Жанры: История, Мифы. Легенды. Эпос, Древнерусская Литература, Документальное: Прочее » Владиміръ Даль » О пов?рьяхъ, суев?ріях и предразсудкахъ русскаго народа (страница 9)


VII. Оборотень.

Оборотень, – на Украйн? вовкулака – какой-то недобрый духъ, который мечется иногда челов?ку подъ ноги, или поперекъ дороги, какъ предв?стникъ б?ды. Отъ него крестятся и отплевываются. Онъ никогда не является иначе, какъ на лету, на б?гу, и то мелькомъ, на одно мгновеніе, что едва только усп?ешь его зам?тить; иногда съ кошачьимъ или другимъ крикомъ и воемъ, иногда же онъ молча подкатывается клубкомъ, клочкомъ с?на, комомъ сн?га, овчиной и проч. Оборотень перекидывается, изм?няя видъ свой, во что вздумаетъ, и для этого обыкновенно ударится напередъ объ земь; онъ перекидывается въ кошку, въ собаку, въ сову, п?туха, ежа, даже въ клубокъ нитокъ, въ кучу пакли и въ камень, въ копну с?на и проч. Изр?дка въ л?су встр?чаешь его страшнымъ зв?ремъ или чудовищемъ; но всегда только мелькомъ, потому онъ никогда не дастъ разсмотр?ть себя путемъ. Нер?дко онъ мгновенно, въ глазахъ испуганнаго на смерть прохожаго, оборачивается н?сколько разъ то въ то, то въ другое, исчезая подъ пнемъ или кустомъ, или на ровномъ м?ст?, на перекрестк?. Днемъ очень р?дко удается его увид?ть, но уже въ сумерки онъ начинаетъ проказить и гуляетъ всю ночь напролетъ. Перекидываясь или пропадая внезапно вовсе онъ обыкновенно мечется, словно камень изъ-за угла, со страннымъ крикомъ, мимо людей. Н?которые ув?ряютъ, что онъ-то есть коровья смерть, чума, и что онъ въ этомъ случа? самъ оборачивается въ корову, обыкновенно черную, которая гуляетъ со стадомъ, подъ видомъ приблуды или пришатившейся, и напускаетъ порчу на скотъ. Есть также пов?рье, будто оборотень дитя, умершее некрещеннымъ, или какой-то в?роотступникъ, коего душа нигд? на томъ св?т? не принимается, а зд?сь гуляетъ и проказитъ по невол?. Въ н?которыхъ м?стахъ, на с?вер?, оборотня называютъ кикиморой; в?дьм? и домовому иногда приписываютъ также свойства оборотня. Изъ всего этого видно, что если мужикъ вид?лъ что нибудь въ сумерки или ночью и самъ не знаетъ что, – то это безспорно былъ оборотень.

VIII. Русалка.

Русалка – также чертовка, или шутовка, или водява, что означаетъ почти тоже, потому что тутъ у мужиковъ говорится именно взам?нъ недобраго слова чортъ. Русалка почти отовсюду выт?снена людьми; а она любитъ пустыя и глухія воды. Нигд? почти не найдете вы теперь такого м?ста, гд? бы, съ в?дома жителей, по-нын? водились русалки; или он? были тутъ когда-то и перевелись, или вамъ укажутъ, во всякомъ м?ст?, на другое – а тутъ-де н?тъ ихъ. На Украйн? ихъ считаютъ д?вочками, умершими безъ крещенія; въ другихъ м?стахъ полагаютъ, что каждая утопленница можетъ обратиться въ русалку, если покойница была такова при жизни; или когда д?вка утонула, купаясь безъ креста, причемъ полагаютъ, что ее утащилъ водяной; опять иные считаютъ русалокъ вовсе не людскаго покол?нія, а нечистыми духами или даже просто навожденіемъ діавольскимъ. На юг? у насъ русалка вообще не зла, а бол?е шаловлива; напротивъ велико-русская русалка или шутовка,

особенно же с?верная, гд? она и называется не русалкой, а просто чертовкой, злая, опасная баба и страшная непріятельница челов?ческаго рода. При такомъ понятіи о нихъ, ихъ представляютъ иногда безобразными; но вообще русалки большею частію молоды, стройны, соблазнительно хороши: он? ходятъ нагія, или въ б?лыхъ сорочкахъ, но безъ пояса, съ распущенными волосами, зелеными, какъ иные утверждаютъ; живутъ дружно, обществами, витаютъ подъ водой, но выходятъ и на берегъ; р?звятся, поютъ, шалятъ, хохочутъ, качаются на ближнихъ деревьяхъ, вьютъ плетеницы изъ цв?товъ и украшаются ими, и если залучатъ къ себ? живаго челов?ка, котораго стараются заманить вс?ми средствами, то щекочутъ его, для пот?хи своей, до смерти. Иные утверждаютъ, что у русалокъ между перстовъ есть перепонка какъ у гуся; другіе даже, что у нея, вм?сто ногъ, раздвоенный рыбій хвостъ. Он? манятъ къ себ? прохожаго, если онъ ночью подойдетъ къ нимъ – днемъ он? почти не выходятъ – иногда гоняются за нимъ, но далеко отъ берега р?ки или озера не отходятъ, потому что боятся обсохнуть. Если при русалк? есть гребень, то она можетъ затопить и сухое м?сто: докол? она чешетъ мокрые волосы, дотол? съ нея все будетъ струиться вода; если же на русалк? и волоса обсохнутъ, то она умираетъ. Сл?ды этихъ шаловливыхъ подружекъ остаются изр?дка на мокромъ песку; но это можно толькой вид?ть, заставъ ихъ врасплохъ: въ противномъ случа? он? перерываютъ песокъ и заглаживаютъ сл?ды свои. Гд? в?рятъ въ водянаго, тамъ считаютъ его атаманомъ русалокъ. Но он?, б?дненькія, очень скучаютъ безъ мужчинъ и вс? ихъ зат?и клонятся къ тому, чтобы залучить челов?ка и защекотать его на смерть. Сказываютъ, что он? иногда отъ скуки перенимаютъ заночевавшее на вод? стадо гусей и завертываютъ имъ на спин?, какъ шаловливые школьники, одно крыло за другое, такъ что птица не можетъ сама расправить крыльевъ; он? же, сидя въ омутахъ, путаютъ у рыбаковъ с?ти, выворачиваютъ мотню и скатываютъ ихъ съ р?чной травой. Вообще, полная власть шаловливымъ русалкамъ дана во время русальной нед?ли, которая сл?дуетъ за Троицынымъ днемъ и до загов?нья. Первое воскресенье за Троицей также называется русальнымъ. Это время, по народному мн?нію, самое опасное, такъ что боятся выходить къ водамъ и даже въ л?са. Кажется, несправедливо – какъ иные полагаютъ – будто русалки хозяйничаютъ до Петрова дня и будто он?, по народному мн?нію, д?вочки л?тъ семи: этихъ пов?рьевъ я не встр?чалъ нигд?. На юг?, русалка взрослая д?вушка, красавица; на с?вер?, чертовка стара, или среднихъ л?тъ и страшна собой. На Украйн?, впродолженіе клечальной нед?ли, есть разныя игры въ честь русалкамъ, кои въ это время б?гаютъ далече въ л?са и поля, топчутъ хл?бъ, кричатъ, хлопаютъ въ ладоши и проч. Г. Сахаровъ напечаталъ п?сни русалокъ, безсмысленныя слова или звуки, отзывающіяся украинскимъ или б?лорусскимъ нар?чіемъ.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать