Жанр: Героическая фантастика » Юрий Никитин » Передышка в Барбусе (страница 50)


На бегу он заглядывал во все тайные глазки, хватал цепким взором стены, сплошь завешанные гобеленами да коврами, массивные столы и разномастные кресла с завитушками и позолотой, нёсся дальше и дальше, дивясь, что почти не встречает людей.

Дворец строили и перестраивали разные правители, но последний раз расширяли два-три поколения тому, с той поры только украшали, обставляли. Как странно и резко расцвет сменился упадком, словно дворец затосковал о погибшем Ховрахе... Половина этих помещений сейчас вообще нежилая, в них никто, судя по запахам, не заходит. Здесь вообще нетрудно заблудиться. Стражников, от которых нет прохода в его дворце, здесь почти нет...

К его удивлению, даже тцарские покои оказались пустыми. Он скользил по тайному ходу дальше, иногда останавливался у смотровых ниш, но чаще проскакивал без остановки, обоняние предупреждало, что в помещении пусто.

Ноздри уловили едва слышный аромат, сердце затрепыхалось, в груди кольнуло. Он сделал пару шагов на подгибающихся лапах, запах стал сильнее. Ниша с той стороны забрана толстым ковром, но смотровая дырочка оказалась достаточной: Мрак рассмотрел малый тронный зал, рассчитанный на приём особо важных гостей, которые не жалуют парадность.

Иваш и Светлана сидели за столом, Мрак успел увидеть спину слуги, что уносил грязную посуду. Тцарственные супруги остались одни, но и тогда молчали долго, очень долго. Иваш лепил из хлеба зверьков, лошадок, а Светлана после долгой паузы тяжело вздохнула.

— Из головы не идёт Артания, — призналась она. — Эти кочевники усиливаются не по дням, а по часам! Хорошо, что не умеют строить крепостей, как и не умеют их брать. Но даже то, что они могут хлынуть по нашим равнинам...

— Две трети Куявии, — напомнил Иваш, — это горы.

— Да, но все поля, все нивы — на равнинах. И больше всего народу живёт на равнинах.

— Какая Славия, какая Артания, — возразил Иваш нежно, но в голосе певца Мрак уловил досаду. — Тцаревна!.. Теперь уже тцарица... Что нам весь мир? На свете нет ничего, кроме тебя, твоих желаний.

— Иваш, но ведь...

— Тцарица! Ты сама — величайшее сокровище. Забудь о большом неуютном мире. Там зло, там беды, там злые и недобрые люди. Мир жесток, а в твоей воле отгородиться... Простые люди не могут, а у тебя дворец, слуги, стража, шуты, ухоженный сад! Ты можешь отгородиться от грубости и жить среди красоты. Так пользуйся же!

Он говорил страстно, глаза блестели, а голос дрожал. Светлана нежно смотрела в преданные глаза. Мрак ощутил укол ревности. Иваш говорит правильно. Светлана слишком хороша, чтобы жить в общем мире.

К его удивлению, глаза Светланы на этот раз остались трезвыми. И тревожными. Она протяжно и печально вздохнула, словно освобождаясь от сладких грёз, голос её стал деловым и строгим:

— Да, конечно... Когда я была тцарской дочерью, я так и делала. Но теперь, после смерти моего дяди, приходится помнить не только об утехах. Теперь я решаю, как жить, с кем дружить, кого держаться, с кем торговать... Если я буду решать неправильно, то я недолго усижу на троне. Хуже того — страна ввергнется в пучину гражданской войны. Запылают поля, реки переполнятся кровью ещё до того, как в наши пределы вторгнутся артанцы или славы. Потому, милый, давай смотреть не только друг на друга, но и на то, что творится в этом страшноватом мире.

— Давай, — ответил Иваш нехотя. — Хотя, конечно, ты просто истязаешь себя работой. На то мы и властители целой страны, чтобы за нас работали другие. У нас есть советники, пусть они думают. У нас есть полководцы, пусть решают, как отразить вторжение или пойти в чужие земли и завоевать их для нас! Есть строители, которые в состоянии построить ещё две-три башни для магов... были бы маги необходимой мощи! А теперь, когда мы наконец решим старую проблему с Барбусом, то у нас совсем наступят золотые дни! Кунабель у нас самый виртуозный посол... Я просто уверен, что не сегодня, так завтра мы получим из Барбуса радостные новости.

Светлана хлопнула ладонью по столу. Жест был такой неожиданный, что даже Мрак вздрогнул, а Иваш так и вовсе подпрыгнул.

— Нет, — сказала Светлана властно. — Иваш, на будущее знай: в таких делах ничего не смей делать без меня. Без моего разрешения, если хочешь знать! Иваш, я тебя люблю, ты мой муж, но запомни: я родилась дочерью тцара и видела, как принимаются важные решения, почему принимаются и что можно ожидать от этих решений. В случае удачи и случае неудачи. Ты можешь навлечь серьезную беду...

Иваш воскликнул, шокированный:

— Каким образом?

— Если в Барбуссии поймут, что мы хотим их земли присоединить к Куявии, они могут обратиться к Артании! А мы, введя войска в Барбуссию, столкнёмся с войском артанцев, которые вошли туда на сутки раньше! А к войне с Артанией мы не готовы. Я вообще предпочла бы, чтобы с Артанией никогда никаких войн не было. Эти дикари не считаются с потерями, у них гибель в бою считается почётной, потому они радуются поводу начать войну и бросаются в бой, распевая песни!

Иваш раскрыл рот, чтобы возразить, Мрак видел по его лицу, что обязательно сказал бы нечто вроде: шапками забросаем, но внезапно дверь приоткрылась, вошла в длинной детской рубашке Кузя. Личико её было заспанное, она тёрла кулачками глаза. За нею вбежала ещё более заспанная нянька. Светлана, нахмурившись, властным жестом отправила няньку за двери.

— Кузя, — сказала она строго чистым, ясным голосом, — что случилось?

— Я видела Мрака, — заявила

Кузя.

Иваш вздрогнул, Светлана побледнела, глаза её расширились, она оглянулась по сторонам.

— Мрака?

— Да. Он приходил ко мне.

— Когда?

— Только что.

Она подошла вплотную к Светлане. Та нагнулась, обняла девочку, напускная строгость с лица исчезла. Иваш с облегчением вздохнул, засмеялся:

— Мне тоже иной раз такое приснится!

Но голос его звучал натужно, а глаза всё ещё бегали по сторонам. Кузя высвободилась из объятий старшей сестры, глаза её обшаривали взглядом лицо Светланы, на Иваша не посмотрела ни разу.

— Светлана! — сказала она напоминающе. — Я не пойду замуж за Громланда!..

Я же буду женой Мрака, ты забыла?

Иваш отмахнулся, вид у него был довольно брезгливый, Светлана кивнула с отсутствующим видом. Ее рука погладила Кузю по тонкой спинке.

— Да-да, конечно, мой Кузнечик... Тебе никто не мешает оставаться его невестой, женой... кем угодно. Но сейчас мы намерены заключить твой брак с Громландом. Что поделаешь, нам нужно укреплять границы и мощь нашей страны.

Кузя закричала:

— А я не пойду за него!.. Не пойду! Ведь ты же пошла за своего Иваша по собственной воле?

— Мне просто повезло, — ответила Светлана. Она покосилась в сторону Иваша, слабая улыбка скользнула по её прекрасным губам. — Мне просто повезло... Но, боюсь, что умри наш дядя раньше, то даже это мне не удалось бы. Ибо тогда я была всего лишь дочерью тцара, могла настаивать на своих решениях... которые диктовало мне сердце. Сейчас же я — повелительница Куявии. А это такая ноша... Теперь я знаю, что должна поступать только разумно и правильно. И что даже моя жизнь — всего лишь песчинка...

Иваш завозился в нетерпении, сказал брезгливо:

— Светлана, она всего лишь ребёнок! А ты ей что-то объясняешь. Как будто оправдываешься!

Светлана вздохнула.

— Ты прав. Я веду себя...

— Не по-тцарски, — досказал он.

— Да, — сказала она. — Не по-тцарски. Тцар не объясняет и не оправдывается.

Иваш кивнул.

— Вот это верно. Не объясняет и не оправдывается. А поступает так, как велит железная необходимость. Итак, Кузю отдаём за Громланда, за это получаем безопасность наших земель на границах с Вантитом. Плюс наши купцы получают доступ на просторы этого Вантита, довольно загадочного и непонятного... Надо два-три каравана снарядить за наш счёт, а задачу дать не столько набрать редких товаров, сколько разузнать побольше о Вантите, составить карту, отыскать их слабые места, наметить сильные...

Светлана взяла Кузю на руки, встала из-за стола.

— Это потом, — прервала она. — Эти мелочи можно поручить советникам. На сегодня довольно. Я отнесу Кузю, а ты... отправляйся спать тоже. Я сейчас приду. Присплю Кузненечика и приду.

Когда помещение опустело, Мрак тихонько отодвинулся, в груди зарождалось глухое рычание, он давил его, как мог. Значит, это Иваш возжаждал его жизни. Тот самый Иваш, шкуру которого он спас... Скотина. Правда, возможно, если бы знал, что на троне тот самый Мрак, то, возможно, не стал бы? Хотя кто знает, люди думают так, а тцары — эдак. У них всё подчинено не «хочу», а «надо». Причем в наихудшей форме: надо не мне, а государству, что значит, можно оправдать всё.

Светлана даже не против того, чтобы убивали незнакомого тцара. Нет, она против, чтобы убивали без её ведома. Без её одобрения. Мол, убивать соседнего тцара — дело серьёзное, потому убивать его или не убивать — должны решать другие тцары, а не их жёны. А этот Иваш — всего лишь жена тцара Куявии!

Он улыбнулся по-волчьи, тихонько двинулся по ходу, заглядывая в помещения, освежая в памяти расположение комнат, залов, длинных коридоров огромного дворца. Когда он вернулся к спальне, заглянул, сердце снова стиснулось, а в груди заныло.

Огромное ложе уже занято: Иваш спит на спине, руки широко раскинул. Рядом тихонько заснула Светлана, её щека лежит на сгибе его локтя. Тайный выход из спальни ведёт через тёмную комнату, где тесно от тцарских одежд Светланы и ещё более пышных и ярких — Иваша. Мрак поколебался, можно бы и так, спят же, но что-то внутри удержало, сбегал за своей одеждой, даже пояс надел с кинжалом в ножнах, потихоньку отодвинул камни и выбрался в комнату.

Человечий нюх уже не рисовал отчетливые картины, пришлось постоять в полутьме, среди надушенных одежд, причём — от одеяний Иваша пахнет сильнее и смраднее, потом потихоньку приоткрыл дверь. Лицо Светланы разрумянилось, пухлые губы шевелятся, но Мрак не расслышал ни слова.

Он снял с пояса нож, острый, с изогнутым клинком, какой делают только в Барбусе, глаза быстро пробежали по сторонам, взгляд упал на стол с расстеленной картой. С размаха всадить нож не решился, могут услышать, попробовал приставить острие к столешнице и навалиться, тоже не получилось, озлился, со всего размаха загнал нож в крышку стола, пришпилив карту, молниеносно отпрыгнул, шмыгнул в тёмную комнату, как можно тише раздвинул дурно и сильно пахнущие одежды, вон он, главный камень, пальцы нажали как будто сами по себе, он проскользнул в тайный ход и вернул камень на место.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать