Жанр: Биографии и Мемуары » Сергей Голубов » Снимем, товарищи, шапки! (страница 15)


– Почему?

– Потому что на старой границе мы наверняка встретим наши войска. Сегодня вечером можно будет разделиться на партии, а ночью вырваться из котла.

– Дельно, – задумчиво произнес командующий, – очень дельно насчет границы. Хм! А насчет того, как отходить – в одиночку, мелкими, крупными отрядами или всем вместе, как до сих пор, – это вопрос, который решим… по обстановке!

* * *

Вечером все было готово. Колонна штаба армии выступала на старую государственную границу. Колонна была построена в трех отдельных отрядах. Передний, головной, состоял из нескольких бронемашин, пятнадцати человек пограничников и двух мотоциклистов. Его вел начальник штарма. Во втором шли танки и батальон пехоты; здесь же находился командующий армией. В третьем двигался обоз с ранеными, которых было около ста пятидесяти человек.

Головной отряд быстро вышел на полевую дорогу. Туман, еще вечером поднявшийся с болотистых речных верховьев, подобно белой кисее, затягивал окрестность. Кисея эта плотнела, плотнела; постепенно ее влажная тяжесть становилась такой густой, что хотелось раздвинуть ее руками. И наконец пошел мелкий холодный дождь. Отряд перевалил через шоссе и углубился в лес.

…Машин, набиравших ход по гладкому шоссейному полотну, было не меньше тридцати. Впереди шли полуброневики с пулеметами. За ними – легковые авто. В окнах мелькали высокие офицерские фуражки, бархатные воротники с разноцветными петлицами и разнохарактерные профили то жирных, то сухих физиономий. Колонну стремительно мчавшегося по шоссе фашистского штаба сопровождала рота самокатчиков. Генерал, ехавший в самой большой из пассажирских машин, говорил своему соседу-полковнику:

– Упорное сопротивление русских заставляет нас вести бой по всем правилам наших уставов. В Польше и на Западе мы могли позволять себе известные вольности и отступления от уставных принципов. Но здесь это недопустимо…

Когда генерал высказывал свою мысль, его машина несколько замедлила ход: сквозь серую мокреть туманной ночи шофер разглядел впереди черное пятно селения. Это было местечко Дятлово – самое тихое и спокойное селение на свете, где с незапамятных времен жили и трудились мастера-паркетчики. Но именно здесь, перед Дятловом, мелкий березовый лес подбирался к самому шоссе, и это требовало осторожности.

– Утверждаю, – продолжал свою мысль генерал, – что в немецком языке существуют лишь два слова, которые могут в полной мере соответствовать нашей задаче здесь, в России.

– Какие слова, господин генерал-полковник?

– Eisen und Blut![6]

Вдруг что-то случилось. Машина остановилась с такой порывистой внезапностью, что фуражка еле удержалась на бритой голове генерала. Шофер выскочил из-за руля и точно провалился в березовые кусты. Пули били по щебнистому полотну шоссе и высекали из него маленькие желтые огоньки. Полковник открыл дверцу и выглянул, но сейчас же закрыл и упал на подножку. Генерал шагнул через него. В кузове шедшей сзади машины кто-то лежал запрокинувшись. Неужели квартирмейстер? Пули щелкали. Генералу показалось, что это пистолетные выстрелы. Он страшно удивился и быстро сделал два шага в сторону от своей машины…

* * *

Отряд командующего почти сразу по выступлении отстал от головного. Он не столько шел, сколько боролся с неожиданно возникавшими на каждом шагу препятствиями. То вдруг откажет машина, то трактор, и из-за этого стоит весь отряд. Обходных путей не было. Отряд находился как бы в коридоре из гитлеровских частей. Сквозь холодный и мокрый туман трудно было что-нибудь разглядеть по сторонам расстилавшейся впереди долины. Но сомневаться, что все дороги на ней заняты гитлеровцами, не приходилось…

Подтянувшись к шоссе у Дятлова, с радостью увидели, что оно пусто. Дождик усиливался с каждой минутой; темнота ненастной ночи сгущалась. Надо было поскорей перебраться через шоссе, но батальон болтался где-то далеко позади, – опять задержка. Стоя возле своего танка, командующий вполголоса отдавал распоряжения. Вдруг сбоку, откуда выбегала дорога, мутно засветились желтые пятна автомобильных фар. Два… пять… Без счета! Командующий выхватил револьвер. Ледяной пот облил его большое бледное лицо. Да, сейчас все решится…

– К бою! – скомандовал он.

Люди вмиг залегли по канавам вдоль шоссе. В танках

хлопнули люки. Гитлеровские полуброневики придержали ход. И в тот же момент рой стальных смертей, сразу выпущенных всеми автоматами, револьверами и пулеметами советской стороны, влепился в стекла и лак фашистских авто. Прошло несколько решающих мгновений, прежде чем полу броневики очнулись. Но огонь их бил наугад, вслепую. А штабные машины наскакивали одна на другую и, встав на дыбы, одна за другой валились с шоссе…

Карбышев и Наркевич стояли в березняке, против места, где только что оборвалась затейливая декларация фашистского полководца на TeMy «Eisen und Blut». Карбышев видел, как кто-то выпал из машины, как кто-то другой перескочил через выпавшего и, сделав несколько шагов деревянными ногами, изготовился дать стречка.

– Врешь! – сказал Карбышев и нажал револьверный спуск.

Генерал присел, а потом улегся на бок, делая такие движения, как будто ему хотелось лежать поудобнее. Карбышев показал на него капитану ОН.

– Труп забрать. Документы снять.

– Слушаю.

Из шестидесяти лет, прожитых на свете, в течение сорока двух ежедневно тренировать глаз и руку на меткость – шутка? Карбышев обернулся в ту сторону, где только что стоял Наркевич.

– Видали?

Но Наркевича уже не было ни рядом, ни поблизости. Бой затихал. «Какую булгу подымут теперь гитлеровцы!» – подумал Карбышев. В воздухе что-то завозилось, зашумело, подсвистывая. Разведка? Ищут?

– По машинам!

Это был голос командующего. На шоссе свирепствовала суматоха. Рядовой и сержантский состав набивался в полуброневики. Надменные хозяева уцелевших офицерских авто смиренно шлепались мертвыми тушами в канаву, а по их местам живо рассаживались советские офицеры, медленно и неудобно устраивались раненые. Вот комбриг ВВС… Вот – заместитель начальника артиллерии. Сильные руки двух лейтенантов подхватили щуплого Карбышева и поставили на шоссе у машины, которую только что очистил от постоя фашистский генерал. Трое раненых – в ногу, в живот и в голову – лежали в кузове. У руля сидел капитан и нетерпеливо поглядывал на Карбышева. Место возле него было свободно.

– Пожалуйста, товарищ генерал-лейтенант!

Карбышев сел. Гитлеровские машины с советскими офицерами уже мчались по шоссе.

– Разрешите трогать? – спросил капитан.

– Куда?

– Куда все…

– Гм!..

А вот и Наркевич… Он стоит у машины, поддерживая дрожащей рукой бесчувственную девушку. Ее лицо бледно, как камень под луной. И по мере того как подгибаются ее обессиленные ноги, она бледнеет все больше и больше. Маленькие пузырьки черной крови вскипают около уха. «Машинистка, – вспомнил Карбышев. – Венецианочка…» Наркевич молчит, ни слова. Он только смотрит, и Карбышев понимает, почему так пронзительно остр сейчас взгляд его черных глаз.

– Хорошо, – быстро говорит Карбышев капитану за рулем, – поедете, куда все. Но только…

Он выскакивает из кабины и помогает Наркевичу усадить туда девушку. На мгновение она открывает глаза и даже хочет что-то сказать. Но… не может. Карбышеву показалось, будто она улыбнулась Наркевичу. Едва ли… Наркевич стоял, отвернувшись и прикрыв лицо рукой.

– Трогайте, – сказал Карбышев капитану за рулем.

Капитан хотел что-то сказать. Он не знал, можно ли оставить генерала.

– Без разговоров!

Машина неслышно сдвинулась с места, блеснула черным боком и, качнувшись раза два на мягких рессорах, провалилась в ночь. Наркевич схватил руку Карбышева и прижал к мокрой щеке. Ночь кончалась. С каждой минутой становилось все светлее и светлее. Дождик прекратился. Туман редел, и сквозь лесную поросль уже начинали кое-где явственно просвечивать открытые полянки. Дорога впереди как будто раздалась в стороны. Заметно усиливались шум и свист в небе. Воздушная возня означала: ищут.

– Идемте, Глеб, – сказал Карбышев.

– Да…

Две фигуры – маленькая быстрая и высокая тонкая – спрыгнули с шоссе в канаву, взбежали на гребень ската и зашагали по серой вязкой земле сквозь зеленую, как вода в аквариуме, предрассветную рань к лесу.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать