Жанр: Мифы. Легенды. Эпос » Народ Индии » Народные повести Индии, рассказы Южной Индии (страница 7)


– Я никогда вас не позабуду, – обещала Куттувилякку. – Я не из тех, кто не помнит добра.

Змей ушел, преисполненный радости.

Узнав, что царевна ожидает ребенка, ее муж впал в великий гнев и бросился к тестю.

– Махараджа, – сказал он, – вот уже два года, как я живу врозь с вашей дочерью. А она беременна. Так ли приличествует себя вести замужней женщине? Куттувилякку опозорила вас. Хотя она и ваша дочь, я прошу вас беспристрастно расследовать это дело и вынести виновной строгое наказание.

Махараджа превыше всего дорожил своей честью и был очень опечален обвинением, выдвинутым против его дочери. Он вспомнил, как выдавал свою дочь замуж, вспомнил, как она, услышав о смерти мужа, облачилась в белую одежду, вспомнил, как она тогда сказала: «Мой муж был для меня божеством. И я уйду вслед за ним». Неужели же та, что готова была взойти на костер, вступила на путь порока? Конечно, муж виноват перед ней: он оставил ее ради даси. Но ведь и покинутая женщина должна хранить верность! Таков ее долг! «Я стараюсь править честно и справедливо, – думал махараджа. – А моя дочь пятнает мое имя. Что из того, что она царского рода? Я буду судить ее открыто, перед всем народом», Он сказал царевичу: «Приходи завтра на дарбар»[*], и велел передать то же самое Куттувилякку.

[* Дарбар – заседание совета, прием во дворце.]

Узнав, что муж требует предать ее суду за измену, царевна сильно встревожилась. В ту же ночь в ее опочивальню явился царь змей.

– Нагараджа[*], – сказала ему Куттувилякку, – мой муж требует, чтобы отец строго покарал меня за измену. Завтра отец призывает меня на совет, где будет расследоваться это дело. Как мне сохранить в чистоте свое имя?

[* Нагараджа – царь змей.]

Царь змей, усмехаясь, ответил:

– Радость моя! Не бойся! С тобой ничего не случится. Смело, без всякого смущения, утверждай на совете, что беременна от мужа. Однажды, мол, даси дала ему приворотного зелья, и в любовном дурмане он перепутал тебя с ней. А чтобы ни у твоего мужа, ни у отца, ни у других не осталось ни малейшего сомнения, скажи, что готова подвергнуться в храме испытанию змеиным ядом. Пусть положат в кувшин со змеей золотой вараха[*], а ты поклянешься, что чиста перед мужем, и в доказательство сунешь руку в этот кувшин, где буду сидеть я.

[* Вараха – старинная индийская монета.]

На другой день, едва блеснуло солнце, царевна нарядилась в дорогие одежды и украшения и пошла в зал совета. Туда же направился и ее муж.

– Зять, – обратился к нему махараджа, – здесь собрались ученые, придворные, советники и простой народ. Расскажи же им, в чем ты обвиняешь свою жену.

– Люди добрые, – молвил царевич, – вот уже три года, как я даже не разговариваю со своей женой Куттувилякку. А она ждет ребенка. Прошу вас разобрать это дело.

– Люди добрые, – спокойно молвила царевна, – я не знаю за собой никакой вины. Ребенок – от моего мужа. Однажды даси опоила мужа приворотным зельем, он спутал меня с ней и переночевал в моей опочивальне. Все это происки даси. Ни мой муж, ни кто либо-другой не знает, что она поклялась сделать так, чтобы муж при всех обозвал меня неприличным словом. На мою беду, не только муж, но и отец усомнился в моей честности. Чтобы опровергнуть предъявленное мне ложное обвинение, я готова подвергнуться самому жестокому испытанию – испытанию змеиным ядом.

Ее предложение пришлось по душе всем собравшимся. Они тотчас же отрядили ловца змей, и тот, играя на своей дудочке, отправился на поиски. Царь змей велел всем своим подданным спрятаться, а сам выполз навстречу ловцу. Когда ловец принес его в зал совета, все в один голос воскликнули: «На свете нет более ядовитой змеи, чем эта!»

Пятиглавого змея посадили в кувшин. Туда же положили и золотой вараха. Царевна совершила омовение, облачилась в подходящие для обряда одежды, восхвалила в душе имя божье, обошла всех присутствующих справа налево и сказала:

– Тот, к кому я прикасалась тогда, – мой муж. Тот, к кому я прикоснусь сейчас, – змей.

Она запустила руку в кувшин, вытащила оттуда пятиглавого змея и сразу же сунула его обратно.

Все собравшиеся – среди них царь и царевич – были поражены и приветствовали ее, почтительно сложив ладони. «На эту змею и посмотреть-то страшно. А она смело взяла ее в руки. Это несомненное доказательство ее невиновности», – подумали они.

Через несколько дней Куттувилякку родила сына, который, как солнце, был окружен сверкающим ореолом. Принимал младенца сам царь змей в обличье повитухи.

– Махараджа, – сказал он царю, – ваша дочь разрешилась от бремени. Берегите же ее!

Махараджа очень заботился о своей дочери, и через месяц она вполне оправилась.

Куттувилякку надела на своего сына драгоценности, подаренные ему отцом-змеем, и растила его с величайшей любовью.

Миновало три года.

Царевич был по-прежнему увлечен даси и приходил во дворец только чтобы поесть. Откушав, он поднимался и,

не взглянув ни на свою жену, ни на лепетуна-младенца, торопился обратно к даси. Но однажды перед уходом он вдруг заметил необыкновенное сияние, струившееся от личика спавшего в колыбели младенца, и остановился, как громом пораженный. Возвратясь в дом даси, он рассказал своей любовнице о красоте ребенка и обещал ей показать его.

Девадаси, не долго думая, послала своих служанок за ребенком.

Но Куттувилякку отказалась дать им сына, сказала, что должна прежде посоветоваться с его отцом.

Когда служанки вернулись с ответом, даси громко зарыдала, притворяясь глубоко оскорбленной. Царевич разгневался и пожаловался царю:

– Я захотел видеть своего ребенка, послал за ним к вашей дочери, а эта гордячка отказала мне в моей просьбе.

В ту же ночь царевна рассказала обо всем царю змей и попросила его совета.

Он весело засмеялся:

– Радость моя! Для тебя пришли добрые времена. Ты не только вызволишь мужа из сетей даси, но и заставишь ее подписать бумагу, по которой она станет твоей рабыней и будет прислуживать тебе во дворце. Завтра на совете, перед всеми, скажи, что пошлешь даси своего ребенка. И надень на него столько драгоценностей, сколько весит он сам. Положи его на одну чашу весов, драгоценности – на другую, – чтобы все видели, что вес равен. Когда даси явится на совет с нашим сыном, снова взвесь драгоценности. Ночью я похищу несколько вещей, и вес их окажется недостаточным. В возмещение ущерба ты не только заберешь у даси все ее имущество, но и заставишь ее подписать бумагу, по которой она станет твоей рабыней.

На другой день махараджа велел дочери явиться на заседание совета.

Куттувилякку пришла туда вместе с ребенком.

– Твой муж хотел видеть сына. Почему ты не выполнила его повеление? – в гневе закричал царь.

– Отец, – ответила Куттувилякку, – я боялась, как бы алчная даси не похитила украшения, надетые на моего сына. Я хочу взвесить все драгоценности в присутствии советников. Когда даси возвратит мне ребенка, я снова положу их на весы. Если обнаружится нехватка, пусть даси отдаст мне все свое имущество и станет моей рабыней. Согласна ли она на это условие? Если – да, пусть подпишет договор на пальмовом листе.

Даси и царевич согласились на это условие. Танцовщица подписала договор и забрала к себе ребенка. Она позвала кормилицу и велела напоить ребенка молоком. Весь день даси и ее возлюбленный играли с малышом. Вечером его еще раз напоили молоком и уложили спать. А ночью царь змей унес несколько драгоценностей. Не заметив этого, даси отправилась утром на совет.

– Взвесьте драгоценности, – велела Куттувилякку.

Ребенка положили на одну чашу, драгоценности – на другую, и чаша с ребенком опустилась.

– Даси – воровка, – закричали советники, – она украла несколько дорогих вещей. По договору она должна отдать царевне все свое имущество и стать ее рабыней.

С того дня Куттувилякку снова зажила с мужем в мире и согласии. Счастье ее было так велико, что она совсем забыла о своем спасителе – царе змей.

«Я помог ей возвратить любовь мужа, а она позабыла обо мне, – тосковал Нагараджа. – Конечно, я мог бы ее ужалить, но это не исцелит меня от горя. И она умрет так быстро, что не успеет почувствовать боль. Отныне мы с ней разлучены. А пока я жив, мне ее не разлюбить. Остается только одно: напомнить ей о себе своей смертью».

И вот как-то ночью он обвился вокруг узла ее волос и умер.

Утром, проснувшись, царевич увидел на голове у жены пятиглавого змея и, встревоженный, поспешил ее разбудить. От страха и под тяжестью змеиного тела царевна не могла поднять голову. Пришлось отстричь ей волосы.

Только тогда Куттувилякку поняла, что произошло.

«Нагараджа помог мне завоевать снова любовь мужа, а я о нем совсем позабыла. Я нарушила свой долг. Что же мне делать? Хоть он и змей, он был моим возлюбленным. А его душа обретет покой, только если обряд сожжения совершит его сын!» – подумала она, проливая горькие слезы.

– Змея мертва. Чего же ты плачешь? – в недоумении спросил ее муж.

– Мой дорогой супруг, – ответила царевна, – этот змей жил у нас на заднем дворе. И я поклялась воздать ему должные почести, если вы возвратитесь ко мне. Но когда вы возвратились, я была так обрадована, что забыла о змее. Поэтому-то он и умер, обвившись вокруг узла моих волос. Обряд сожжения этого змея должен совершить наш сын.

Царевич не стал ей перечить, и сын Куттувилякку зажег костер, на котором было сожжено тело его отца.

И долго еще царевич, Куттувилякку и ее сын жили достойно и праведно.




Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать