Жанр: Боевая Фантастика » Дэйв Волвертон » На пути в рай (страница 56)


— Не разговаривать. Ни с кем нельзя разговаривать на борту челнока.

Я посмотрел Тамаре в глаза. Она боялась говорить открыто.. Самурай провел меня мимо Тамары в небольшое помещение с мягкими креслами и баром. Там сидели два человека, одетых так же, как я, под охраной самураев.

Я сел. Челнок вмещал около трехсот пассажиров. В окно я видел меньшую луну Пекаря, синюю, усеянную десятью тысячами кратеров. Пронзительно горели звезды. Меня трясло, я хотел убить капитана ОМП и его начальников и помочь Тамаре, хотя и не знал как.

Немного погодя в помещение вошел сам Гарсон. Он потрепал меня по плечу, как старого друга. Он курил сигарету.

— Мне не хотелось помещать вас сюда, дон Анжело. Надеюсь, вам здесь удобно. Понимаете… Боже, как вы похожи на старого генерала Торреса! Мне хочется отдать вам честь! Я предпочитаю держать вас подальше от химер.

— Понимаю.

Он внимательно взглянул на меня.

— Сколько из них до сих пор привязалось к вам?

— Пятеро, — ответил я.

Он выдохнул с облегчением.

— Так мало? Ну, пятерых мы можем списать. Будем считать это компенсацией. Я у вас в долгу — вы спасли Тамару. Ее информация помогла подавить сопротивление в Аргентине. — Он почувствовал мое удивление.

— О, да, несколько месяцев назад мы получили сообщение. Последние остатки никитийских идеалсоциалистов уничтожены в Латинской Америке через два года после нашего отлета. И во многом благодаря сведениям Тамары. — Он говорил так, словно хвалил умственно отсталого ребенка. — Она очень способная женщина. Она стала… необходима… моей будущей разведке.

Похоже, у Тамары особый дар становиться необходимой. Я вспомнил, как Джафари хотел заключить ее в мозговую сумку. Гарсон делает то же самое: в сущности, он добился успеха там, где потерпел поражение Джафари. Тамара находится в отличной маленькой тюрьме — в теле, которое не может контролировать. О, ее речь не поражена, когда она говорит через симулятор. Гарсон, очевидно, снабдил ее мозг клонированными нейронами, применил средства для роста нервной ткани, но только к части мозга — к той, которая руководит высшими функциями.

— Почему вы держите ее в заключении? Гарсон улыбнулся мне — слегка напряженной улыбкой.

— Потому что она опасна. Я не смог бы уснуть, если бы знал, что она способна передвигаться. — В глазах его была искренняя озабоченность. Я не мог представить себе, чтобы Тамара, маленькая хрупкая Тамара, вызывала такую тревогу. — Я знаю, это выглядит плохо. И живое тело — такая неприятная штука. Я подумываю о том, чтобы, как кончим это дело с ябандзинами, подготовить для нее кимех, что-нибудь такое маленькое, подвижное, но не способное управлять другими предметами.

Должно быть, у меня поднялись брови. Тамара пойти до сумасшествия боится кимехов. Она никогда не согласится быть помещенной в кимех. Я понимал это, по понимал также, что Гарсона ее нежелание не остановит. Он на самом деле ее боится. Он ждал, что я скажу, но я молчал. И лихорадочно соображал, как спасти ее.

Он сел рядом со мной, погасил сигарету о ручку кресла.

— Я хотел кое о чем расспросить вас, сеньор Осик: во время мятежа вас ударил мечом человек, а вы задушили его. Очень любопытно. Частички вашей кожи найдены на его шее. Следы жидкостей его тела оказались на вашей одежде вблизи раны. Почему вы его убили?

— Он был убийцей ОМП. Я только постепенно узнавал о нем, уже после отлета. Он случайно сам выдал мне свое присутствие на корабле.

— Почему вы не поговорили об этом со мной? Так было бы гораздо легче.

— Я хотел сделать это сам. Убить его. Гарсон взглянул на луну.

— Понятно… Индивидуалист, пытающийся в одиночку навести порядок во вселенной. Вы понимаете, что он уже второй убитый вами спецагент Объединенной Пехоты? Мало кому такое удавалось. Вы каким-то образом заставляете их выглядеть… неподготовленными. Я нахожу это весьма удивительным. Я думаю, вы создаете вокруг себя атмосферу, в которой естественна забота о ближнем, естественны общепринятые моральные ценности. Вы их обезоруживаете. Никто не может заподозрить, вас в том, что вы способны на насилие. У вас интересный набор способностей. Никогда не задумывались над тем, чтобы использовать их на работе в спецслужбе? Например, стать убийцей? , Я удивленно взглянул на генерала.

— Нет.

Он задушевно улыбнулся. Этот человек обладает большим обаянием и знает, как им пользоваться. Я был весьма ему признателен. Моя жизнь была ему не нужна, он вполне мог бы отдать меня ОМП. Но он спас меня из благодарности, а редко какие свойства ценятся так высоко, как благодарность. И он мне нравился, хотя и держал Тамару в заключении. Но где-то в глубине души я понимал, что, в сущности, он мой враг.

— Тамара часто упоминала о вас. Она хотела бы поработать с вами. Когда закончим тут, нам с вами надо поговорить. Обсудить условия найма.

— Нет, — ответил я почти инстинктивно, — Подумайте об этом. Еще немного крови у вас на руках — никто и не заметит.

Я посмотрел в окно. Лучше не спорить с ним. Я обдумаю его предложение. Такие, как Эйриш, Хуан Карлос, — кто-то должен убивать их. Я вспомнил о Люсио. Бешеный гнев овладел мной.

— Да! Я хочу еще крови на руках! — яростно прорычал я.

Гарсон даже отшатнулся, потом устало улыбнулся.

— Отлично. Но всему свое время. А теперь прошу меня извинить. У меня много срочных дел.

Я остался сидеть в кресле.

На борт вошли последние пассажиры, и челнок стартовал. Из космоса

Пекарь напоминает большой затянутый облаками рубин с полосами лазурита и изумруда: яркая охра центральной пустыни, облака над маленькими синими морями и единственным большим океаном, небольшие ледяные шапки, как на Марсе. Но вся планета окружена серебристой дымкой, подробности неразличимы, будто на смазанной фотографии. Платиновая полоса образует как бы корону над планетой — это солнце отражается от крыльев миллиардов птиц — опаловых воздушных змеев. Мы вошли в атмосферу, и большую часть поля зрения занял океан — Аки Уми. Миновали терминатор, где день сменяется ночью, в сумерках пронеслись над западным краем континента Кани. Под нами появились яркие огни Хотокэ-но-Дза, столицы ябандзинов, слились в одну звезду, упавшую на темную поверхность планеты.

Послышался звон, как от струйки, льющейся в унитаз. Несколько человек вскочили с криками:

— В нас попали! — потом корабль вздрогнул и стал быстро удаляться от Пекаря. Началась паника.

Японец объявил через громкоговоритель: «Некоторые из вас поняли, что ябандзины выстрелили из нейтронной пушки. Но мы это предвидели и оставались выше опасной зоны. Наша превосходная защита выдержала. Сейчас готовится протест послу Объединенных Наций против этого безжалостного неспровоцированного нападения».

Я с отвращением фыркнул. Правда, мы еще не нападали на ябандзинов. Но на их месте я бы тоже стрелял по нашим челнокам.

Самурай склонялся ко мне.

— Не разговаривать. Никакого шума, — велел он мне, имея в виду мое фырканье.

Мы миновали Хотокэ-но-Дза и продолжали полет над темной планетой. Гарсон взял микрофон и объяснил ситуацию на Пекаре: за время следования с Земли мы потеряли 4100 наёмников — 3012 во время эпидемии, 129 в схватках во время мятежа и 644 были раздавлены, когда самураи начали вращать корабль. Остальные погибли в симуляторах, были убиты или умерли от естественных причин.

— Мы оцениваем число защитников ябандзинов в 50000 или чуть больше. «Мотоки» может выставить только 39000 самураев. Хотя численное соотношение не в нашу пользу, химеры — гораздо лучшие солдаты, чем считала «Мотоки». И благодаря нашему мужеству и новейшим усовершенствованиям в вооружения, компьютерный прогноз выглядит неплохо. Мы можем выиграть войну, но потеряем примерно 62 процента наших людей. Это неприемлемо. Сейчас я веду переговоры с корпорацией, — продолжал Гарсон, — чтобы в возмещение этого нарушения условий контракта нам позволили пользоваться новым оружием и дали еще месяц на подготовку. Вдобавок более четырехсот из вас были помещены после мятежа в криотанки. Откровенно говоря, в настоящем сражении вы для нас бесполезны — из-за отсутствия должной подготовки. Я бы оставил вас на корабле до конца войны, но владельцы «Харона» хотят переоборудовать его для возвращения на Землю. Местные жители недовольны, мне оказывают сопротивление, но я буду настаивать, чтобы вы оставались в Кимаи-но-Дзи до окончания войны. Ясно?

Его короткая речь вызвала одобрительные возгласы. Но мне его обещания показались пустыми.

В течение следующих двух часов на планете не видно было никаких признаков цивилизации. Никаких огней. Пекарь меньше Земли, но эта пустота делала его огромным.

Мои мысли постоянно возвращались к Тамаре, она летела в соседнем помещении. Я так много сил затратил, спасая ее от Джафари, что ее плен у Гарсона угнетал меня. Получается, что я ее не спас, а только позволил перевести в другую тюремную камеру. И, вероятно, больше всего меня раздражало то, что я по-прежнему не понимаю, почему ее держат в заточении. Гарсон ведь больше не получает от нее полезной информации. Все тайны разведки, — которые она знала, теперь давно уже устарели. Единственное — ее мозг остается неизмеримой ценностью для Гарсона, так же, как это было и для Джафари. Я не могу тайком вывезти ее с Пекаря. И на Пекаре спрятаться негде. Любая попытка спасти ее — пустая трата времени, тем более когда мое собственное будущее сомнительно.

Мы оставили ночную сторону Пекаря и вылетели на дневную. Миновали большие красные пустыни, стал заметней темный ультрафиолет туземных растений — челнок начал спускаться, подрагивая на границах термальных слоев. Тепловая защита раскалилась добела, мы замедлили свой полет и двигались почти параллельно поверхности, полого снижаясь. На высоте примерно в пятнадцать километров мы оказались в туче красноватых опаловых воздушных шаров, туча эта была толщиной в несколько километров. Я подумал, что мы разобьемся, но, хотя эти животные огромны, каждое из них представляло собой всего лишь тоненькую мембрану цвета корицы. Стая держалась на вершине восходящего теплового потока, почти крыло к крылу, и мы опускались словно сквозь пузыри на поверхности воды, как будто морские животные, которые смотрят на эти пузыри из глубины. Эти змеи на самом деле напоминают гигантскую манту, и я наконец понял, что опаловые воздушные змеи так же отличаются от опаловых птиц, как ястребы от бабочек. Под нами несколько стай воздушных змеев держались на разных воздушных течениях. Пушистые облака скрывали все, кроме горных вершин.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать