Жанр: Боевая Фантастика » Дэйв Волвертон » Ученик Джедая-1: Становление cилы (страница 9)


Глава 8

Оби-Вану снилось, что он снова очутился в Храме Джедаев, прогуливается среди звездных карт. Он протянул руку и коснулся звезды, вокруг которой вращалась планета Бендомир, — крупного тусклого светила, одного из пары красных гигантов. В воздухе вспыхнула голограмма, и голос давно умершего мастера провозгласил: «Бендомир — место, где ты погибнешь, если не будешь осторожен».

Очнувшись, он обнаружил, что по-прежнему находится в лазарете, руки его обвиты множеством тонких трубок, лицо закрывает кислородная маска. На миг ему почудилось, что он все еще видит сон — над ним, склонившись, стоял Куай-Гон Джинн. Большая прохладная ладонь джедая легла мальчику на лоб, и Оби-Ван понял, что все-таки проснулся.

— К-как? — еле слышно пролепетал Оби-Ван.

Куай-Гон убрал ладонь и отступил на шаг.

— Не разговаривай, — тихо предупредил он. — У тебя была сильная лихорадка, но я о тебе позаботился. Как выяснилось, твои раны куда серьезнее, чем под силу вылечить медикам.

— Это и правда вы? — спросил Оби-Ван, силясь пробиться сквозь туман, застилавший разум.

Куай-Гон улыбнулся. Оби-Ван впервые увидел у него на лице улыбку. Оказывается, великому джедаю свойственна не только суровость и холодность суждений.

— Да, это и правда я, — ответил рыцарь.

— Вы пришли, чтобы разыскать меня? — с надеждой спросил Оби-Ван. Будь он здоров, он ни за что бы не стал вот так, в лоб, спрашивать, что привело сюда знаменитого джедая, но он был слишком слаб, чтобы самому доискиваться ответа.

Куай-Гон покачал головой.

— Я тоже лечу на Бендомир. По поручению Галактического Сената. Наши миссии никак не связаны друг с другом.

— И все-таки мы вместе, — произнес Оби-Ван. — Вы могли бы показать мне… Но Куай-Гон опять покачал головой.

— Нет, Оби-Ван, я здесь не за тем, чтобы учить тебя. Наши пути расходятся. Пора тебе познакомиться с народом, которому ты будешь служить. Забудь обо мне. Ты должен служить, подобно всем джедаям, но не так, как служат рыцари. В этом тоже заключена великая честь.

В голосе Куай-Гона не было суровости. Однако его слова поразили Оби-Вана, как жестокий удар. Стоило в его душе затеплиться хоть малейшей надежде, как ее тотчас же разбивали в прах.

Оби-Ван понял: несмотря на то, что судьба по чистой случайности свела их на одном корабле, Куай-Гон не желает иметь с ним ничего общего. Если верить слухам, выходило, что Оби-Ван, так же как любой послушник его возраста, невольно растравлял бы старую рану Куай-Гона, лишний раз напоминал о его потерянном падаване. Оби-Вану было не под силу заставить Куай-Гона забыть прошлое.

Он постарался не выказать разочарования и, несмотря на физическую слабость, выглядел храбрецом.

— Понимаю, — молвил мальчик.

Дверь лазарета чуть-чуть приоткрылась. В проеме показалась треугольная голова, блеснул любопытный зеленый глаз. Обнаружив, что Оби-Ван его заметил, незваный гость проворно захлопнул дверь.

Оби-Ван снова обернулся к Куай-Гону.

— Вы правы. В первую очередь я обязан выполнять свою миссию. Я буду… — Но тут дверь снова приоткрылась. Оби-Ван замолчал и попытался приподняться на локте. — Входите же! — крикнул он пришельцу.

В лазарет бочком протиснулся арконец. Он был немного ниже ростом, чем его сородичи, и кожа его была скорее зеленоватая, чем серая.

— Мы не хотели мешать… — начал он.

— Ничего страшного, — подбодрил его Оби-Ван. -… но Клат-Ха назначила нам встречу. Сказала, ей нужно кое-что обсудить. Мы слышали, здесь лежит мальчик, который сошелся в страшном бою с хаттом и остался в живых, — тихо произнес арконец. — Мы хотели увидеть великого героя. Очень жаль, если мы помешали. Мы подождем снаружи. — Он попятился.

Оби-Ван заглянул через плечо арконца, никого не увидел и только тогда вспомнил, что у арконцев принято называть самого себя «мы». Они жили сплоченными колониями и были лишены чувства индивидуальности.

— Давайте я вам сразу кое-что разъясню, — сказал Оби-Ван. — Во-первых, никакой это был не страшный бой. Просто хатт схватил меня за горло и придушил. Я потерял сознание. Вот и все. Никакой я не герой.

— Одно то, что ты остался в живых, делает тебе честь, — заметил Куай-Гон.

— Вот именно, — поддакнул арконец и робко приблизился на несколько шагов. — Хатты вселяют в нас великий ужас. Вы проявили силу и мужество. Мы восхищаемся вами. Вы отважный герой.

Оби-Ван беспомощно посмотрел на Куай-Гона, ища поддержки. Мальчик понял, что не в его силах переубедить чересчур восторженного арконца. Куай-Гон отвернулся, чтобы скрыть улыбку.

— Хорошо, садитесь, и давайте познакомимся, — сдался Оби-Ван. — По-видимому, на этом корабле я буду крайне нуждаться в друзьях.

— Нас зовут Сай-Тримба, — сообщил арконец, усаживаясь на стул. — Мы знаем, вас зовут Оби-Ван Кеноби. Мы сочтем за честь быть вашими друзьями.

Дверь скользнула вбок. В лазарет, горя нетерпением, стремительно шагнула Клат-Ха.

— Хорошо, что вы здесь, — сказала она Сай-Тримбе.

Сай-Тримба неуклюже вскочил на ноги.

— Мы… — начал он, но Клат-Ха перебила его, обратившись к Куай-Гону.

— У нас возникли трудности, — решительно заявила она. — Кто-то испортил наше оборудование. Наш юный друг Сай-Тримба обнаружил это во время очередной проверки. У нас имеются три арконские горнопроходческие машины, и все три выведены из строя.

— Каким образом? — спросил Куай-Гон. Сай-Тримба с поклоном вышел вперед.

— Сэр, с них сняты термодатчики, которые измеряют температуру стенок проходческой машины. А блоки сцепления отрегулированы

так, что их невозможно разъединить.

— Что это значит? — спросил Оби-Ван.

Куай-Гон на минуту задумался.

— Арконские горнопроходческие машины предназначены для рытья туннелей через скальные породы и почву. Из-за трения о камни корпус машины во время работы очень сильно нагревается. Без термодатчиков не будет работать охлаждающая система. А при испорченных блоках сцепления машинист не сможет выключить двигатель. Машина будет вгрызаться в скалы до тех пор, пока не расплавится от перегрева. Все, кто в ней находится, погибнут.

— Вот именно, — мрачно подтвердила Клат-Ха. — Кажется, мы знаем, кто тут поработал.

Из коридора донесся трубный раскатистый бас.

— Си батха не бичи та Джемба? — пророкотал он по-хаттски. — Вы говорите обо мне, великом Джембе?

В дверь просунулась голова гигантского хатта. Он был куда крупнее того, с которым дрался Оби-Ван. Хатты живут несколько сотен лет и всю жизнь непрерывно растут, а вместе с ними растет их хитрость. Джемба, например, был так велик, что свободно мог бы проглотить троих человек сразу. Его чудовищная морда занимала весь дверной проем.

— Да, — ровным голосом подтвердил Куай-Гон. — Мы говорили о тебе, о великий Джемба. Входи, если сможешь.

Джемба в показном отчаянии распластался по полу.

— Много лет прошло с тех пор, как я мог проникнуть в такую маленькую норку, о джедай, — прогудел он. — Почему бы тебе самому не выйти? — Он хищно облизнул губы.

Куай-Гон неторопливо подошел к двери и встал лицом к лицу с хаттом.

— Тебя обвиняют в том, что ты испортил горнопроходческие машины арконцев, — заявил он.

— У-у! — провыл Джемба, отползая на шаг, и приложил руку к верхнему сердцу — этот жест у хаттов символизировал невиновность. — Ничего подобного! Клянусь, джедай, я этого не делал. Неужели я похож на существо, способное украдкой рыскать по углам и портить чужое оборудование?

Оби-Ван ни на грош не поверил Джембе, однако, представив, как чудовищный слизняк хатт украдкой рыщет по углам, чуть не покатился со смеху.

— Конечно, я не считаю, что в этом повинен ты лично, о великий, — сказал Куай-Гон. — Но это мог сделать по твоему поручению кто угодно из твоей команды.

— У-у! У-у! — Джемба подался назад, как гигантский червяк, и снова постучал кулаком по самому верхнему сердцу. — Твои обвинения ранят меня! Я непричастен! Загляни в мои сердца, джедай, и ты увидишь, что я не лгу! Ну почему все считают меня исчадием ада? Неужели только потому, что я хатт?! — обиженно возопил Джемба. — Я честный предприниматель.

— Хватит, — с отвращением перебила его Клат-Ха и шагнула к Джембе. Руки ее упирались в бока, чуть выше того места, где на левой ноге был пристегнут бластер. — Не сомневаюсь, это сделал один из ваших людей!

— Клянусь, я ни сном, ни духом непричастен к этому! — взревел Джемба.

Клат-Ха потянулась к бластеру.

Куай-Гон поднял руку, приказывая ей остановиться.

— А что, если, — глаза Джембы хитро прищурились, — это сделали ваши люди? Специально для того, чтобы навлечь подозрение на меня? Всем известна ваша беспочвенная ненависть ко мне. Вы уже подавали в Гильдию шахтеров запрос о том, чтобы лишить «Дальние миры» прав вести разработки на Бендомире. А теперь хотите бросить тень на меня и мою бригаду, хотите, чтобы меня отдали под суд! Законным путем убрать конкурента!

— Меня не интересует, законным путем вас уберут или нет! — в ярости выпалила Клат-Ха. — Я хочу, чтобы вы проваливали!

— Вот видите! — обиженно возопил Джемба и с мольбой воззрился на Куай-Гона. — Видите, с чем мне приходится сталкиваться? Как беззащитному хатту бороться со столь беспричинной ненавистью?

— Извини, Джемба, — с насмешливым смирением ответила Клат-Ха. — Но я не считаю беспричинной ненависть к лживому, коварному, трусливому убийце.

Громадное тело хатта оскорбленно содрогнулось.

— Мы еще не долетели до Бендомира, — заявил он, — а эта женщина-уже пыталась дискредитировать меня перед Гильдией шахтеров! А теперь она возводит на меня напраслину! Только послушайте, каким тоном она со мной разговаривает. Никакого уважения!

— Уважать тебя, Джемба, не за что, — выпалила в ответ Клат-Ха, — но я не возвожу на тебя никакой напраслины. Твоя ложь еще более жалка, чем твое отпирательство!

Джемба яростно взревел и бросился на Клат-Ха. Под напором чудовищного тела затрещала дверная рама, полетели щепки. Сай-Тримба зашипел от страха и прижался к стене. Оби-Ван, онемев от ужаса, смотрел, как громадный слизняк пытается протиснуться в узкую дверь. Да этот хатт способен разворотить весь лазарет!

Клат-Ха вытащила бластер, но Куай-Гон встал перед ней и поднял руку. Его взгляд впился в побелевшие от ярости громадные глаза хатта. Оби-Ван почувствовал, как комнату наполняет Сила.

— Хватит, — тихо произнес Куай-Гон.

Джемба перестал протискиваться в лазарет. Громадный хатт понимал, что ему не добраться до Клат-Ха. Куай-Гон обернулся к девушке. Она медленно опустила бластер и убрала его в кобуру на ноге. Оби-Ван невольно восхитился мастерством Куай-Гона и почувствовал укол сожаления. Ему хотелось бы многому научиться у великого джедая!



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать