Жанр: Героическая фантастика » Юрий Никитин » Стоунхендж (страница 107)


Глава 10

Они вернулись в замок на взмыленных конях. МакОгон остался у ворот, отдавал приказы, укреплял вороты, послал подводы в окрестные села за припасами, на случай если осада будет долгой, а что осада будет, никто не сомневался.

К вечеру замок жужжал, как растревоженный улей. Все уже знали о том подвиге, который совершили трое из замка, и о том переполохе. Но сэр Торвальд ходил чернее тучи. Турнир окончился не так, как он рассчитывал. Что предпримет король? Мстительный и своевольный, не терпящий прекословия, разве такой простит гибель единственного сына?

Начали прибывать подводы с ветчиной, солониной, мешками муки, пшеницы. Все стаскивали в подвалы, из соседних сел пришли кузнецы, походные горны поставили прямо во дворе. Без всякого зова явились около двух дюжин рыцарей-соседей. С ними пришли опытные воины, около сотни. Сэру Торвальду доложили, что через два-три дня пришлют помощь владетельные бароны, которых теснят приближенные короля. Бесчинства короля и его подданных переполнили их чашу терпения. Нужен только вожак — с возвращением молодого Томаса им оказались Мальтоны.

Уже к ночи загремели звонко трубы, которые заставили Томаса вздрогнуть. Ворота распахнулись, въехала группка всадников. Рядом с немолодым воином в богатой одежде ехала на красивой молодой лошадке очень юная девушка с золотыми волосами. Они были убраны под вышитый жемчугом убор, глаза девушки были скромно опущены, но алые щечки горели.

Калика быстро взглянул на Томаса. Тот, покраснев, беспомощно взглянул на отца, на сэра Эдвина. Те переглянулись и, как сговорившись, посмотрели на Яру. Она сидела по другую сторону стола, смаковала пирог с лесными ягодами. Рядом калика своим ножом деловито резал жареного гуся на части.

Наконец дверь распахнулась. Герольд стукнул о пол и провозгласил:

— Благородная леди Крижана, дочь барона....

Его оттолкнули, и Крижана, как вихрь, влетела в зал. Ее огромные глаза сияли, белые нежные руки были вытянуты. У Томаса перехватило дыхание, настолько она была хороша. На полголовы ниже Томаса, она была стройная и легкая, ее фигура еще больше округлилась в нужных местах, а в поясе она была настолько тоненькой, что ободок бокала мог бы заменить ей пояс. Она вся выглядела нежной и чистой, как ангел.

— Томас!

Томас едва успел выбраться из-за стола и подхватить ее. Она вцепилась в него и вскарабкалась выше, как на дерево. С радостным визгом целовала и обцеловывала, отстранялась, чтобы видеть его мужественное лицо, снова прижималась счастливо.

Все в зале цвели улыбками, видя такое неподдельное счастье. Почти все.

— Я так счастлива... Так счастлива! — девушка захлебывалась словами, глаза ее сияли. — Ты успел... ты спешил!.. Я бы и так не пошла за него, но все равно так счастлива, что ты загнал коней, но успел за день до свадьбы...

Томас краем глаза увидел, что Яра смотрит на них с жестоким выражением на лице. Она медленно опустила надкушенный пирог на блюдо. Калика ухмылялся, смотрел на молодого рыцаря, как смотрят на канатоходца, что идет по туго натянутой тонкой веревке между двумя высокими башнями.

Отец улыбался от уха до уха. Глаза были просто подлые и хитрые. Томас кое-как оторвал от себя Крижану, что цеплялась за него, как обезьяна за дерево, бережно опустил на пол. Она поправила прическу, лишь тогда повернула сияющее лицо к присутствующим:

— Простите, сэр Торвальд!.. Простите, сэр Эдвин!

От ее сияющего лица и глаз светлели лица присутствующих. Она наконец заметила калику и женщину в одежде воина.

— Это твои друзья?

Томас сказал неуклюже:

— Да, леди... милая Крижана. Это вот мудрый отшельник из славянских земель, а это... гм... благородная Яра.

Крижана светло и чисто улыбнулась им обоим.

— Приветствую вас! Спасибо, что прибыли вместе с Томасом. Дороги кишат разбойниками, а втроем безопаснее. Если бы я знала, что по прибытии сразу ты отправишься на турнир, я бы обязательно поехала туда.

Олег кивнул, Яра смотрела хмуро и зло. Она вытащила свой нож, придвинула к себе ближе блюдо с поросенком. Крижана улыбнулась ей, женщина-воин и должна выглядеть злой, повернулась к Томасу:

— Ты счастлив, дорогой?

— Дальше некуда, — пробормотал Томас. Он рванул ворот, в зале что-то стало так жарко, что у него горели уши, полыхала шея, он чувствовал, как по спине текут крупные, как жуки, капли пота.

Крижана прижалась к Томасу, не чувствуя стыда, потому что все знали, как она ждет, и что будет, если он успеет вовремя.

Отец приблизил губы к уху Яры, но сказал достаточно громко, чтобы слышали все:

— Не правда ли, счастливая пара? Все ждут, когда они поженятся.

Голос Яры был, как раскаленное железо, когда его опускают в ледяную воду:

— Они обручены?

— С детства!

— Я никогда об этом не слышала, — сказала она, и Томас увидел, что ее глаза из лиловых стали зелеными, а воздух заблистал крохотными, как обломки стекла, искрами.

— Ну, — выдавил он, чувствуя себя, как христианин в руках сарацин, — забот было много, кто говорил о домашнем? Да и не носят у нас

обручальные кольца до того, как святой отец обручит в церкви.

Яра сказала низким голосом, к которому примешивалось шипение змеи:

— Очень удобный обычай.

— Да в чем дело? — возмутился он. — У нас были стычки с врагами, великанами, колдунами. Нас били, клевали, топтали, бросали в темницы. Мы срывались с высоких башен, тонули в седых океанах, и алою кровью своею...

гм... Разве было время говорить о мелких домашних делах?

Глаза Крижаны стали тревожными. Она спросила робко:

— Неужто... неужто ты ни разу не упомянул обо мне?

Сэр Торвальд сказал звучно:

— Я уверен, ты была в его сердце!

— В самой глубине, — добавил сэр Эдвин.

Томас простонал беззвучно. Крижана, ласкаясь, заглянула ему в глаза.

— А как же... ты обещал идти в бой с моим именем на устах... Ты взял меня своей прекрасной Дамой Сердца...

Стон внутри Томаса стал громче. Отец нагло улыбался от уха до уха, зубы выставил как крокодил.

— Так и было, — сказал Томас затравленно. — Просто я не кричал об этом на каждом углу.

— Томас!

— Ну что?.. Я безгрешен, как десять тысяч ангелов, что помещались на острие иглы!

Яра фыркнула громче. Крижана оглянулась на нее.

— А кто все-таки эта женщина? И почему ты все время оправдываешься перед ней?

Томас хватал ртом воздух, как рыба, выброшенная штормом на берег, а шторм был нешуточный. Дядя скалил зубы, отец улыбался хитро и противно.

— Разве я оправдываюсь?

— Ты все время оглядываешься на нее!

— Я вообще молчу, как калика... как рыба об лед!

— Я вижу, — сказала она таким жалобно-обвиняющим тоном, от которого у всех сжалось сердце, — что пока я ждала его годы и годы, он скитался по восточным землям, искал утех встречных женщин, не пропускал, как теперь вижу, ни одной девки...

— Девки? — спросила Яра опасно спокойно.

— Это у него от меня, — сказал отец гордо дяде. Улыбка раздирала рот. — Я умел! Но дети пошли хлипкие. У Томаса скоро и последняя ускользнет, как песок меж пальцев.

Томас метнул на «пророка» гневный взгляд. Слезы заблестели в прекрасных глазах юной невесты.

— Я ждала... Я так ждала! Мой рыцарь был самый смелый, самый отважный. Он придет и спасет меня... Но когда пришел, он уже был с пожилой женщиной....

Томас искоса бросил взгляд на Яру. Она, похоже, поперхнулась, и некому постучать по спине: лицо угрожающе побагровело, глаза полезли на лоб. Ее голос был таким тихим и тонким, словно вылезал, обдирая ногти, из-под упавшего дерева:

— Пожилой?

— Что мне теперь делать? — вопрошала Крижана. Слезы наконец прорвали запруду и брызнули, потекли жемчужинами по прекрасным нежным щекам. — Я готовилась растить его детей, воспитывать их такими же отважными и благородными, как их отец...

Она с мольбой обратила свои лучезарные глаза, ныне озера слез, на Томаса. Ее нежные руки поднялись чуть и застыли, не решаясь коснуться Томаса. В глазах была боль.

— Томас... сэр Томас...

Томас чувствовал себя распятым над костром. Голым. А пламя прижигает так, что...Он мог водить войска в бой, сам сражался отважно и умело, встречал врага грудь в грудь и не отводил взгляд даже от страшных глаз василиска. Но сейчас топтался на месте, наконец выдавил:

— Ну... гм... ну...

Отец, чья хитрющая рожа едва не лопалась от усилий сдержать смех, сказал дяде самым серьезным голосом:

— Как мне нравится его скупая мужская речь!

Кто-то из гостей на цыпочках, пятясь, отыскал, как сарацин, задом дверь и выскользнул из зала. За догадливым, им оказался, как всегда, управляющий МакОгон, — надо ему повысить жалование, подумал отец, пока сам не повысил другими путями, — спешно последовали, отводя взоры и пряча усмешки, другие.

— Томас, — потребовала она уже едва не плача, — почему ты молчишь?

— Ну... — промямлил Томас, — я... гм... ну...

Отец гордо оглянулся на дядю.

— Настоящий рыцарь! Я ж говорил: главное — владеть мечом.

Олег посматривал на Яру. Она резала молочного кабанчика так, будто вместо него видела другое нежное горло, даже не заметила, что вместе с дичью развалила пополам и бронзовое блюдо и вовсю пилит стол. А нож держит так, будто готовится метнуть.

— Сэр Томас! — Крижана наконец топнула ногой и гордо выпрямилась. Мокрые дорожки еще блестели на щеках, но влажные глаза смотрели достойно дочери могучего барона. — Ты мне все еще не ответил!

— Ну, — сказал Томас так, будто трудился в каменоломне. — Это.. гм... я же что?.. ну...

Отец в полном восторге ткнул ученого дядю кулаком в бок.

— Он скоро и писать разучится!.. А там, глядишь, и корону примерять можно...

Яра грохнула рукоятью ножа о стол. Все обернулись, она встала — гордая, свирепая, с ярко-зелеными глазами. Вид у нее был настолько внушительный, что все разговоры и перешептывания разом оборвались.

Голос был сильный и властный:

— Давайте сперва закончим с тем, о чем сэр Томас едва не позабыл. С чашей! Олег говорит, что ее нужно отвезти к развалинам древнего языческого храма. Это можно сделать сегодня. Мне бы хотелось... Очень хотелось сегодня же выехать в обратный путь.

Утром на рассвете Томаса разбудил МакОгон. Суровое лицо старого воина было хмурым. Он кивком велел одеться, Томас послушно бросился напяливать на себя одежду и доспехи. МакОгон, хоть и был пришлым наемником, но служил в замке много лет, был его наставником в воинской науке, и Томасу в голову не приходило ослушаться.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать