Жанр: Героическая фантастика » Юрий Никитин » Передышка в Барбусе (страница 16)


Мрак посмотрел на увальней в тени, на старого ветерана, покачал головой:

— Это называется гоняет?

— По нынешним временам, — ответил Аспард. Он умолк, с недоверием смотрел на тцара.

— Мало гоняет, — обронил Мрак.

— Мало, — охотно согласился Аспард. Он взглянул с внезапно вспыхнувшей надеждой на Мрака. — Может...

Он в нерешительности умолк, Мрак спросил нетерпеливо:

— Что?

— Может, — повторил Аспард, — им не помешает упражняться больше?

— Не помешает? Где это ты таким круглым, как дураки, словам научился? Во дворце?

— Этикет, Ваше Величество, — пробормотал Аспард.

— В задницу твой этикет, — решил Мрак. — Этим лодырям надо подтянуться.

— Но вы сказали... — начал Аспард нерешительно, спохватился, весь подобрался, крикнул старому ветерану: — Щербатый! Его Величество изволит зреть, насколько сильны и умелы его воины!

Ветеран посмотрел на Мрака с недоверием, но выпрямился, гаркнул:

— Всем встать!.. К метанию дротиков товсь!

Воины нехотя поднимались, двигались лениво, сонно, разомлевшие от жары. Только двое в шлемах, остальные оставили их под стеной в тени. Так же сонно взяли по дротику, выстроились в линию. Один наглец повернул одуревшее от жары лицо и сказал капризно:

— А как же, Ваше Величество, что для человека главное — душа?.. А эти упражнения оскорбляют суть человека?

Мрак видел, как Щербатый покраснел от гнева, кулаки ветерана сжались так, что побелели костяшки. Явно жаждет двинуть наглеца, по темечку, да так, чтобы в землю по самые ноздри, дабы захлебнулся в собственных сопельках... но не решается, поглядывает на Мрака с недоверием и опаской.

Аспард махнул рукой. Щербатый набрал в грудь воздуха, рявкнул:

— Бросай!

Двенадцать дротиков взвились в воздух. Два долетели до стены и вяло тукнули камень у основания. Еще пять упали под стеной, остальные едва преодолели половину двора. До деревянного круга не добросил никто.

Мрак нахмурился. Если таковы и остальные воины, то это тцарство приходи и бери голыми руками. Правда, здесь в горах загадочные башни магов, да ещё какие-то секретные конюшни драконов, но без храбрых и сильных воинов страна обречена.

— Хреново, — сказал он хладнокровно.

Щербатый отпрыгнул, услышав такое непривычнейшее слово от одухотворённого и возвышенного тцара, пару мгновений смотрел остановившимися глазами, но старый ветеран должен уметь быстро принимать решения, и Щербатый сразу же закричал, вздымая грудь и приподнимаясь на цыпочках, как петух:

— Вы слышали, что изволил речь Его Величество? Он изрёк, что вы не совсем прекрасно... даже не очень хорошо... мать вашу!.. Что хуже некуда!

Мрак вышел во двор, взял в руку дротик. Аспард и Щербатый смотрели на него во все глаза. Мрак повертел дротик в руке, легковат, надо бы наконечник подлиннее, да и древко потолще. Прутик, а не дротик. Вон у Гонты стрелы были толще.

— Вот что, ребята, — промолвил он возвышенно. — Нельзя быть к другим суровше, чем к самому себе, верно?

— Верно!!! — заревела дюжина голосов.

Аспард и Щербатый обречённо переглянулись. На блестящем шлеме Аспарда поникли даже перья, а у Щербатого опустились плечи.

— Я вот смотрел на звёзды, — продолжал Мрак, — и значится, такая умная мысль пришла от созерцания... Тцар должон быть примером, верно? И не требовать от других больше, чем от себя. Я вот щас брошу дротик... и да не будет у вас отдыха, пока не научитесь бросать дальше. Или лучше. Согласны?

— Истинно речёшь, Ваше Величество!!! — заревели воины преданно. Иные уже сразу начали оглядываться на оставленный кувшин. — Истинно! Звёзды — это да!.. В звёздах — мудрость! Да здравствует Его Величество!.. Слава...

— А кто бросит дальше, — сказал Мрак, — или попадёт лучше... тот освобождается от учений. Остальных Щербатый будет гонять до седьмого пота. Договорились?

Аспард и Щербатый повесили уже и головы. Солдаты заорали преданно:

— Истинно говоришь, Ваше Величество! Все так и будет, как велишь!..

Мрак повернулся к Щербатому:

— Слышал?

Тот ответил угрюмо, голос был упавшим на дно самой глубокой и сырой могилы.

— Да, Ваше Величество... как скажете.

— Вот и хорошо, — сказал Мрак. — Я вот, бывало, смотрю на звёзды, а они говорят, что тцар с народом должон договариваться, а не приказывать. Убеждением надо, убеждением!

Он встал на линию, снова взвесил дротик на руке. Поднял над плечом, держа глазами деревянный кругляш на противоположной стене. Во дворе было тихо, только кто-то из солдат не удержался, хихикнул. Аспард и Щербатый хранили мрачное молчание.

Мрак занёс руку за спину, чуть отклонился, потом швырнул, добавляя к броску вес всего тела. Дротик прорезал воздух со свистом падающего с горы камня. Все видели его только что в тцарской длани, затем превратился на краткий миг в смазанную полосу, а затем раздался сухой треск. От деревянного круга откололся клин, выпал. Дротик вонзился... не в самую серёдку, правда, но зато как будто даже не просто в дерево, а, пронзив мишень, в камень.

В полной и мёртвой тишине Мрак звучно отряхнул ладони. Звук был такой, будто постучали поленом о полено. Оглянулся. Аспард и Щербатый смотрят с отвисшими челюстями. Оба чем-то напомнили ему Хрюндю. Выпученными глазами, наверное.

Мрак сказал ласково:

— Приступайте, орлики. А ты, Щербатый, когда научатся метать... дай знать. Я приду и... ну, молот метну, что ли. Или с конём на плечах побегаю. Я люблю с народом по-хорошему. Правильный тцар не приказывает, а убеждает. Верно?

Аспард хлопал ртом, как выброшенная на берег крупная рыба. Щербатый пришёл в себя первым. На испещрённом шрамами лице проступила свирепейшая радость. Он посмотрел на солдат, как бог

подземного мира смотрит на грешников, попавших к нему на веки вечные.

— Ну, ребятки, — произнес почти ласково, что выглядело страшнее любого рыка, — теперь приступим... Вы ж сами вызвались, убеждённые вы мои, так что не взыщите...

Он посмотрел на расколотый деревянный круг, с великим почтением на Мрака. Мрак кивнул Аспарду.

— Пошли, что ли?

Начальник стражи семенил следом непривычно мелкими шажками.

В своих покоях Мрак привычно поискал секиру, вспомнил, что он — тцар, рухнул в мягкое кресло и указал Аспарду на кресло напротив.

— Садись. Да садись, садись!.. Что ты какой-то... Я ж ещё шкуру с тебя живьём не сдираю... пока что? Так что садись. И вообще, давай глаголь, что тут пока творилось... Ну, пока я мудро и величественно оборзевал... обозревал, словом, лицезрел звёздное небо и мыслил, мыслил, мать его, всё мыслил и мыслил... О Высоком всё да о Высоком, а тут, под ногами, что именно накопошилось?

Аспард мялся, кряхтел, разводил руками. Лицо стало багровым, а глаза совсем несчастными и потерянными. На лбу выступили крупные капли пота.

— Ваше Величество! — взмолился он. — Да разве ж я должен такое говорить?

— А кто? — спросил Мрак.

— Спросите своих управителей. Они вам всё-всё расскажут.

— Соврут, — ответил Мрак убеждённо. — Все здесь брешут, ты заметил?.. Ты тоже, наверное, но сейчас я спрашиваю не о твоём деле, а о делах тцарства вообще, об обстановке... так что тебе вроде смысла нет брехать, верно? Не ты ж виноват, не тебе и оправдываться?

Аспард вытер рукавом потный лоб. Вздохнул горестно. Похоже, он все-таки из тех служак, определил Мрак с жалостью, что дела государства принимают как свои. Живут ими, служат им, отдают им время, силы, здоровье, жизни.

Неслышно появился слуга, перед Мраком на столике возникли золотые кубки, один другого красивее, ярче, дороже. Полилось тёмно-красное вино, тонкий аромат пошёл во все стороны, даже у Аспарда дрогнули ноздри. Мрак кивнул ему на кубок, взял другой, отхлебнул.

Терпкое вино приятно обожгло горло, прокатилось по пищеводу, горячим шаром опустилось в желудок. Аспард вздохнул, пальцы вздрагивали, когда взял драгоценный кубок.

— Пей, — велел Мрак, — здесь хорошее вино. Хотя я знавал и лучше. Ну, так как?

Через час он уже знал вкратце всё, что творилось во дворце и за его пределами. Через два — знал подробно. За это время слуги унесли кубки и принесли другие, ещё краше. Дважды приносили жареное мясо, изысканно приготовленных мелких птичек, печёную рыбу. Принесли было редких змей и по-особенному приготовленных ящериц, но Мрак отправил их обратно, к великому облегчению Аспарда.

Во время этого малого пира послышался уверенный стук в дверь. Появился массивный придворный, которого Аспард на приеме назвал Хугилаем. Не просто придворный, вспомнил Мрак, а главный управляющий. Хугилай вдвинулся в помещение, как огромная льдина в половодье, стало тесно, он окинул стол цепким взглядом, слегка поклонился, ухитрившись при этом даже не наклонить голову, промолвил ровным механическим голосом, словно проскрипела тяжело груженная бревнами телега:

— Ваше Величество, пришло время приема послов. Мрак вскинул брови.

— Ого, так я, выходит, на службе?

Хугилай поклонился, в ничего не выражающих глазах на миг промелькнула тень улыбки.

— На службе, Ваше Величество. Мы все на службе Отечеству. И нет от этой службы ни сна, ни отдыха.

Мрак проворчал:

— Догадываюсь... Помрём, и то заставят служить.

— Заставим, — согласился Хугилай спокойно. — Как служат Отечеству все ваши доблестные предки, Ваше Величество.

Аспард поспешно поставил кубок, он успел подняться раньше Мрака. Хугилай провёл их обратно в тронный зал, где под стенами группировались немногочисленные придворные. Из числа тех, в кого уже не лезло в пиршественном зале.

Мрак опустился в тронное кресло, Аспард встал сзади и чуть справа. Хугилай кивнул церемониймейстеру, тот стукнул о пол металлическим посохом и провозгласил громко:

— Доблестный Маздон, посол Артании!

Трубы протрубили, дверь распахнулась. В зал вошёл высокий, обнажённый до пояса мужчина. Седые волосы падали на плечи, лицо было суровым и неподвижным. На запястьях и предплечьях браслеты, а слева у пояса блестит отполированная рукоять боевого топора. Лезвие в кожаном чехле, но всё же... Мрак, не двигая головой, повёл глазами по сторонам. Ни у кого нет даже ножа на поясе.

Посол шёл спокойно, Мрак исподлобья всматривался в его могучую мускулистую фигуру. Ни капли жира, всё вытоплено упражнениями, скачкой, схватками. На теле множество мелких шрамов, вдоль правого бока шрам такой, что под ним явно перерубленные и заново сросшиеся рёбра, под ключицей звездообразный шрам, понятно, стрелу засадили... Руки развиты метанием топоров и прочих, нужных в хозяйстве вещей. Посол подошёл ближе, коротко поклонился. В Куявии это вообще не сочли бы за поклон, просто небрежный кивок соседу, но везде свои обычаи. Мрак всматривался в суровое лицо воина. Молодцы артанцы... Постарел рубака, сила уже не та, но головой ясен, вот и нашли ему дело, всяк куяв смотрит и думает с завистью: мне бы в его годы таким орлом... Да куда там, если сейчас вдвое меньше лет, а брюхо до колен, одышка, мышцы дряблые, и уже не то, что на коня, за стол сажают под руки...



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать