Жанр: Боевая Фантастика » Владимир Ильин » Последняя дверь последнего вагона (страница 19)


И тогда Слегин рассказывает мне все. Сначала была посылка. Обыкновенный пластиковый ящичек, опечатанный и отмеченный штампами экспресс-почты. Отправитель был исправно указан в лице некоего «Майкла Смита» из американского штата Нью-Джерси, однако проверка показала, что обратного адреса, который указан на посылке, в природе не существует.

На всякий случай Слегин распорядился просветить и изучить вещественный привет от анонима всеми возможными способами. Было у него уже предчувствие, что ничего хорошего от посылки, адресованной лично ему, ждать не следует.

Подозрения Слегина оправдались в полной мере. Несмотря на заключения многочисленных экспертов о том, что никакой опасности посылка не представляет. Впрочем, по-своему они оказались правы. Никаких смертоносных штучек в виде щедрого заряда гексогена или пластида, мгновенно действующих ядов или бактерий сибирской язвы внутри ящичка не оказалось.

Зато там обнаружилось нечто такое, что обычно не посылают по почте.

Отрубленная кисть человеческой руки — вот что было в обычном полиэтиленовом пакете. С засохшей кровью на неровном срезе и почерневшими, скрюченными пальцами — словно владелец конечности пытался тщетно что-то удержать перед тем, как ему отхватили кисть. И никакой записки в приложение. Догадайся, мол, сам, кому принадлежал сей обрубок. Догадаться Слегину помогла дактилоскопическая экспертиза. Кисть принадлежала Сергею Чеклистову. Именно его Слегин имел в виду, когда накануне говорил мне о своем агенте, проникшем в ближайшее окружение Дюпона. Чеклистов когда-то начинал свою деятельность в качестве стажера под началом Слегина, вследствие чего Булат питал к парню почти отеческие чувства..

— Кстати, Лен, — говорит мне сейчас Слегин, — вот эта чертова посылка… Он поднимается со своего места за пультом и извлекает из недр отсека, где раньше в танке хранился боекомплект, небольшой черный ящик.

— Послушай, Лен, — говорит он, покусывая верхнюю губу, — я тебя никогда не просил воскрешать моих ребят, но тут такое дело… И не думай, что это я из-за Сереги… Конкретные личности сейчас не имеют значения. Если можно… прошу тебя… Ведь на Старой площади ты тоже собирал людей из кусочков…

Я понимаю, чего он хочет. Но предчувствую, что вряд ли сумею удовлетворить его мольбу.

Кисть оказывается совсем не страшной. Как бутафорский муляж, который используют в кино.

Я провожу по почерневшей сухой коже ладонью, не испытывая никаких ощущений, которые обычно сопутствуют активации Дара. Пробую еще раз и еще. Закрываю глаза, чтобы сосредоточиться. Бесполезно.

— Прости, Булат, — говорю виновато я, кладя кисть в ящик и возвращая его Слегину, — но тут я бессилен…

Слегин грустно качает головой и аккуратно кладет посылку в снарядный отсек. Словно боится причинить боль содержимому ящика.

— Получается, что твои экстра-способности не абсолютны? — задумчиво, словно беседуя сам с собой, роняет он.

— Ну почему же? — возражаю я. — Есть и другие возможные выводы… Например, если речь идет об искусной подделке…

— Исключено, — быстро перебивает меня Слегин. — Биоэкспертиза показала…

— Тогда остается еще один вариант… Я умолкаю. Продолжать не хочется. Но Слегин меня понял.

Он бьет кулаком по стенке салона танка и яростно шипит:

— Ну, тварь, попадись мне только!.. Сам… своими руками!.. Такие скоты, как он, — не люди!.. Их нельзя жалеть! Они даже и не звери, потому что ни один зверь не способен мучить свою добычу, убивая ее постепенно!..

— Теперь слушай, что было дальше, — взяв себя в руки, совсем другим тоном говорит он. — Сижу это я в своем кабинете, на душе тошно, словно ее мухи обосрали. Полнейший предсуицидальный шок, одним словом. Сам понимаешь, о чем я мог думать в тот момент… Ну конечно, что Дюпон этот — гад ползучий. И что не такой уж он неуловимый, а просто опять мы все в лужу сели с нашими агентурными играми… И что охота наша за ним похожа на погоню за поездом, отходящим от перрона, — вроде бы вот он, родимый, но все двери уже закрыты, и скорость он набирает с каждой секундой все больше… Ладно, не будем опускаться до лирики… Главное — вот что… Не успел я приложиться во второй раз к заветной фляжке, которую, с учетом специфики своей должности, держу в сейфе вместо аптечки с валидолом и прочей фармацевтической пакостью, как вдруг — звонок. И не просто звонок, а по «вертушке». То есть по системе секретной высокочастотной связи руководства Сообщества, включая Президента. Ну вот, думаю, уже кто-то из чрезмерного служебного рвения успел стукнуть о провале нашей затеи с Серегой… Или еще что-то стряслось, о чем я не ведаю? Снимаю трубку, а там — голос. Незнакомый, но вежливый такой.

И принадлежит человеку в годах, не какому-нибудь хулигану-хакеру из молодых, но слишком резвых… «Булат Олегович?» — спрашивает. Да, говорю, а с кем имею честь?.. И тут он мне выдает под дых. А это, говорит, тот, кому вы, многоуважаемый гражданин начальник, пытались подложить свинью… то есть человечка своего подсунуть втихую… И тут до меня дошло. Будто током вдарило. И сразу все мысли из головы прочь, а язык отказался поворачиваться, словно его пчела ужалила. По-том, когда первый шок прошел, дернулся было я распорядиться по внутренней связи, чтобы мои ребята установили, откуда идет звонок, но тут же опомнился. Это ж не простая связь, а «вертушка», к которой в принципе невозможно ни подключиться, ни аппаратуру

засечки использовать!.. А Дюпон — или тот, кто пытается себя за него выдать, — продолжает как ни в чем не бывало. И излагает мне цель своего звонка. А цель у него такая — как можно быстрее заполучить Воскресителя. Тебя то есть. Желательно — живым и невредимым. Ну, дальше началась у нас с ним словесная дуэль, которую я позволю себе опустить для экономии времени… Конечно же, попробовал я выяснить, чего он добивается, натравливая своих головорезов-камикадзе на мирное население. И для чего ему так называемый Воскреситель понадобился. И неужели он считает, что я настолько люблю фантастику, что готов поверить во всякую бульварщину вроде оживления мертвецов… Ну, и так далее, в том. же духе… Однако мерзавец оказался тактически подготовленным не хуже руководителей спецслужб. Потому что в ответ на все мои удивленные гримаски выдал он мне полную информацию. И о том, что Воскреситель — это сотрудник Инвестигации Владлен Сабуров, и что я использую тебя в качестве живца, хотя это глупо. Ну и наконец — что ты, Лен, нужен Дюпону позарез, как зрение слепому, причем немедленно и без всяких «раскруточных» комбинаций…

— Слушай, а ты не мог бы покороче? — перебиваю его я. — Все равно ни Гомера, ни Шекспира из тебя не выйдет!..

Меня опять крутит по-черному. То ли где-то поблизости находится морг, то ли кто-то важный недавно отдал богу душу в одном из домов, мимо которых несется наша кавалькада.

Но Слегин не внимает моему призыву.

— Короче? — усмехается он. — Ладно… Тогда опущу ту часть беседы с главным «спиралыциком», в ходе которой мы с ним играли в кошки-мышки. Собственно, в роли кошки на этот раз выступал он, а не я, хотя меня такой расклад никак не устраивал. А в конечном итоге он поставил меня перед выбором: или я безропотно отдаю тебя ему на растерзание, или…

Тут он внезапно замолкает и, почему-то покосившись на механика-водителя, от которого нас отделяет прозрачная звуконепроницаемая перегородка, принимается сосредоточенно закуривать.

Тоже мне, любитель дешевых эффектов!

— Или — что? — осведомляюсь я сквозь плотно стиснутые зубы.

Давление внутри меня достигает такого предела, что темнеет в глазах и хочется распахнуть люк, чтобы выпрыгнуть из танка на полном ходу — а там будь что будет!..

— Или он… а точнее — они, конечно… не такой уж он супермен-одиночка, хоть и старается им казаться… в общем, сотрет он нашу столицу с лица земли к чертовой матери! А времени на раздумья он дал, ни много ни мало, два часа… — Он бросает взгляд на часы. — Кстати, осталось сорок пять минут.

Я недоверчиво усмехаюсь:

— И ты поверил ему?.. Да это же бред какой-то!

— Сначала и я так решил, — признается Слегин. — Но, знаешь, что мне помешало наплевать на его угрозу?.. А то, что привести ее в исполнение не так уж сложно, как это кажется на первый взгляд. Достаточно и мегатонного ядерного заряда, взорванного в пределах Садового кольца, чтобы такой мегаполис, как Москва, превратился в радиоактивные развалины… А где гарантия, что у «Спирали» нет ядерного оружия, припрятанного где-нибудь в потайном хранилище еще со времен Разоружения? Кстати, размеры такого заряда не очень велики — в обычный грузовик-фургон поместится. Кроме того, есть и масса других, не менее милых средств массового уничтожения: газы высокой концентрации, плазма, аннигиляторы… Слишком много способов массовой транспортировки людей на тот свет в свое время изобрели ученые в погонах…

— Подожди, — морщусь я (не от скепсиса — от боли, раздирающей нутро). — Но почему Дюпона приперло уничтожить Москву именно сейчас? Если уж он такой кровожадный хищник, то что ему раньше мешало пустить в ход свое тайное оружие?

— А ты угадай, — ехидно советует Слегин.

— Мне он почему-то забыл об этом поведать… И еще. На тот случай, если я ему не поверю или, наоборот, поверю, но приму не те меры, которых он от меня ждет, то для начала он пообещал устроить крупное стихийное бедствие, которое аукнется по всей Европе… И, как видишь, слово свое он сдержал. Я закрываю глаза. Пот с меня льет уже не в три — в десять ручьев.

— Ты что? — пугается Слегин. — Что с тобой, Лен? И тут меня вдруг отпускает. Разом — как бывает, когда раненому делают инъекцию обезболивающего. Но Слегину об этом лучше не знать. — Значит, ты решил похитить меня, как жених невесту, — констатирую я, не открывая глаз и преувеличенно громко скрипя зубами. — Увезти подальше от эпицентра предстоящего взрыва, да? Но ты одного не учел, Слегин… Думаешь, я такой закоренелый мазохист, что целый год ежедневно мучился от приступов в городе, где не проходит и часа, чтобы кто-нибудь не погиб? Почему, по-твоему, я не послал все на три буквы и не рванул куда-нибудь в глушь, где на сто квадратных километров — ноль целых хрен десятых живых душ?.. Так вот, знай: Дар не позволяет мне этого! И когда мы окажемся за городом, тебе просто некого будет; спасать от козней Дюпона, Слегин. Просто-напросто сердце мое не выдержит и разлетится, как граната, на куски…



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать