Жанр: Боевая Фантастика » Владимир Ильин » Последняя дверь последнего вагона (страница 44)


Еще несколько унесенных лет жизни — и наконец можно десантироваться из страшного убежища с истошным воплем: «Руки вверх! Интерпол! Вы арестованы!»

Потом, сковав наручниками торговцев наркотой, я сунулся в шкаф и оторопел. Труп оказался надувной секс-куклой, которая стопроцентно имитировала голую женщину. Оказалось, что таким образом администрация «Хилтона», зная извращенные вкусы своих постояльцев, решила поставить секс-обслуживание на коммерческую основу, с предварительной доставкой в номер…

Вот и теперь, раздвигая створки шкафа, я готовлю себя к самым неприятным сюрпризам, но, к моему искреннему удивлению, внутри нет ни ползучих гадов, ни манекенов, притворяющихся свеженькими покойниками. Зато имеется разнообразный набор одеяний — взрослых по сути, но детских по размеру, словно их шили для лилипутов, — и я выбираю для себя вполне приличную рубашку практичного серого цвета, черные вельветовые брюки и кожаные туфли на низком каблуке (не люблю все эти современные спецробы в виде джинсов, спортивных костюмов и кроссовок!).

Одевшись, направляюсь к двери.

Однако дверь оказывается закрытой, а ключ от замка — как, впрочем, и сам замок — отсутствует.

Они что — решили меня посадить на диету? Может, вспомнить былые навыки и выломать дверь? Хотя теперь это вряд ли будет мне под силу…

Я возвращаюсь в комнату и уже собираюсь вплотную заняться изучением компьютера, но тут в двери что-то щелкает, и она распахивается, пропуская незнакомую мне фигуру.

Это что еще за фрукт? Высокий, худой, меланхолического вида, с редкими волосами и глазами с томной поволокой. Ни дать ни взять — голливудская звезда Том Хэнке, вечный положительный герой с манерами доброжелательного придурка. Каким ветром его занесло в сей приют-отстойник для взрослых младенцев? Может быть, он-то и есть директор данного заведения?

— Здравствуйте, Владлен Алексеевич. Ну, как вы? Отдохнули немного? — осведомляется «Хэнке», по-хозяйски устраиваясь на краю моего недавнего ложа.

Он что — издевается?!.. По-моему, даже самый отъявленный циник не осмелился бы назвать отдыхом сон под «кайфом»!.. Или он сам колется втихаря от подчиненных и своих подопечных?

— Замечательно отдохнул, — нарочито бодрым тоном ответствую я. — Если честно, давненько уже так не отдыхал… Места у вас тут отличные, знаете ли. Природа, воздух, птички щебечут… Просто райский уголок!.. Кстати, вы давно тут работаете?

На лице моего собеседника отражаются значительные умственные усилия.

— Тут? — с непониманием переспрашивает он. — Что вы имеете в виду? — Потом спохватывается: — Ах да, я же вам не представился… Прошу прощения. Издержки должности, будь они прокляты. Когда тебя по десять раз на дню терзают пресса и телевидение, то, сам того не замечая, привыкаешь к тому, что тебя повсюду узнают в лицо… — Он радушно протягивает мне руку. — Астратов Юрий Семенович, начальник особого отдела Общественной Безопасности по борьбе с терроризмом.

Вот тебе и директор сиротского приюта! Преемник Слегина — вот кто он такой. Хотя раньше я не встречал этого типа в Раскрутке. Может, он, как это частенько бывает, из «варягов»?

— Очень приятно, — наклоняю голову я, делая вид, что не замечаю протянутой мне руки. — А ваш отдел случайно раньше не Раскруткой назывался?

— Было дело, — кивает Астратов, как ни в чем не бывало убирая руку восвояси. — До Японии… Впрочем, многие до сих пор по привычке нас так называют. А вы…

— А про меня вы уже наверняка все знаете, — не даю ему докончить я.

Он едва заметно напрягается. Не привык, видно, чтобы кто-то в разговоре с ним бесцеремонно перехватывал инициативу. Ничего, проглотишь и не подавишься. Это тебе не детей наркотиками пичкать!..

Наконец Астратов расплывается в улыбке и шутливо грозит мне пальцем.

— А вас голыми руками не возьмешь, Владлен Алексеевич, — заявляет он. — Чувствуется старая закалка, чувствуется!… Ладно, тогда не буду терять время на предисловия и перейду сразу к делу…

Я решительно спрыгиваю с кресла.

— Знаете, Юрий Семенович, а я не хочу иметь с вами никаких дел. Поэтому наш дальнейший разговор не имеет смысла.

Он достойно переносит этот удар под дых.

— Вам что-то не нравится, Владлен Алексеевич? — с невозмутимым видом интересуется он.

— Да нет, — с сарказмом ответствую я. — Представьте себе: я — неисправимый мазохист! Мне нравится, когда ваши подчиненные сначала пересаживают мою ноо-матрицу — так, кажется, вы это называете? — в тело малолетнего ребенка, фактически уничтожив его сознание! Мне нравится, что меня без моего согласия умыкают неизвестно куда и зачем! Мне нравится, что на словах передо мной юлят и заискивают, а наделе ни черта не доверяют, словно я — настоящий ребенок, от которого неизвестно чего можно ожидать! И, наконец, мне нравится, что меня запихнули в эту спецтюрьму и морят голодом с самого утра, словно я буду сыт вашими разговорами о делах!..

— Не беспокойтесь, — делает успокаивающий жест Астратов. — Завтрак вам сейчас принесут. А что касается всего остального, то ваши претензии вполне обоснованны, и я приношу искренние извинения за причиненный вам ущерб. Но и вы поймите, что все меры, на которые мы вынуждены были пойти, продиктованы объективными требованиями сложившейся обстановки. Вас наверняка уже проинформировали, что сейчас творится в мире, но в дополнение к этому я хотел бы подчеркнуть, что на повестке дня стоит вопрос…

— …жизни и смерти человечества, — обрываю я своего собеседника, плюхаясь в кресло. — И, по-вашему, любые меры хороши, лишь бы спасти планету от

гибели…

— А у вас есть другое мнение на этот счет?

— Знаете что? Давайте отложим в сторону все эти теоретические диспуты и поговорим о более насущных Проблемах.

— Собственно, для этого я к вам и пришел, — пожимает плечами Астратов.

— Что вы от меня хотите? Только честно!.. А? Глупость сморозил. Ведь по

себе знаю, что, когда к человеку обращаются: «Скажи мне, только честно…», ему приходится нагло врать.

Видимо, «раскрутчик» тоже так считает. Он устало трет ладонями лицо, прежде чем ответить. Потом достает из кармана пачку «Билтона».

— Хотите? — осведомляется он, вытряхнув наполовину одну сигарету из пачки и протянув ее ко мне.

— По-моему, детям никотин особо вреден, — ехидно замечаю я.

Он пожимает плечами:

— Ну, это я так, к слову… Хотя, по нашим данным, раньше вы дымили как паровоз, Владлен Алексеевич.

— Да, но я не хотел бы, чтобы Саша Королев с детских лет усваивал пагубные привычки. Так что придется мне бросить курить. В новую жизнь надо входить без старых пороков, знаете ли…

Он понимающе кивает, раскуривая сигарету с помощью изящной зажигалки в виде золотистого цилиндрика.

Клубы дыма устремляются в мою сторону, и мне приходится отмахиваться от них ладошкой. Дым вонючий и едкий. И как только люди травят себя такой гадостью? Неужели и я сам ежедневно сжигал свои легкие почти тридцать пять лет?

Но теперь это в прошлом…

— Вы знаете, Владлен Алексеевич, сколько детей рождается в мире ежедневно? — вдруг спрашивает Астратов.

— Понятия не имею! — искренне отвечаю я. — Никогда не интересовался статистикой.

— Зато мы были вынуждены интересоваться. И не просто интересоваться, но и испытать ее на своей шкуре…Так вот, каждую секунду на Земле появляются на свет в среднем двадцать человек. Семьдесят две тысячи в час. Миллион восемьсот тысяч в сутки. Но это — в среднем. А в тот день, когда, прошу прощения, вас не стало, в мире стало больше почти на два миллиона новых граждан…

— Ну и что? К чему эта арифметика?

— Да так, — усмехается Астратов. — К слову… Хотелось бы, чтобы вы представляли себе объем работы, который мы уже проделали и проделываем до сих пор.

— А что вы от меня-то хотите?

— Все очень просто, Владлен Алексеевич, — успокаивающе начинает он, судорожно затягиваясь сигаретой. Ненавижу подобные вступления, которые почему-то так любят употреблять начальники всех мастей! Когда тебе говорят, что возложенная на тебя миссия будет легкой, значит, тебе наверняка придется из кожи вон лезть, чтобы выполнить ее. — Мы хотим, чтобы вы нам помогли найти гражданина Артура Дюпона.

— При чем здесь я? Неужели у вас не хватает людей, чтобы орудовать «реинкарнатором»?

— Не в этом дело, — взмахивает сигаретой шеф Раскрутки. — Поймите, вы представляете для нас особую ценность. Количество потенциальных носителей личности Дюпона, проверенных нами, растет с каждым днем. А времени до дня икс — все меньше… Соответственно, все меньше остается надежд на то, что нам удастся застигнуть Дюпона врасплох в момент реинкарнации. Видите ли, прибор, который мы применяем для активации ноо-матрицы, основан на особом психофизиологическом воздействии на подсознание носителя. И хотя такое воздействие во многом подобно гипнозу, но это совсем не гипноз… Вы же сами когда-то занимались феноменом реинкарнации, Владлен Алексеевич, и должны знать, что некоторые исследователи пытались применять в этих целях гипноз. Однако эффективность этой методики, во-первых, составляет всего тридцать процентов, а во-вторых, нет никаких гарантий того, что видения, навеянные человеку под гипнозом, действительно являются его воспоминаниями о прошлой жизни. Иногда оказывалось, что люди видят под гипнозом не картины из своей предыдущей персонификации, а то, что ежедневно откладывается балластом на дно подсознания: обрывки сновидений, результаты работы воображения; образы, созданные мозгом в ходе чтения книг, просмотра фильмов, и так далее… Однако вашим коллегам — («бывшим коллегам», — поправляю я своего собеседника, но он пропускает мои слова мимо ушей) — во главе с Игорем Всеволодовичем Шепотиным удалось разработать совершенно оригинальную методику высвобождения скрытого альтер эго из-под всех этих наслоений и реализовать ее в поистине чудодейственном устройстве, которое взято нами на вооружение. Но, к сожалению, одна проблема все еще нами не решена…

Догоревшая до самого фильтра сигарета начинает жечь пальцы Астратову, и он принимается озираться в поисках подходящего места для тушения окурка. Не обнаружив такового поблизости, встает и удаляется в туалет, откуда немного погодя слышится шум воды, спускаемой в унитаз.

— Речь идет о достоверности показаний реинкарнированных, — продолжает он, вернувшись в комнату. — Да, в большинстве случаев люди, возвращенные нами к жизни из небытия, честно и правдиво идентифицировали себя. Но были случаи, когда мы имели дело с мошенниками, пытавшимися обвести нас вокруг пальца. Так что пришлось предпринимать соответствующие меры: создавать базы данных по официально умершим, пропавшим без вести и вообще по всему населению. Как говорится: доверяй, но проверяй… Дальше — больше. Появились отдельные личности, видимо, с особенно мощной аурой, на которых ни «реинкарнатор», ни псевдогипноз почему-то не действовали после активации их ноо-матрицы. Так называемые «невозвращенцы». Их примерно два процента от общего числа, но они-то и портят нам всю малину! Где гарантия, что все они рассказывали правду о себе после так называемого «воскрешения»? И где гарантия, что среди них не скрывается Дюпон, в запасе у которого могла быть масса ложных биографий и абсолютно чистых легальных документов?.. Да он мог вообще сделать вид, что не помнит своего имени, — в нашей практике бывало и такое… И хотя мы…



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать