Жанр: Биографии и Мемуары » Юрий Науменко » Шагай, пехота ! (страница 51)


Уверен, что кроме упомянутых здесь ветеранов живут в разных местах страны, может быть, десятки бывших бойцов и командиров 279-го гвардейского стрелкового полка. Но, к сожалению, о них мне ничего не известно.

Если попадет эта книга в руки моих фронтовых побратимов (а я был бы, естественно, рад этому), и упомянутых в ней, и не упомянутых, то, надеюсь, она не оставит их равнодушными. И я буду весьма признателен, если бывшие гвардейцы поделятся со мной своими впечатлениями, сообщат новые факты из боевой биографии нашего полка.

Хочется завершить эту последнюю главу таким вот восьмистишием:

Отгремела война.

Уже давней историей стала.

А никак не отпустит

Тревожную память бойца.

От фугасов и мин

Мы очистили наши кварталы,

Но какой же сапер

Разминирует наши сердца?

Думается, и я, и мои однополчане можем с полным основанием задать этот далеко не риторический вопрос вслед за поэтом-фронтовиком Виктором Кочетковым.

Вместо заключения

После победы многие части и соединения, завершившие войну за границей, вернулись на Родину, а наша 97-я гвардейская стрелковая дивизия вошла в состав созданной в июне 1945 года на территории Австрии и Венгрии Центральной группы войск, и мы передвинулись еще дальше на запад, в самый центр Европы. Полк наш разместился в небольшом городке Винер-Нойштадт, километрах в семидесяти южнее Вены, вблизи границы с Венгрией. Такой уютный и зеленый городок, с мягким климатом. Жили мы в добротных каменных домах военного городка бывшей академии генерального штаба австрийской армии. Фронтовой паек был хороший. И австрийцы к советским воинам относились дружелюбно. Что еще, казалось бы, надо уставшим от боев людям?..

Но не зря сочинил русский народ мудрую пословицу: "В гостях хорошо, а дома лучше". Очень тосковали мы все по родным местам. И страшно обрадовались, когда вскоре получили приказ: передислоцироваться в один из гарнизонов Прикарпатского военного округа.

Некоторые офицеры из полка, те, кто постарше был, к тому времени уволились в запас. У меня такой мысли не возникало, да и не пустили бы меня на гражданку в 27 лет. И решил я по примеру многих командиров-фронтовиков податься на учебу в военную академию. Как раз в штаб округа разнарядка пришла, и я подал рапорт с просьбой послать меня в Академию имени М. В. Фрунзе.

Знаю, среди части нынешней офицерской молодежи бытует мнение, что сразу после Великой Отечественной войны фронтовикам, дескать, легко было стать слушателями академии, не то что сейчас. Так вот я могу засвидетельствовать, что это далеко не так. Чтобы попасть в число абитуриентов, мы сдавали в округе два экзамена - по математике и физике. Потом три месяца занимались на подготовительных курсах в Загорске. А в академии пришлось держать еще семь (!) конкурсных экзаменов: по общей тактике (письменный и устный), боевой технике и использованию родов войск и специальных войск, по военной топографии, русскому языку и литературе, истории СССР, географии и одному из иностранных языков.

Весь второй послевоенный набор слушателей - фронтовики, в подавляющем большинстве командиры полков и батальонов, у всех по нескольку орденов на груди, одних Героев Советского Союза поступало в 1946 году 36 человек. Так что никаких привилегий никто не получал.

Я, конечно, был рад безмерно, что удалось поступить с первого захода в такую прославленную академию. Только за годы войны она дала около 11 тысяч офицеров на командные и штабные должности, причем 244 из них стали Героями Советского Союза, 26 - дважды удостоились Золотой Звезды.

В Москве я до войны был лишь один раз, в конце декабря сорокового года, да и то проездом из Архангельска в Житомир, перебрался с Ярославского вокзала на Киевский. А тут три года предстояло жить в столице. Учиться было интересно, преподавали нам известные военные ученые, генералы и полковники-фронтовики. Главное внимание при изучении тактики, оперативного искусства и других военных дисциплин уделялось, естественно, освещению и осмыслению опыта Великой Отечественной войны.

Снимали мы с женой и дочкой Светланой (она родилась в 1946 году в Австрии) четырнадцатиметровую комнатенку. Время было трудное: питались не очень-то здорово. Но настроение у нас было бодрое. Часто ходили в кино, забрав с собой дочку. А иногда, уговорив хозяйку квартиры присмотреть за ней, и в театры наведывались.

Летом 1949 года состоялся выпуск из академии. Закончил я ее с золотой медалью и был назначен командиром стрелкового полка имени Героя Советского Союза Александра Матросова, совершившего, как известно, свой подвиг 23 февраля 1943 года, в день 25-й годовщины Красной Армии, на Калининском фронте.

Приняв полк, я убедился, что работы предстоит уйма. Военный городок был старый, за время войны сильно обветшавший. Боевая техника и транспорт стояли под открытым небом. Солдаты и сержанты спали на двухъярусных нарах, обмундированы были неважно, все еще носили ботинки с обмотками. Учебная база только создавалась. Вместе с замполитом полка, тоже бывшим фронтовиком, майором Александром Яковлевичем Родиным, который годом раньше меня закончил Военно-политическую академию имени В. И. Ленина, и другими офицерами приступили мы к делу.

И может быть, далеко не сразу удалось бы нам улучшить положение в части, если бы меня и Родина не вызвали на заслушивание в Главное политическое управление Советской Армии. Начальником его в то время был

генерал-полковник Федор Федотович Кузнецов. Он внимательно выслушал наш доклад о состоянии полка и кому-то позвонил.

- Андрей Васильевич, - услышали мы, - вот сейчас у нас в Главпуре беседуем с командиром и замполитом матросовского полка Науменко и Родиным. Не смогли бы вы принять их, скажем, завтра? Надо бы помочь им в улучшении бытовых условий воинов... Хорошо... Спасибо, Андрей Васильевич.

А потом Ф. Ф. Кузнецов встал из-за стола, подошел к нам и сказал:

- Это я с генералом Хрулевым говорил, начальником Тыла Вооруженных Сил. Завтра, в шестнадцать часов, он ждет вас. Человек он занятой, сами понимаете, поэтому все хорошенько продумайте, заранее подготовьте письменную заявку на строительство укрытий, на казарменное и вещевое имущество. Попросите и оборудование для полковой комнаты боевой славы, а я свяжусь со студией имени Грекова, и к вам подошлют художников для ее оформления.

Мы решили просить начальника тыла выделить для полка одноярусные кровати для казарм и для общежития офицеров, сапоги для солдат и сержантов срочной службы, комплект нового обмундирования для всего личного состава, ковровую дорожку для комнаты боевой славы и кое-что из мебели, а также перечислить на лицевой счет полка 100 тысяч рублей, чтобы на месте закупить материалы для укрытия боевой техники.

На следующий день, уже в 15.30 мы с Родиным получили заказанные нам пропуска, и через полчаса порученец генерала армии А. В. Хрулева пригласил нас в его кабинет. Разговор был недолгий. Мы изложили свои просьбы, вручили начальнику Тыла Вооруженных Сил письменную заявку, выслушали его заверения, что он обязательно поможет такому геройскому полку, как наш, поблагодарили Андрея Васильевича. В тот же день, окрыленные удачей, выехали домой.

А через неделю в наш адрес пришло все имущество и оборудование, которое было указано в нашей заявке. И деньги были выделены на строительство укрытий, и бригада художников-грековцев приехала, начала работы по созданию диорамы, запечатлевшей подвиг Александра Матросова.

Почти год потребовался воинам, чтобы полк преобразился. Всю боевую технику удалось укрыть, созданы были учебные классы, комната боевой славы. А в помещении, где располагалась 1-я рота, был оборудован уголок Героя Советского Союза Александра Матросова, навечно зачисленного в списки подразделения. И по боевой и политической подготовке наш полк стал вскоре одним из лучших в округе. В январе 1951 года мне было присвоено воинское звание "полковник".

И дома все было хорошо. Жена, как и на фронте, работала врачом. В 1950 году родилась у нас вторая дочь, Татьяна, а через два года - третья, Лариса. Но в 1955 году пришла беда: жена слегла в больницу и домой уже не вернулась. А ей не было еще и 35 лет... Горе большое, и я долго не мог прийти в себя. Попросил у начальства перевода в другой гарнизон, чтоб хоть как-то отвлечься от тяжких дум.

В мае 1956 года получил я новое назначение - заместителем командира стрелковой дивизии в Прибалтийском военном округе.

Полком я командовал почти два года на фронте, год после войны и шесть с половиной лет после академии. Долго даже по тем временам. Но ведь как иной раз бывает: тянет офицер должность, претензий к нему нет, начальство уверено, что он не подведет, ну и пусть тянет, если сам не просится на выдвижение. По-видимому, в такую ситуацию попал и я. Но зато в новой должности не задержался: всего через шесть месяцев был назначен командиром механизированной дивизии.

Я знал, что начальником штаба в ней мой товарищ по учебе полковник Владимир Говоров, сын Маршала Советского Союза Леонида Александровича Говорова, и был искренне рад, когда однокашник по академии меня встретил на вокзале города, в котором дислоцировалась дивизия.

Замечу кстати, что в одной с нами академической группе учились Иван Моисеевич Третьяк, Григорий Иванович Салманов и некоторые другие молодые офицеры, ставшие сейчас видными военачальниками. Генералы армии Говоров и Третьяк - заместители Министра обороны СССР, а генерал армии Салманов начальник Академии Генерального штаба.

К тому времени в мой осиротевший дом вошла новая хозяйка, женщина, рискнувшая взять на себя тяжкую ответственность за воспитание трех моих дочерей, старшей из которых было десять лет, а младшей всего четыре года. И должен сказать, что в своем выборе не ошибся: Анна Михайловна стала девочкам настоящей матерью, и они ее признали как родную. А я благодарен судьбе за это.

Не буду вдаваться в подробности командования дивизией. Дел было по горло. Бывало так намотаешься за день, что, придя домой, засыпаешь как убитый. Но работа, хоть и тяжелая, давала удовлетворение. Части дивизии набирались сил, опыта, хорошо действовали на учениях.

В 1958 году в командование войсками Прибалтийского военного округа вступил прославленный командарм Великой Отечественной войны дважды Герой Советского Союза Павел Иванович Батов. А вскоре он приехал в нашу дивизию, вместе со мной объехал все части, побывал на батальонном учении. И перед отъездом в штаб округа сказал мне:



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать