Жанр: Боевая Фантастика » Сергей Вольнов » Звездный меч (страница 61)


Бабуля уныло взрыкивает, то есть вздыхает по-кирутиански, и продолжает грустно:

— Песок во «внутренних органах» Вселенной, постепенно цементирующийся в камни, вот он что — Разум... а колики — боль наистрашнейшая изо всех возможных, это подтвердит любое существо, имеющее почки либо аналогичные им фильтрующие органы. А ор-рганы, выполняющие подобную функцию, в той или иной модификации имеются у всех без исключения живых существ, потому что жизнь попросту невозможна без обмена веществ... Вообще, ничего нигде невозможно без обмена веществ, обмена энергий, обмена информацией! Значит, и у Вселенной обязательно имеется нечто вроде фильтра, очищающего её кровь. Кровь, питающую не только тело её, условно выражаясь, но и то, чем она осознала и прочувствовала... И когда возникает самая страшная болезнь, происходят нарушения нормального функционирования обмена. Следовательно, возникают самые страшные камни. И боль почечных колик самая страшная. Режет по-живому, — Бабуля снова взрыкивает-вздыхает, — но режет не снаружи, а изнутри, и лезвие просто так не выдернуть. Внешний ножик запросто выдернешь, даже в жизненно важный орган воткнутый. С выдёргиванием внутреннего — возникают немалые проблемы! Его так вот запросто вытащить нельзя. А болит как, болит!.. Но — в принципе-то возможно. И вот, значит... э-э, как первоисточник и породитель боли сей, осознание себя Вселенной... м-м, нейтр-рализуется каким-нибудь вселенским анальгетиком... представляешь «таблеточку»?! Лично я не в состоянии... Затем причина боли устраняется, тем или иным способом исторгается из организма. Организм, лезший на стенки от боли, ясный пень, теперь прыгает до потолка и выше от облегчения... Ну, с организмом всё понятно. А вот камешки эти исторгнутые... с самими камешками, удалёнными из внутренних органов Вселенной, далеко не всё понятно и запросто. Они-то — Информация, они-то — Знание — Сила, и не просто там какое, а концентрат Осознания, самых что ни на есть вселенских масштабов, они-то... мыслят, и благодаря... не пресловутое «значит»... а благодаря этому существуют, ясный пень! Слышишь, Бой, мыслят вначале и существуют как следствие?! Разум как нечто более матер-риальное, нежели сама матер-рия!.. И, как это неизбежно происходит с каждым мыслящим вообще... э-э, они осознают свою боль. А с ними, в частности, происходит ещё и то, что они не могут позабыть, кем были. Совестью, болью и мыслью Её... Клинком, некогда вонзавшимся не абы в кого, а во Вселенную!!! Разящим Мечом, малыш, ты понял, да-а?!!

Бабуля делает вынужденную паузу, задохнувшись дерзновенностью собственных слов, а у меня по спине ордами бегают мурашки. Возникает суеверное ощущение, что в затылок мой уткнулся чей-то пристальный взгляд, и я с неимоверным трудом сдерживаюсь, чтобы не обернуться...

— Как такое забудешь, — очень тихо продолжает Ррри, — ведь осознанная память — основное отличие Разума от просто жизни. «Мечом», Бой, который некогда Тиа Хатэ раздробила, расчленила на кусочки, удаляя из себя. Чтобы он не р-рубал, не колол, не вызывал боль... То есть — не бередил всякими вопросами о смысле существования, о цели и средствах, о добре и зле...

Потрясённый мудростью осознания Ррри, сконцентрировавшей и мои собственные догадки, я подхватываю и продолжаю на той же волне:

— И он жаждет вновь вонзиться Лесной Матери в самое уязвимое место! Снова вынудить её мыслить... Но прежде ему необходимо воссоединиться из фрагментов, собраться и опять воплотиться... она же, ясный пень, жаждет обратного... Ба, но ведь Светов не четыре, а более четырёхсот! То есть более сотни раздробленных камней!

— А кто сказал, что камни у Вселенной образовывались один раз и были удалены лишь единожды?! Различные степени осознания, насколько я понимаю, и выходили постепенно... Вселенная стареет. У молодых обычно меньше проблем с мозгами и прочими органами, молодые меньше знают, меньше думают, и организмы у них менее изношены. Вселенная стареет, малыш... Пространство и время, слагающие телесную ипостась её, — стар-реют... Даже Вечность стареет, мальчик мой... потому что и она — живая, а всё живое, сам понимаешь...

Ррри замолкает. Ссутуливается. Уши её вяло повисают, ноздри не шевелятся. Грустно ей. Мне тоже... Первой нарушает гнетущую тишину она. Упрямо продолжает:

— Я не додумалась, что будет после смерти Бесконечности и Вечности. Я не смогла вспомнить, что было до. И не об этом сейчас р-речь. Нас волнует сейчас...

— Погоди, Ба! — перебиваю. — Но ведь нечто, условно зовущееся «камушками», помимо материального и духовного воплощения, подверженного старению, наделено и...

— Я поняла, о чём ты, Бой, — кивает Ррри. — Да. Чистая энергия Разума. Которая, судя по тому, что мы о ней успели узнать, могущественнее сил, используемых Вселенной. Вселенной... э-э, стремящейся избавиться от р-разума, как от постыдной венерической болезни. — Ба замолкает, уши её начинают энергично шевелиться, ноздри жадно втягивают воздух, а плечи распрямляются. И она с яростным энтузиазмом в голосе произносит следующее: — Вот это, малыш, и вселяет в меня сумасшедший оптимизм!

— Ба-а-а... — выдыхаю восхищённо. — Ну и прехитромудрая же ты женщина, с ума сойти!!

— Прехитромудрейшая, — горделиво уточняет Ррри и ворчливо журит: — Я те сойду, я те сойду... Главного ор-ружия лишиться — не вздумай.

— Да уж постараюсь... — обещаю я. Пользуясь своим главным оружием вовсю, формулирую продолжение: — И вот наш сто одиннадцатый камешек,

воплотивший высшее осознание... Но Ба, их же четыреста тридцать девять, дхорр подери!

— Ага, щазз! Вумник! Ты явно ещё не относишься к тем песчинкам, из которых в почках у Матери формируются камни... С чего ты решил, что все исторгнутые информационные пакеты были р-раздроблены исключительно на четыре кусочка? Вполне возможно, и в целом виде выходили они, и... м-м, вдрабадан разнесённые. Представляешь себе ейную ультразвуковую дробилку?! Я лично не в состоянии... расколотые на пяток или на дюжину кусков... Что-то мы пристрастились к урологической терминологии, тебе не кажется?..

— Ба, а вдруг все эти таблетки, дробилки, скальпеля, сканеры, томографы, стетоскопы, микстуры и прочие штуковины за нас возьмутся?! — со страхом спрашиваю. — Поставит Она, дхорр забодай, нам диагноз и начнёт радикальными методами врачевать, исцеляться от нас со страшной силой?! Помнится, у каких-то древнеземных авторов об чём-то подобном упоминалось, только они Тиа Хатэ прозвали Гомеостатическим Мирозданием... тех гениальных мужиков что, тоже Свет осенил?

— Тогда... храни нас Свет, если сможет, — лаконично отвечает Ба. И поспешно меняет тему, не комментируя мою гипотезу о вселенской «мутотени», якобы отброшенной в древних классиков: — Я о других инструментах подумала. Все те информационные пакеты, которые были выброшены раньше, ещё до этого четверного... м-м, сгустка, частицы которого избр-рали нас Носителями... по-видимому, именно они являются прототипами всяческих великих магических артефактов. Талисманами и амулетами, мистическими инстр-рументами, короче говоря... прообразами и прототипами всяческих кирутианских воскрешательных корней и древес превращения, земных философских камней, живых вод и так далее, сейлемских онгибераторов и лунных драконов, а также прочих явлений природы, наукой не объясняемых.

— А ты уверена, что нам достались осколки самой высшей степени осознания?

— Нет пока. Но мне почему-то этого хочется. Ты же знаешь, что я всегда жаждала пр-риключений на свою мохнатую задницу. Чем выше степень угрожающей опасности, что исходит от конкретного «камешка» Вселенной... э-э, тем кр-руче она его ненавидит.

— Ненавидит — значит, и боится?

— Соображаешь, малыш. — Ррри обнажает в ухмылке свои устрашающие клыки. — Мы ведь гордуны, нам какие-то недор-развитые осознания не надобны.

— Недоосознанные, — уточняю я.

— Именно!

— Ба... — Я не решаюсь спросить, но обязан, и потому, вздохнув, спрашиваю: — И ты, правоверная коммерциалистка, готова бросить вызов и переторговать саму Тиа Хатэ? Не кощунство ли...

— Ты что, плохо читал Книгу? — смотрит на меня Ррри жалостливо.

— В смысле?..

— Там тыщу раз повторяется, для тугодумов цитирую: «Сущее есть торг». Торг, малыш... А мы тор-рговые профессионалы. Отсюда выво...

— Понял, понял! — поспешно перебиваю. Дух перехвачен, от полнейшего офффонарения говорить нет сил, но я выдавливаю: — Обдурить Вселенную... прогнать её из-за прилавка, поставить по другую его сторону, сделать Покупательницей! Это да-а... что да, то да-а.

— Ясный пень. — Ррри лаконична, как никогда. Погодив, пока я справлюсь с нервишками, она роняет: — Только делать это вы будете без меня.

— В смысле?! — Я опять не понимаю её.

— Спекулювать с ней. Надурить её и обжулить. Ты вполне созрел для самостоятельного бизнеса. Экипаж поможет. Я отпр-равляюсь на пенсию.

— Что-о-о?!!

— Не ор-ри. Слуш сюды. Даже раньше, ещё до просветления, у тебя никогда не возникало ощущения, что ты... э-э, под колпаком и нечто тебя рассматривает и все твои движения наперёд просчитывает? Ты не ведаешь, что творишь, а на сам деле — это чьё-то влияние, чья-то воля.

— У меня-то возникало, ещё и какое сильное! Но мы же только-только договорились полагать, что Вселенная не желает быть разумной, а значит...

— Да, да, договор-рились. Но иногда это ощущение «околпаченности» очень сильно... С трудом разбираешься, сама ты на пенсию решилась уходить иль велит кто... А иногда это ощущение, при всей внешней схожести, становится иным. Будто, прорвавшись сквозь колпак, новый канал связи открывается и нечто свыше контр-рабандно качает в тебя информацию... В этой связи, малыш, я вот о чём думаю. Не может она, со всеми её пар-раллельными мирами, альтернативными бытиями и прочим фантастическим многообразием, быть одинокой. Это противоречит её собственному естеству. Пускай сама она и вмещает всё Сущее... Но ведь она это самое всё — породила. А для того, чтобы породить, надо...

— Погодь, погодь, Ба-а... — Задыхаясь от предощущения, умоляюще вцепляюсь в густой мех её средней левой лапы. — Дай переварить, не поспеваю за быстродействием твоей мудрости... Это ты намёкиваешь, что...

— Ясный пень, внучек, — ласково-преласково воркует она в ответ, — и не прикидывайся глупышом, гор-рдость и венец моей преподавательской карьеры... Прекрасно ты поспеваешь и всё отлично понимаешь без намёков. Сам домыслился, только подтверждения наставницы ждёшь. Привыкай обходиться без него. И без меня. Пор-pa уж.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать