Жанр: Проза » Роберт Музиль » Винценц и подруга важных господ (страница 2)


Винценц. Вы поставили пистолет на предохранитель?

Бэрли проверяет.

Не возражаете, если я на всякий случай положу его сюда, в несгораемый шкаф?

Бэрли (протягивает ему пистолет). Забирайте эту трусливую штуковину. Она взбунтовалась и не пожелала стрелять в "невинного", когда вы неожиданно выросли как из-под земли. Дал слабину. Этот пистолет я в руки больше не возьму! Тут осечек быть не должно.

Винценц. Понимаю и уважаю вашу точку зрения.

Бэрли. Вы все слышали, я выставил себя перед вами на посмешище! Кто же вы, собственно, такой?

Садятся.

Винценц. В каком смысле?

Бэрли. Напрямик, без выкрутасов вы не умеете?

Я вот - до того проклятого дня, когда познакомился с этой особой, - был коммерсантом, с головы до ног. Выбился в люди как мясник. Занятие не слишком аппетитное. Но я-то руки запускал до подмышек. И это вам не фунт изюму!.. А она мне вдруг говорит... кстати, давно ли вы знакомы с Альфой?

Винценц. Да лет шестнадцать, пожалуй... Ей в ту пору было семнадцать.

Бэрли. И вы все еще любите ее?

Винценц. Боже сохрани!

Бэрли. Боже сохрани? Вот, значит, как... Но почему вы вдруг явились в столь неурочный час, если не любите ее?

Винценц. Неурочный час?

Бэpли. А по-вашему, нет? Три часа ночи! Время, когда в порядке исключения работают, обычно спят или разве что с кем-нибудь прогуливаются. Ну, так кто же вы по профессии.

Винценц. Словодел.

Бэрли. Как-как? Писатель?

Винценц. Нет, куда мне. Словодел, именователь. Можно я потом объясню? Не хочется прерывать ваш рассказ.

Бэрли. Только не думайте, сударь... Не думайте, будто я с вами этак вот беседую, а между тем... Я жду отхода поезда. И он отойдет. Но веду разговоры. Не замыкаюсь. Ведь этот последний обрывок, последние четверть часа никак не используешь, смысла нет.

Винценц. Ая вот приехал... Знаете, как бывает: запрешь дверь, поднимешься на ступеньку-другую и возвращаешься проверить, вправду ли запер... Возвращаешься еще раз... Можете считать меня педантом, но я хотел закончить оборванный десять лет назад разговор. Альфа сказала, что время у нее будет только после полуночи. Я еще целый час дожидался вас. А теперь опять не знаю, когда состоится наш разговор.

Бэpли. Никогда он не состоится. У меня тоже был один этот час после бала. С минуты на минуту явится первый гость, потом каждые полчаса будет приходить новый визитер. К рассвету вы увидрите пятерых господ, пятерых законченных балбесов, которые воображают себе невесть что - ну как же, приглашены к Альфе, да еще в такой час!

Раз вы так давно знаете Альфу, она наверняка вам говорила: вы все делаете неправильно...

Винцент, смеясь, хлопает его по колену.

Что?

Винценц. Колибри!

Бэpли. Что-то?

Винценц. Потом! Дальше! Не обращайте внимания!

Бэpли. Стало быть, и вы это слышали. Она каждому так говорит, да-да, я точно знаю, каждому - и Профессору, и Музыканту, и мне. Итак, она мне сказала: вы все делаете неправильно. Ни собственная деятельность, ни успехи, по сути, вас не удовлетворяют. Больше того, все, чем вы гордитесь, ради чего живете, есть чистейшая глупость. Но я же не чета этой братии, я из другого теста. Все насквозь вижу, и тем не менее сразу замечаю: она права. Права!

Винценц (про себя). Колибри.

Бэpли. Видите ли, об этом не задумываешься. Если ты не шалопай, а мужчина, у которого дел по горло, то философствовать тебе недосуг. Но нельзя отрицать, что философия и Тому подобное нужны, как раньше была нужна религия. И если Альфа говорит: три часа ночи, и не как мужчина и женщина (и все ж таки немножечко как мужчина и женщина), сами понимаете, если она этак выворачивает жизнь, а ты толкуешь о своей жизни... кстати, вы когда-нибудь смотрели на мир между собственными икрами, ну, согнувшись пополам и вниз головой? Вот-вот, именно так! Все выглядит совершенно иначе и как новое! Тогда только и замечаешь, что живешь или не жил!

Винценц. Колибри!

Бэpли. Черт побери, что означает это ваше "колибри"?

Винценц. Прокаленные слова.

Бэpли. Сударь, вы городите чепуху!

Винценц. Да, но ее стряпает жизнь: у Альфы слова прокаленные. Я должен вам кое-что посоветовать! Колибри - это ослепительно яркие слова, порхающие под пламенным солнцем джунглей.

Бэpли. Чего-о?

Винценц. Неверно, но звучит чудесно. Словесная сопряженность несопрягаемого.

Бэpли. Сударь?!

Винценц. Можно вот так сопрячь несопрягаемые вещи, одними только словами, что ни один человек не заметит.

Бэpли (встает). Я стал коммерсантом, сам не знаю как. Не иначе как был слишком глуп для неудачных предприятий, и дела у меня шли лучше, чем у других, потому что я человек волевой. Вам тоже не стоит забывать, что, имея деньги, можно добиться очень многого, вы и не предполагаете, что могут деньги. Почти все. Любая женщина охотно станет моей подругой, да еще спасибо скажет. Я себя в обиду не дам.

Винценц. Нет, в самом деле, сударь! Вы мне ужасно симпатичны! Позвольте дать вам совет!

Бэpли. Я не нуждаюсь в советах. Болваны, которые сюда придут, обхохочутся, потому что Альфа бессовестно выставляет меня перед ними на посмешище. Это меня-то, у которого в одном пальце больше силы, чем у них во всем теле! Я должен ее проучить, непременно!

Звонок в дверь, оба замолкают.

(Ворчливо.) Будьте добры, посмотрите, кто там.

Винценц. Но мы обязательно продолжим разговор.

Пока Винценц в передней, Бэрли поднимает портьеру, задумчиво

смотрит на

Альфу, подходит к несгораемому шкафу, но открыть его не может.

(Возвращаясь.) Вы лучше меня знаете здешние обычаи: сей господин утверждает, что он супруг Альфы и приглашен на этот час.

Входит д-р Апулей-Хальм.

Бэрли (высокомерно). Удивлен, что вижу вас тут.

Xальм (любезно). А я искренне удивлен, что не вижу в вашем обществе Альфу.

Винценц (пародируя аристократический тон). Увы, она почувствовала легкую усталость и удалилась на покой. Однако же наказала пригласить вас дождаться всех остальных гостей. (Берет у Хальма большой красивый букет, ставит в вазу.)

Xальм. Она настоятельно просила меня быть на ее именинах.

Бэрли берет букет, бросает в угол. Винценц поднимает цветы, осторожно,

успокаивая, гладит Бэрли по спине и опять ставит букет в вазу. Затем

предлагает сесть; он и Хальм садятся.

(Винценцу, нерешительно.) Никак не ожидал увидеть вас.

Винценц. Да, столько лет прошло; я не узнал вас в потемках. В ту пору вы были вальяжней, потолще на вид, так сказать. А что, не сварить ли нам кофейку? (Отыскивает кофеварку, зажигает спиртовку.)

Хальм (куртуазно). Коль спящую не потревожит аромат бессонницы!

Бэрли (резко). Оставьте меня! Нынче из меня плохая компания! Пойду напишу письма! (Уходит в соседнюю комнату.)

Хальм (другим тоном). Ну? Что произошло?

Винценц. Он сказал, что сию же минуту застрелит ее, если она за него не выйдет; не удосужился даже сперва расторгнуть ваш брак, так ему невтерпеж.

Хальм. Его машина уже час стоит внизу. Не пытайтесь дурачить меня, мой милый.

Винценц. Больше я вам ничего сказать не могу. Кстати, человек он симпатичный, вы не находите? А я с этой минуты вообще не желаю иметь касательства к этой истории.

Xальм. Однако ж деньги, которые я вам за это уплатил, вы без зазрения совести взяли?!

Винценц. Тсс! Не надо таких слов, как "без зазрения совести"! Если вы еще раз попытаетесь меня оскорбить, я позову господина Бэрли, и он наверняка переломает вам все кости.

Xальм (шипит). Вы негодяй!

Винценц. Вот как! Еще чуть тише, и ваша реплика изрядно теряет значительность!

Xальм. Негодяй!

Винценц. Теперь она прозвучала прямо-таки нежно, словно вы назвали меня "голубчик". Вы ведь знаете, влюбленные, обнимая друг друга, порой шепчут бранные слова, в этом есть особая прелесть.

Xальм (потерянно). Почему вы меня предали?! Вы же могли получить от меня еще много больше денег... (Ревниво.) Но вам и Альфа наверняка давала деньги? Она всегда питала к вам необъяснимую слабость.

Винценц. Послушайте, доктор, долгие годы мы с Альфой не виделись. И теперь вы предлагаете мне деньги за то, чтобы наша с нею встреча дала вам повод возбудить дело о разводе: я должен либо спровоцировать ситуацию, как говорится, своими силами, либо высмотреть что-нибудь, наблюдая, как этот вот благоприличный господин провожает Альфу домой. И все же вы ошиблись во мне, я ваши деньги не взял...

Xальм. Да что вы говорите?!

Винценц. Я ваши деньги не взял, я позволил вам всучить их мне, а это большая разница. Впопыхах я не смог отказаться. А без умения принимать человеку нельзя. К тому же таким манером я до последней минуты имел выбор: обмануть ли мне ваше доверие или доверие Альфы, и это было весьма приятно, поскольку гарантировало известную самостоятельность; вы ведь знаете, я слегка неравнодушен к Альфе. Но почему вы после стольких лет в браке действуете так гнусно?

Xальм. Придется сказать, и я скажу: все из рук вон плохо, сил нет больше терпеть, я так несчастен!.. (По слабости характера плачет. Промакивает козлиную бородку.) Что до Альфы, то я иллюзий себе не строю. Женщины меня вообще мало интересуют - сплошной жирок и претензии. Но как раз в этом плане Альфа очень мне под стать: она ни в грош не ставит мужчин и не выносит бабской шумихи вокруг любви.

Винценц. Тсс! (Жестом показывает Хальму, чтобы он говорил потише.)

Xальм. Не волнуйтесь: она если уж заснет, то спит крепко; в ней есть что-то на удивление мальчишеское; мы могли бы жить так счастливо. И потом, я же, как вы знаете, беллетрист...

Винценц. В свое время я вам советовал всерьез заняться антиквариатом.

Xальм. Смею надеяться, что чужой совет никогда не был вам нужен так же мало, как мне ваш. Я покупал то, за что ратовал, и ратовал не вслепую, а значит, ратовал я за то, что покупал. Мое благосостояние развивалось в согласии с моими убеждениями. Я отнюдь не стал тем ничтожеством, каким вы некогда изволили меня представить.

Винценц. Господи! Это же было всего лишь соперничество, и не более того. Когда мнишь, что женщина любит тебя, невольно норовишь возвести на ее мужа напраслину. (Подает кофе.)

Xальм. Вот то-то и оно! Альфа - самая тщеславная особа на свете, и я куда серьезнее, чем она, отношусь к мужчинам, которые ее любят. Но ей непременно хочется иметь все. Пока мужчина не порабощен, она пленяет его своими речами, потому что, как дитя, играет новыми словами и оригинальным ароматом его профессии. У нее целая коллекция чудеснейших профессиональных запахов.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать