Жанр: Героическая фантастика » Юрий Никитин » Передышка в Барбусе (страница 13)


Среди шелеста озабоченных голосов вычленил голос старого хрыча:

— Да когда сильно напьётся... У их батюшки такое бывало. То один славный предок проснётся и велит войной идти на завоевание мира, то другой, иной всем даёт волю, отменяет налоги, а сам уходит ловить рыбу... то ещё что-нибудь непотребное...

Аспард, судя по лёгкому металлическому шороху его кольчуги, с опаской оглянулся на Мрака, не слышит ли грозное Величество, в котором пробудился грозный дух грозного предка, спросил шепотом:

— И что тогда делали?

— Да старались снова упоить как можно быстрее. Чтоб или другой предок воплотился, понормальнее, либо Его Величество пришёл в себя. А он тоже был тцар как тцар: пил, ел, с бабами баловался, на охоте пропадал, в дела государственные не больно вмешивался. И всё шло хорошо.

Аспард вздохнул:

— И сейчас бы шло хорошо, если бы на трон, что зашатался, не полезли всякие...

Мрак тряхнул головой, открыл глаза. На него смотрели кто со страхом, кто с простым жадным любопытством, кто просто ждал, что будет дальше. Мрак поморщился, сказал медленно:

— Что-то голова заболела... Воздух тут дурной, что ли?.. Да, я побывал ночью в усыпальнице моих великих предков, говорил с ними... Они обвиняли меня, требовали, увещевали... До сих пор их голоса в черепе звенят... Есть в ухе дырки аль нет? Хотя, не знаю, может быть, пусть звенят, напоминают, что, окромя чудес звёздного неба, есть и чудеса на земле... Ладно, пошли на пир, чтой-то я поесть люблю...

Аспард провел его через огромный зал, возле двери в следующий — куча охраны, а когда перед ним распахнули дверь, Мрак на миг остановился, ошалелый. Зал впятеро меньше, зато народу впятеро больше, все, как медведи да вепри матерые, бывалые, тёртые. Всего один стол, но длинный, всего одно кресло свободно... тьфу, не кресло, а трон, остальные заняты, там оживленно общаются эти крепкие мужички, кто в этом зале явно не за родовитость, не за родовитость...

Церемониймейстер провозгласил громко:

— Его Величество, Яфегерд, властелин земель Барбуссии, защитник справедливости и карающий меч правосудия!

Его зычный голос всё же потонул в гаме и шуме, но кто-то оглянулся, встал без всякой поспешности, с достоинством, глядя на Мрака совсем трезвыми и проницательными глазами. Другие, заметив изменение, оглядывались, поднимались. Кто-то кланялся, кто-то смотрел почти с вызовом, кто-то держался так, чтобы на морде не больше выражения, чем на коре старого дуба.

Мрак прошествовал к трону, милостиво улыбался, кивал в ответ, а когда заметил среди присутствующих женщину, поклонился. Её лицо вспыхнуло, глаза расширились в негодовании. Он уже видел, как на её пунцовых губах закипает что-то злое, но сдержалась, а он величественно опустился на мягкое сиденье. Всё старался понять, что же он сделал не так, а глаза шарили по пиршеству, пытаясь схватить все разом и понять здесь роль каждого.

Знатные люди, как всех их назвал Аспард, до его прихода уже успели опорожнить несколько кувшинов вина, слуги поспешно заменяют на полные, сейчас парадные двери распахнулись, сразу потянуло ароматным запахом свежезажаренного мяса. Вошли с блюдами в руках дюжие ребята, на подносах оранжевые до коричневости тушки гусей, лебедей, мелкой птахи, следом четверо внесли, сгибаясь под тяжестью, огромное блюдо с зажаренным целиком кабаном...

Троих за столом Мрак знал, это Квитка, Сисад и Билга. Квитка, это который весь из себя розовый шар в перстнях и брошках, управляющий, с Сисадом и Билгой, того, общался, по крайней мере, ответил милостивым наклоном головы на их совместный поклон, остальные вроде хорошо знают его, все-таки тцар, не хвост собачий. Если что и не так, то плюс к его чудаковатости ещё и удар дубиной по голове, это ж все перепуталось, перемешалось, что-то забыл...

Он благосклонно кивал, улыбался, потом сел, и все присутствующие тоже сели, но без спешки, не солдаты, а равные, почтившие хозяина дома, не больше. Кто-то сбоку поинтересовался самочувствием, Мрак кивнул, сказал, что уже ничего, всё в порядке, только временами в голове звон, и тогда просто забывает, что с ним и где он, но лекари обещают, что скоро всё пройдёт.

Тоже кивали, соглашались, что всё пройдёт, у Его Величества крепкий организм, не зря же деды и прадеды всю жизнь провели в полевых шатрах, спали у костров, положив под голову седло, даже батюшка ломал по две подковы разом, хоть уже и не очень к войнам был охоч...

В этих речах, как он заметил, сквозило и осуждение, что он занимается только звёздами да лекарями, и в то же время облегчение, что ли. Свои радуются, что сидят во дворце за таким столом, а не спят у костров с седлом под головой, чужеземные послы тоже довольны, можно спокойно и без спешки готовиться к войне, явно же победоносной, такой правитель им не помеха...

Пышно одетый слуга услужливо опустил перед Мраком на стол золотое блюдо. В золотистом соусе лежала хорошо обжаренная змея, сверху ее посыпали печёными пауками, а с боков примостили каких-то варёных ящериц.

Мрак уставился обалдело, а повар сказал почтительно:

— Свеженькая, молодая!.. Только что изловили, ухитрилась перекусать троих, пока в мешок засунули. А пауки еще час назад мух ловили. Так что не сомневайтесь, всё самое свежее!

Мрак просипел:

— А мухи-то хоть... толстые? Повар всплеснул руками:

— Ну, конечно же! Мы ж их выкармливаем уже десять лет. Ни у одного тцара таких нет.

— Ага, — сказал

Мрак. — Ну, тогда...

Он задержал дыхание, отрезал от змеи кусок и отправил в рот. Пахнет сносно, на вкус оказалось тоже терпимо. Вообше-то он в дороге, когда живот сводило от голода, ел и змей, и ящериц, но с какой дури есть эту гадость за таким столом, где на расстоянии вытянутой руки зажаренный гусь, коричневая корочка блестит, покрытая мельчайшими бусинками сладкого ароматного сока, только тронь — хрустнет, как молодой ледок, а из разлома такой пар, такой запах...

Он механически жевал проклятую змею, но смотрел на гуся, так получалось лучше. Аспард, простой в манерах, вытащил из-за голенища огромный нож, отхватил от гуся половину и с торжеством уволок себе на блюдо. Мрак заставил себя оторвать взгляд от второй половины, Аспард и её скоро утащит, пробежал взглядом по лицам гостей уже внимательнее.

Рагнар, военачальник и лучший полководец, с этим что-то неясное, за ним с приятной улыбкой на приятном лице грузный мужик, чей-то посол, имя вылетело, ест мало, пьёт ещё меньше, с той же приятной улыбкой выслушивает любого собеседника, что-то отвечает, а улыбается всё приятнее и приятнее, скоро рот вовсе раздерётся. Одет не ярко, но и не бедно, а так, чтобы сразу видно: человек умный, про одежду много не думает, не щёголь, но одевается так, чтобы всем было приятно на него смотреть.

За ним справа посол из Славии, этот больше похож на могучего буйвола: крупная квадратная голова на широких плечах почти без шеи, выпуклая грудь, длинные толстые руки. Одет пышно, но чувствуется, что это его одели, а не он сам выбирал. Такой предпочитает что-нибудь попроще, а седло коня ему привычнее, чем мягкие кресла во дворцах... Интересно, что же из него за посол, ибо послы — это что-то хитрое, изворотливое, постоянно копающее под правителя той страны, куда посланы...

Дальше сидит Хугилай, если он правильно расслышал, главный управляющий делами Барбуссии. Вот дивно, тцар — он, а делами управляет другой... Нет, управлял, конечно, тцар, но у тцаров других дел хватает, поважнее и поинтереснее: у кого петушиные бои, у кого пьянка и бабы, у кого звёзды, вот и получается, что на плечи расторопных слуг начинает сбрасываться полегоньку часть державной ноши...

Хугилай возраста среднего, да и роста среднего, но в плечах неимоверно широк, даже пошире его самого, грузен до безобразия, длиннорук, но что приковало внимание Мрака, так это страшноватое и одновременно красивое лицо. Голова Хугилаю досталась, как пивной котёл, потому места хватило и крупному носу, и огромному рту с толстыми, как оладьи, губами. Нижняя челюсть, как у коня, но Мрак всматривался в глаза, в которых горит отвага, мужество, но вместе с тем высокомерие, не свойственное простому управляющему. В нем была доброжелательность и в то же время затаённая и тщательно упрятанная злость...

— Как тебе здесь, Аспард? — поинтересовался Мрак. Аспард вздрогнул, едва не выронил гусиную лапу.

— Странно, — признался он. — Первый раз вы меня пригласили за этот стол, Ваше Величество! Но, скажу вам, не мешало бы вам... уж не прогневайтесь, заглянуть хоть разок на задний двор, где солдатские бараки, оружейные, кузницы... Надо бы показаться солдатам, чтобы взвеселить их сердца. Не обессудьте, но в костёр преданности тоже нужно подбрасывать дровишек...

Он умолк, лицо стало напряжённое, словно сболтнул лишнее. Мрак вытер полотенцем рот, поднялся.

— Пируйте, пируйте! Мы с Аспардом малость пройдёмся, а потом... может быть, даже вернёмся.

* * *

Рагнар провожал тцарскую фигуру ошалелым взглядом, в котором все ярче разгорался гнев. Похоже, что тцар переоценивает его благородство, переоценивает. Сам брякнул, никто за язык не тянул. Высшими богами поклялся, самим богом Кибеллом... Теперь всё, он в его руках. А руки у Рагнара, как и у всех из его рода, цепкие. Не вывернешься...

Мрак оглянулся, Рагнар успел увидеть сильное свирепое лицо. В душе на мгновение колыхнулся страх. А что, если в самом деле тцар сумел как-то соединиться душой со своими предками... а там, говорят, были и сильные воители, не только растяпы, что смотрят на звёзды...

В растерянности он опустился за стол, сжал руками виски, стал до мелочей восстанавливать тот особый день, день наибольшего ужаса в его жизни и... наибольшего триумфа. Тогда для него это началось с жуткого страха, но теперь со слов тцара и Регунда он знает до мелочей, как всё происходило.

Это было всего полгода назад. Слухи, что тцарица плоха, стали всё упорнее. Неведомая болезнь пожирала её некогда дородное тело. За две недели она иссохла в щепку. Тцар горевал, уже приготовился к неизбежному, но всё равно вздрогнул и побелел, так рассказывает его советник Регунд, когда он в тот день вошёл без стука и сказал с порога:

— Светлый тцар... Тцарица совсем плоха.

— А что волхвы? — спросил тцар беспомощно.

— Волхвы... — Регунд развел руками. — Что они могут... Ну пошептать, ну дать травки, чтобы не так болели зубы. Но когда придет та с косомахой, что сделает даже самый могучий волхв или самый умелый жрец?



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать