Жанр: Боевики » Андрей Дышев » Закон волка (страница 79)


49

Я рассчитывал, что воздуха в аквалангах нам хватит по крайней мере на половину пути, но расстаться с опустевшими баллонами пришлось гораздо раньше. Анна снова тонула, кричала, билась в моих объятиях, отказываясь бороться за жизнь, и я снова проводил жесткую терапию, топил, дергал ее за волосы, успокаивал, убеждал… Мы провели в воде почти весь день, и только ближе к вечеру наше жалкое трепыхание в километре от берега заметили с вышки спасательной станции и выслали за нами моторную лодку. После пережитых событий у меня возникла стойкая аллергия на моторки, и я не сразу поднялся на ее борт. Один из спасателей что-то кричал мне, протягивал руку, но я с опаской смотрел на него красными, воспалившимися глазами и бил его по руке. Анну спасатели просто втащили в лодку — она почти не подавала признаков жизни.

Ребята попались на редкость добросовестные. Я давно не видел, чтобы кто-нибудь так самоотверженно трудился задарма. С Анны они быстро стащили джинсы и майку и стали в четыре руки растирать ее. Когда лодка на малом ходу причалила к уже безлюдному пляжу, моя подруга была способна самостоятельно выйти и добрести до медпункта. Мне дали большое сухое полотенце. Я завернулся в него и пошел вслед за Анной. Один спасатель последовал за нами, а второй погнал лодку к гаражам.

Мы сидели с Анной на топчане, покрытом простыней и прозрачной клеенкой, и хором дрожали. Организм вырабатывал тепло, и все мышцы наших истощенных тел трудились, как поршни двигателя.

— Ну, вы даете ! — все время восхищался спасатель, который привел нас в медпункт. — Как вы умудрились так далеко заплыть?

— Уснули на надувном матраце, — ответил я. — Течением отнесло…

— Что, оба уснули на одном матраце? — усмехнулся спасатель и налил нам по стакану водки.

Я стал приходить в себя и ориентироваться в обстановке. Те парни в черных майках не для того положили на Диком острове четверых своих бойцов, чтобы дать нам спокойно уйти. Я вскочил на ноги, подошел к дверному проему, отвел марлевую шторку в сторону, посмотрел на окутанный сумерками пустынный пляж.

— Вы не могли бы одолжить мне это полотенце до завтра? — спросил я у спасателя. — Моя одежда затонула…

Наверное, у меня был настолько несчастный и испуганный вид, что спасатель поспешил помочь.

— Я вам дам шорты и майку! Почти новые! — Он кинулся в подсобку и добавил оттуда: — Я их недавно стирал. И можете не возвращать, ходите, сколько надо, а потом выкиньте!

Он вынес мне одежду. Я быстро облачился в белые трусы и бордовую майку.

— А обувь… — произнес спасатель, глядя на мои босые ноги и покусывая губы. — Может быть, найду шлепанцы. Знаете, отдыхающие часто оставляют тапочки на пляже, мы их подбираем и ждем, когда хозяин отыщется.

Я отрицательно покачал головой, снова кинул взгляд на пляж и тронул Анну за плечо.

— Пойдем, Анюта.

Ее все еще колотила крупная дрожь. Анна отрицательно покачала головой и с трудом произнесла:

— Е-е-еще водки… пож-ж-ж-жалуйста… От предчувствия беды мне стало даже жарко.

Я схватил Анну за руку и потянул ее к выходу силой. Она взвизгнула, высвободила из-под одеяла руку и ударила меня.

— Уйди-и-и! Не пойду никуда-а-а!..

— В самом деле, — вмешался спасатель. — Посидите еще. Ваша девушка сильно переохладилась. Ее следовало бы растереть спиртом или скипидарной мазью.

Я не слушал его. Снова взял Анну за руку и сжал ее до боли.

— Анна, мы должны идти!

Она крутила головой, морщилась, хныкала, а когда я заставил ее подняться с топчана, снова пронзительно закричала:

— Куда ты меня тянешь?! Я не хочу больше в море! Отпусти меня, я хочу остаться здесь! Мне холодно!

— Послушайте! — крикнул спасатель, пытаясь отгородить от меня Анну. — Оставьте ее в покое! У вас нервное переутомление!

Мне показалось, что я услышал, как со стороны набережной раздался тихий скрип тормозов автомобиля. Оттолкнув спасателя, я схватил Анну в охапку. Она закричала с такой силой, что у меня заложило ухо. Спасатель неожиданно двинул меня кулаком в челюсть — не сильно, словно предупреждая, что следующий удар будет более убедительным. Анна тотчас добавила с другой стороны. Она ничего не соображала, не понимала, что мы были на волоске от смерти, а спасатель ничего не знал. «Он простит меня, когда узнает все», — подумал я и, резко развернувшись корпусом, крепко въехал ему кулаком в подбородок. Спасатель оказался крепким парнем и устоял на ногах. Если бы я в этот момент опустил руки, он быстро бы привел меня в горизонтальное положение. Я ударил его еще раз — по левому уху и завершил наш спор прямым ударом тыльной стороной ладони по переносице. Несчастный спасатель, вытащивший нас из воды, сбивая табуреты, стулья и вешалку, грохнулся на пол.

Я взял мокрые джинсы Анны, обвязал их вокруг пояса, присел перед девушкой, смотревшей на меня совершенно безумными глазами, обхватил ее за ноги, оторвал от пола и закинул девушку на плечо, как это делают джигиты, воруя невест. Выбежал на пляж, кинулся, увязая в остывшем песке, в сторону, к напоминающим гробы лодкам, лежащим на металлических опорах днищем кверху, упал на колени перед первой попавшейся и стал заталкивать под нее Анну. Она тихо поскуливала, вяло сопротивлялась, кидала мне в лицо песок, и все же мы оба благополучно скрылись под надежной крышей. А главное — вовремя.

Я закрыл ладонью рот Анне, слегка приподнял ее голову, чтобы она могла все увидеть своими глазами.

С парапета на пляж спрыгнул человек в курточке и темных брюках. Руки его были опущены в карманы. Не торопясь, глядя по сторонам, он подошел к двери медпункта, сдвинул марлю, вытянул руку с пистолетом вперед и дважды выстрелил. От каждого выстрела Анна вздрагивала, словно кто-то невидимый толкал ее в спину. Так же спокойно и неторопливо убийца спрятал пистолет в карман, повернулся лицом к морю, сплюнул под ноги, посмотрел в сторону Крепостной горы, затем — в нашу. Кажется, взгляд его остановился на лодках. Мы с Анной перестали дышать. Человек, снова опустив руки в карманы, медленно пошел в нашу сторону. Он понял, что вместо меня убил случайного человека? Он заметил нас? Я почувствовал, как напряглась шея Анны. Похоже, я невольно сдавил ее своими пальцами.

Не было уже никаких сомнений — убийца шел прямо на нас. Я очень медленно опустил руку на песок и сжал в кулаке полную горсть. «Какая глупость! — подумал я. — Это не поможет. Я даже не докину песок до его лица. Теперь ясно, почему лодки напомнили мне гробы».

Человек, не дойдя до нас шагов десяти, остановился, посмотрел по сторонам. Зачем он тянет? Свидетелей не будет — у него пистолет с глушителем, можно хоть всю обойму разрядить в нас — на набережной, где из каждого кафе несется музыка, никто не услышит. Мои нервы дошли до предела. Сейчас я очень хорошо понимал тех киногероев, которые рвали на груди рубахи и орали: «Стреляй, гад!»

Человек сплюнул — должно быть, это был такой ритуал — и пошел прямо на нас. Через несколько секунд его ноги в коричневых туфлях «инспектор» мелькнули перед нашими перекошенными лицами, и каблуки застучали по днищу лодки. Нам на головы посыпался песок. Еще два удара, затем металлическая опора, на которой стояла лодка, закачалась, тихо заскрипела, и все затихло.

Анна повернула ко мне лицо. К счастью, в темноте я не видел, какое у нее было выражение.

— Ушел? — одними губами спросила она.

Я беззвучно, по-пластунски вылез из-под лодки, посмотрел наверх, по сторонам. По набережной, удаляясь, плыли красные огоньки автомобильных габаритных фар.

— Ну что? — спросил я. — Уже согрелась? Больше не хочешь водки?

— Хочу, — прошептала Анна. — Зачем… зачем он выстрелил в него?

— Молчи, не спрашивай… Выть хочется… Вставай, надо уходить отсюда. Кнышу позвоним с «Горки». Там есть телефон. У убийцы много примет: ботинки, брюки, автомобиль. Его высчитают в полчаса…

Я не верил в то, что говорил.

Мы шли по темному пляжу молча. Анну шатало от усталости и водки. У нее не было сил даже плакать, и она время от времени лишь негромко всхлипывала. Я не мог разжать кулаки. Судорога скрутила их, превратив в булыжники. У меня перед глазами стояло лицо убитого спасателя с застывшим на нем выражением недоумения, будто он хотел спросить: ребята, за что?

— Я достану его… — бормотал я. — Я достану этого Лешика вместе с его Эльвиркой. Я раздавлю этих клопов. Я отрежу Малыгину уши и затолкаю их в рот Милосердовой. А потом отрежу ей голову и пришью к плечу Лешика. И этого сиамского близнеца мы похороним на том же симферопольском кладбище, под той же могильной плитой…

Да простит меня Господь за такие слова и мысли!

* * *

— Читай вслух! — попросил я, удобнее устраиваясь в автобусном кресле.

— А ты разве не спишь? — удивилась Анна.

— Нет, только делаю вид.

Ночь мы провели у Аркадия Демчука. Раскладушки он постелил нам в саду, среди безмолвных Венер и девушек с веслами, под широкой ветвью абрикосового дерева, сквозь которую просвечивали крупные звезды, похожие на спелые виноградины. Его сторожевой пес Билл слишком добросовестно нес службу и лаял до самого утра, почти не переставая, в связи с чем крепкого и глубокого сна у нас с Анной не получилось. В перерывах между метаниями в Билла очередного комка земли я впадал в дремоту, и меня терзали разноцветные кошмарики, по сюжету связанные с дорогим моему сердцу морем. Рано утром мы сели на автобус, следующий рейсом из Феодосии в Ялту, предварительно купив в станционном киоске свежие газеты. Анна принялась просматривать заголовки, но уже буквально через полминуты ахнула:

— Послушай, тут только про тебя и пишут! Я полулежал в кресле с закрытыми глазами, Анна читала вслух заметки с пометками «Срочно в номер!», «Сенсация недели», «По слухам и авторитетно», а я никак не мог поверить, что речь в самом деле идет обо мне.

— «Кому это выгодно?» Автор — какой-то Фисменович, — читала Анна. — «Вывод экспертной комиссии о том, что взрыв на яхте „Ассоль“ произошел в результате воспламенения электропроводки в непосредственной близости от баков с бензином, можно было поставить под безусловное сомнение только потому, что этой версии отчаянно придерживается официальный Симферополь. Я же склонен принять эту версию лишь по той причине, что комиссию создал и возглавил Виктор Гурули — человек, который в наибольшей степени был заинтересован в целостности и сохранности денег, предназначенных для выплат вкладчикам»… Вот гад, а? Врет и не краснеет!.. Ты еще не спишь? Слушай дальше…



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать