Жанр: Современная Проза » Вильгельм Генацино » Зонтик на этот день (страница 17)


9

Проблема в том, что я совершенно не разбираюсь в ресторанах, – какие из них приличные, какие неприличные, какие дорогие, какие дешевые, где немецкая кухня, где какая. У нас с Лизой было не заведено ходить по ресторанам. Теперь я должен или, точнее, обязан был найти хороший ресторан, где было бы приятно и вместе с тем не слишком дорого. Сегодня мне позвонила Сюзанна и сообщила, что хочет, чтобы я встретил ее после работы и мы пошли бы куда-нибудь посидеть. Естественно, я не сказал ей, что ничего не понимаю в ресторанах, – она бы мне все равно не поверила. Я вышел заранее из дому, но все еще не нашел никакого подходящего заведения, которое я мог бы потом с изящной легкостью предложить Сюзанне. Я только чувствую, что это задание не доставляет мне ни малейшего удовольствия, более того, рестораны – это последнее, что меня интересует в жизни. И тем не менее я покорно заглядываю в очередное заведение, оказавшееся при ближайшем рассмотрении итальянским рестораном под названием «Верди». Вполне приемлемое место, думаю я, если не считать, конечно, названия. Неподалеку от «Верди» есть еще греческое кафе «Микены», которое я откуда-то знаю, но которое тут же отвергаю, потому что там все время грохочет музыка. По каким критериям следует выбирать ресторан? Для меня главное, чтобы народу было поменьше, тогда еще куда ни шло. За это я готов довольствоваться кухней поскромнее. Но вряд ли Сюзанна согласится с таким подходом. Я открываю дверь в тайский ресторан и попадаю в царство слащавой тренькающей музыки. Боже ты мой! В лучах послеполуденного солнца все лица у людей кажутся желтыми. Я обращаю внимание на группу детей. Мне нравится, как они хвастаются друг перед другом, на ходу сочиняя всякие небылицы. Надо же, такие маленькие, а уже знают, как бороться с разочарованиями! На соседней улице какая-то мамаша, сидя в машине, кормит грудью младенца. Мимо меня скользят бестелесными тенями какие-то женщины в широких бесформенных одеждах. Вот из машины выбрался мужчина, достал костыли с ярко-синими пластмассовыми ручками и поковылял куда-то. В голове мелькнула мысль о Лизе. Может показаться, что я забыл ее. Нет, никоим образом. Более того, я по многу раз в день вспоминаю ее, но теперь я не мучаюсь оттого, что не вижу ее. Сколько времени понадобится на то, чтобы растерять последние воспоминания о ее лице и о ее голосе? Я как раз собирался заглянуть в испанский ресторан, но тут я обнаружил Химмельсбаха. А рядом с ним Марго. Все-таки я был прав! Химмельсбах все в той же потертой кожаной куртке, он идет и что-то говорит Марго. На шее у него болтается фотоаппарат. Мечтатель, он все еще надеется на что-то, рассказывает о своих грандиозных планах. Время от времени он тычет пальцем в свою камеру и берет ее в руки. Испанский ресторан называется «Эль Бурро» и кажется вполне подходящим, во всяком случае снаружи. Химмельсбах и Марго говорят теперь оба разом. Они идут и смотрят себе под ноги. Я чувствую какую-то слабость в коленках. Мне хочется куда-нибудь присесть. Почему у меня слабость именно в коленках? Лучше бы у меня была слабость в голове, тогда бы я перестал думать. А так приходится теперь ломать себе голову над тем, как мне сказать Химмельсбаху, что с «Генеральанцайгер» ничего не выгорело.

И как мне рассеять его подозрения, что я не причастен к этому отказу? Может быть, лучше сделать вид, что я попросту забыл о его просьбе. Тогда он решит, что я ленивый болван, и перестанет со мной разговаривать. Такой результат меня вполне устроит. Только вот почему я чувствую себя виноватым за то, что из Химмельсбаха ничего не получится? К тому же меня раздражает то, что во мне пробудилось какое-то чувство соперничества по отношению к нему. У меня, если я не ошибаюсь, еще не было такого, чтобы женщина ускользала от меня или «уводилась» от меня, так сказать, в середине процесса. Конечно, мне нужно было бы как-то просигнализировать Марго, что она интересует меня и за пределами парикмахерской. Но весь ужас состоит в том, что за пределами парикмахерской она меня на самом деле совершенно не интересует. Но тогда почему мне так больно смотреть на нее сейчас? И почему мне не хочется, чтобы она досталась такому типу, как Химмельсбах? Мимо протарахтела с шипящим свистом уборочная машина, из тех, что чистят трамвайные рельсы. Благодаря ей мне удается избавиться от своих назойливых вопросов. Химмельсбах приобнял на ходу Марго, и теперь его рука частично лежит у нее на плече, а частично уехала куда-то вперед. Я прибавляю шагу, чтобы посмотреть, что там делает спереди Химмельсбахова рука и как Марго на это реагирует. Проходит какое-то время, и вот уже Химмельсбах так приноровился, что его ладонь то и дело касается груди Марго. Марго не пытается высвободиться из Химмельсбаховых объятий. Судя по всему, она не возражает против этих прикосновений. Такое развитие событий благотворно сказывается на моем обиженном самолюбии. Глядя на эти детские попытки хоть как-то подержаться за женское тело, мне становится жалко Химмельсбаха. Его прогулки по Маргошиной груди выглядят так или, вернее, должны выглядеть так, будто он случайно задел ее, а потом опять задел и опять. Ну просто смех! Химмельсбах ведет себя как шестнадцатилетний мальчишка! Так и норовит как бы ненароком погладить ее. Вот точно так же я вел себя, когда мне

было семнадцать и мне до ужаса хотелось потискать Юдит, которой было столько же лет, сколько и мне. Химмельсбах совсем разошелся, мотает своей рукой туда-сюда, как бешеный маятник, все гладит и гладит Марго, а в какой-то момент даже притормозил и как следует прихватил ее за правую грудь. Марго не выглядит напуганной или удивленной этой его деятельностью. Невероятно! Сорокадвухлетний мужик, или что-то около того, обхаживает не менее взрослую тетку, используя уловки прыщавых подростков.

Увиденного мне достаточно, чтобы окончательно списать Химмельсбаха со счетов. Если я правильно себя понимаю, то мне теперь не составит особого труда отступиться и от Марго. Я прокручиваю в голове хитрую сделку. Химмельсбах, сам того не ведая, помог мне устроиться снова на работу в «Генеральанцайгер». За это я готов ему без борьбы уступить женщину. Боль, которую я испытываю от этой потери, вполне компенсирует мою вину за то, что моя посредническая миссия потерпела фиаско. Так? Но ведь я еще чувствую себя виноватым из-за того, что лично для меня у Мессершмидта все сложилось (или сложится) удачно. Это странное чувство вины мне самому не очень понятно, и вместе с тем оно больше всего мучает меня. Правда, на это можно, конечно, посмотреть и по-другому. Вариант номер два: поскольку Химмельсбах, вследствие моего поступка, из-за которого я чувствую себя виноватым, никогда не узнает о том, что в «Генеральанцайгер» ему ничего не светит, я перекладываю на него вину за то, что у меня с «Генеральанцайгер» все сложилось наилучшим образом, – ведь известно, что одна вина неизбежно притягивает к себе другую. Вариант номер три не имеет к делу как будто бы ни малейшего отношения, но это впечатление может оказаться ошибочным. Суть его такова: мы с Химмельсбахом уже давным-давно пытаемся наладить физический контакт, который наконец опосредованно установился через тело Марго, ничего не подозревающей об оказанной нам услуге; вступив в связь с Марго, мы впервые по-настоящему сблизились. Вариант номер четыре, повергающий меня в совершеннейший ужас: размышления о путях сближения с Химмельсбахом только лишний раз доказывают, что вся наша жизнь – это одно сплошное назойливое навязывание себя друг другу, бесконечное приумножение неловкостей. Опять я чувствую слабость в коленках. Я же говорил с самого начала, что у меня совершенно нет сил, ни в коленях, ни в чем другом (о голове я вообще молчу), чтобы разобраться со всеми этими сложными проблемами и разложить их все по порядку. Хорошо еще, у меня с собою нет куртки. Иначе странность жизни – той самой жизни, которой никогда и ни за что не будет выдано разрешение, – наверняка заставила бы меня зашвырнуть мою куртку куда-нибудь в кусты или на кучу щебенки, чтобы я потом сидел и два дня кряду молча смотрел на нее. Увлеченный своими выкладками, я, к счастью, потерял из виду Марго и Химмельсбаха. На какую-то долю секунды я задумался, не следует ли мне из-за Химмельсбаха вообще уехать из этого города. Нелепость этой мысли лишает меня последних сил. Желтое небо постепенно окрашивается в оранжевые тона. До встречи с Сюзанной еще больше часа. Мне совершенно не хочется все это время предаваться размышлениям. Судя по всему, я ошибся. Из моей сделки ничего не вышло. Вышла капитуляция. Но что именно во мне капитулировало и чем вызвана эта самая капитуляция? Опять полезли в голову вопросы! Хорошо, что мне на глаза попался мальчишка лет десяти. Он вышел на балкон и теперь спускает вниз привязанную на веревочке платяную щетку Сначала он болтал веревкой туда-сюда, но потом прекратил и стал ждать, пока щетка успокоится. Я сажусь на приступочек у какой-то витрины и не свожу глаз со щетки, которая все еще вращается вокруг своей оси. Мальчик исчезает в квартире и закрывает за собою дверь. Через какое-то время я вижу его лицо, выглядывающее в щель между занавесками на одном из соседних окон. Из своего укрытия он наблюдает за неподвижно висящей щеткой. Мне хочется быть безмятежным и спокойным, как эта щетка, и чтобы при этом я смотрел на себя со стороны добро душным, благожелательным взглядом. Через секунду мне самому становится смешно от этой фразы. Хотя на самом деле я искренне признателен этой фразе. Она свидетельствует о том, что у меня есть шанс успокоиться. Мне даже кажется, что часть безмятежности щетки перешла теперь на меня. Сейчас я совершенно не расстраиваюсь из-за того, что я не всё понимаю. Оранжевое небо снова переменило цвет. Жухло-розовая полоска скользит по крыше дома, чтобы затем раствориться в малиновых разливах в вышине. Легкий, едва заметный ветерок раскачивает щетку. Я бы с удовольствием прибрал себе и это покачивание, которое ни к чему никогда не приведет. Мне кажется теперь, что это очень достойно – не всё понимать на этом свете. Уже прошло минут сорок пять с тех пор, как я наблюдаю за щеткой, и у меня такое чувство, будто эта щетка качается теперь тихонько у меня внутри.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать