась на спинку сиденья и убрала с лица волосы. У нее была своеобразная внешность, из тех, что кажутся очень красивыми одним, оставляя других равнодушными: вытянутое, действительно бледное лицо, без тени загара, на редкость черные глаза, у которых, казалось, не было белков - одна радужка, слившаяся со зрачком - в легкой опушке ресниц и синей тенью внизу, крошечный рот с плотно сжатыми губами.

Было похоже, что ее что-то мучает, какое-то давнее горе или болезнь.

- Может, вам нужно зеркальце? - предложил Альберт, сообразив, что у Карины нет традиционной женской сумочки.

Она странно взглянула на него (ее глаза отсвечивали зеленым, как у кошки) и отрицательно покачала головой.

- Впервые вижу женщину, которая не торопится после дождя поправить прическу... Вы, похоже, интересный человек.

- А вы? - прозвучало в ответ. Теперь взгляд Карины стал заинтересованно-оценивающим.

- Я интересен, как и любой другой. Просто люди делятся на более и менее интересных. И вы принадлежите к первым. - Альберт уже знал, что Карина ему нравиться, по крайней мере, пока, и что лед удалось разбить. В ней было что-то будоражащее (тоже - пока).

- Вы уверены? - Карина смерила Альберта еще более оценивающим взглядом.

- Да. Ну, хотя бы взять ваш "Мерседес", который похож на все что угодно, кроме "Мерседеса". Можно подумать, что вы относитесь к нему, как к живому существу.

- Это так бросается в глаза?

- Еще бы!

- А если это действительно так? Жить - значит существовать и вести себя. Согласны?

- Ради Бога, Карина, я в отпуске и вообще не люблю философии без повода. Если вам так нравится - пусть будет так. Кстати, мы уже почти приехали. Вы здесь никогда не были?

- Была. Но с тех пор прошло много времени.

- Карина, если вы инопланетянка, признавайтесь сразу!

- Увы! Это было бы слишком... интересно.

- Нет, не прикидывайтесь. Считайте, что я вас разоблачил.

Обычно улыбка Альберта на женщин действовала обезоруживающе, не устояла перед ней и Карина - рассмеялась, но тут же резко прервала смех.

Быстро темнело. Пахло соснами, двигались навстречу огни у въезда в кемпинг.

- Остановите, - попросила Карина, когда они подъезжали к воротам. - Я останусь здесь.

- Но почему?

- У меня нет с собой денег.

- Тогда я уплачу - ведь это я вас сюда затащил.

- Мы лучше переночуем тут.

- "Мы"?

- Я и он. - Карина кивнула в сторону ползущего на буксире "Мерседеса".

- Нет, так не годится. Я же сказал, что уплачу.

- Я против. К тому же, там попросят предъявить документы. А их у меня нет. Вообще нет. - Она сказала это спокойно, но нога Альберта невольно нажала на тормоз.

- То есть как... нет?

- А вот так. Нас не существует.

- Нет, подождите. - Что-то было не в порядке со смыслом произнесенной фразы. - Что ты хочешь сказать?

- Ничего. Я просто хочу остаться тут.

- Ты собрала машину из частей других автомобилей и не зарегистрировала?

- Нет... Ты не поймешь. - Она тоже перешла на "ты". - А я не знаю, нужно ли тебе объяснять.

- И у тебя ни разу не проверили права?

- Мы ни когда не нарушаем правила дорожного движения.

Снова "мы" звучало, как относящееся к людям.

- Ну ладно, как знаешь, - нехотя сказал Альберт. - Но, по крайней мере, поужинаем вместе...

...Ночью Альберту спалось плохо, хотя никакие тяжелые мысли не мучили его. Скорее всего, сказывалась усталость: спать хотелось еще с утра, но он слишком хорошо убедил себя в обратном. Постепенно дождь стих и только последние капли завершали свой путь по длинным сосновым иглам, четко и звонко оповещая всех о своем падении на жестяную кровлю. За тонкой, едва ли но просвечивающейся стенкой тоже не спали: играли в карты. Тихо потрескивал радиоприемник. Поворочавшись на кровати, провисающей, как гамак, и скрипящей при каждом движении, Альберт, наконец, встал. Спать уже совсем не хотелось. Накинув куртку, он вышел из крошечного фанерного домика. В свете низкого мощного фонаря ярко зеленела уцелевшая трава; сейчас она казалась намного гуще, чем вечером. Неестественно яркими выглядели и закрытые чехлами автомобили; можно было подумать, что это чудаки-туристы пристроились здесь со своими странными палатками. Ближе к ограде появились и настоящие палатки. Света здесь было меньше, и сильный в центре кемпинга запах бензина и солярки отступал перед смешанным ароматом сырости, хвои и намокшего мха.

Побродив бесцельно несколько минут, Альберт направился к ограде, за которой должен был стоять "Мерседес" Карины. Здесь было почти темно, и только выбивающийся из щелей палаток свет помогал различать дорогу. Нога Альберта наткнулась на что-то твердое и он чуть не упал. Пошарив перед собой носком ботинка, он убедился, что перед ним лежит кусок ограды, достаточно большой для того, чтобы в образовавшуюся дыру могла въехать машина. "А они еще охраняют вход", - хмыкнул Альберт, и вдруг ему стало очень неуютно. Неясный смутный страх, возникший вначале как неопределенный импульс, вдруг охватил ого. Там, за оградой, его ждала смертельная опасность - Альберт не знал, что вызвало эту уверенность, но ему захотелось бежать подальше от этого места. Ноги слабели, по позвоночнику метались электрические мурашки. Ощущение опасности росло с каждой секундой. Оставаться здесь было нельзя, но уйти не было сил. Страх гипнотизировал, взъерошивал волосы на затылке и заставлял сердце замирать едва ли не после каждого удара. Хотелось плакать, кричать, молить о пощаде неизвестно кого, но крик застревал в горле и неясно даже было, сколько прошло времени с начала предчувствия ужаса: секунда, две, или целый час. Понятие времени потеряло смысл, остались только страх и темнота. Собрав остатки воли, Альберт сделал шаг назад - и тут во тьме вспыхнули огромные глаза, на миг осветив оскаленные металлические зубы, и из леса донеслось рычание.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать