Жанр: Космическая Фантастика » Чарльз Ингрид » На пути к войне (страница 38)


В него уперся взгляд бирюзовых глаз Рэнда.

– Ты и вправду так думаешь?

– Надеюсь. В таких делах нельзя ничего знать наверняка, – и Палатон слегка улыбнулся.

Рэнд вспомнил о мягком предупреждении Кативара. Насколько далеко зайдет Палатон, подвергая опасности Рэнда просто, чтобы получить свой бахдар, свежий и ярко горящий? Он смотрел на Палатона, и на мгновение перед его глазами встала другая картина – Палатон, вытаскивающий его из-под развалин на Аризаре, спасающий, подхватывающий на руки с нежностью, с которой мать могла бы держать ребенка.

Чоя и люди не были друзьями, но он считал, что если они с Палатоном имели взаимные обязательства, то можно положиться на них. Теперь Рэнд ни в чем не был уверен.

Мягкий стук в дверь прервал его замешательство. За ними пришел Прелат.


Вибрация ремонтных машин гулом отдавалась в его ушах. Привычный для абдреликов воздух орбитальной станции проникал в легкие, влажный и теплый. Джон Тейлор Томас поеживался под экранами досмотра, чувствуя себя почти больным, его желудок бунтовал против транквилизаторов, принятых во время межпространственного прыжка, а внутреннее чутье подсказывало, что он находится не на твердой почве. Осматривающий его абдрелик издал чавкающий звук, и Томас мельком увидел, как он вытирает свисающую изо рта слюну о плечо. Здесь у Томаса было мало возможностей, кроме как держать себя в руках, и он собрался. Абдрелик закончил осмотр, с тем же чавкающим звуком отвернулся и начал осматривать двоих охранников, в обществе которых прибыл посланник.

Что-то грохнуло внутри станции. Томас вздрогнул и оглянулся. За грохотом послышался гулкий скрежет металла. Искусственное притяжение на станции не могло избавить его от чувства потери равновесия, и Томас задумался, не сделал ли ГНаск это намеренно. От очередного грохота задрожали металлические переборки станции, и один из ближайших люков начал открываться.

Томас почувствовал, как сдавило у него желудок. Его дочь должна быть с ГНаском. Он дал обещание и таким образом нарушил принятое на Скорби правило нейтралитета – нарушил по собственной воле. Вряд ли ГНаск решился бы воспользоваться этим, чтобы прервать их отношения, хотя, безусловно, когда-нибудь у абдрелика не окажется другого выхода. Посланник не питал иллюзий относительно завершения их сотрудничества и не надеялся избежать разрыва. Но сегодня он решил действовать, поскольку не видел Алексу почти три года, и не мог поддаваться страху.

Но все равно его ладони увлажнились, Томас не мог сдержать нервный тик щеки при виде двух неясных фигур – одной громадной, а другой тонкой, следующей за большой, как спутник. Абдрелик был облачен только в шорты с поясом и высокие башмаки, его огромная кожистая голова походила на голову бегемота, высунувшегося из воды. Симбионт абдрелика уверенно восседал на его плече, изучающее глядя на Томаса своими глазами-стебельками.

– Вот счастье, которое я обещал вам, – возгласил абдрелик, протянул руку и одним движением послал свою спутницу вперед, но девушка остановилась, едва сделав несколько шагов.

– Алекса!

Она подняла голову. Бледное лицо Алексы было обрамлено пышными черными кудрями, глубоко посаженные темные глаза пристально смотрели на Томаса.

– Отец, – тихо отозвалась она, но не подошла ближе.

Томас похолодел.

– Что вы с ней сделали?

– Я? – удивился ГНаск. – Ничего. Спросите чоя, когда встретитесь с ними в суде – может, они вам ответят.

Алекса вздернула подбородок.

– Если хочешь, подойди поближе, отец.

Ее тон был холодным, неприятным и насмешливым, как будто она издевалась над любовью отца, его беспокойством… и страхом. Ее глаза поблескивали. Она протянула руку.

Томас с трудом сглотнул. Он обернулся и щелкнул пальцами. Сопровождающий его мужчина встрепенулся и выступил вперед, открывая саквояж. Когда он подошел к

Алексе, в его руках уже поблескивал шприц.

– Вы гарантировали ее здоровье и безопасность, – произнес посланник, когда его сопровождающий взял девушку за руку, и она протестующе вскрикнула. – Если вы не возражаете, я сам позабочусь об этом.

ГНаск пожал плечами, и его лицо покрылось слоновьими складками.

– Как вам угодно.

Алекса шипела от боли, пока врач брал у нее пробы крови и кожи. Пристально взглянув на отца, она нахмурилась и молчала все время, пока врач продолжал беглый осмотр, брал пробы волос, ногтей, мазки и все, что ему было необходимо.

Наконец врач отпустил ее, и Алекса с облегчением отпрянула.

– Ты доволен, отец?

– Пока нет, но обязательно буду, – Томас наблюдал, как врач отошел в глубь станции, а охранник, стоящий между ним и абдреликом, настороженно поднял оружие. Томас вспомнил о своем ребенке – забавной девчушке, смелой, живой и смешливой, и от этих воспоминаний ком встал поперек его горла. Холодное и капризное существо, стоящее перед ним, лишь немного напоминало потерянную дочь. – С то бой все в порядке, Алекса?

– Пока ты не навестил меня? Мне было неплохо, но одиноко. Я очень одинока среди абдреликов, – она провела рукой по спутанным локонам и упрямо вздернула голову – жест, который не вязался с ее словами.

ГНаск зашевелился. Услышав шорох, Алекса вздрогнула, обернулась и издала тихий, нервный смешок.

– Может быть, тебе что-нибудь привезти? Алекса задумалась.

– Арахисового масла, – наконец попросила она. – Я соскучилась по нему. О, пожалуй, кофе.

– А книги? Пластинки?

– Нет. Они мне… не интересны, – она оглянулась через плечо, как будто ожидая сигнала от ГНаска, но Томас не заметил со стороны абдрелика никаких действий.

– Я хочу забрать тебя домой.

ГНаск вновь зашевелился, его лицо пошло морщинами и вновь разгладилось, но Алекса не обернулась, чтобы увидеть этот знак. Она вздернула подбородок, прищурилась и ответила:

– Когда-нибудь – да.

ГНаск прокашлялся.

– Наше время истекает.

Томас был не в силах выдержать еще хотя бы секунду такой беседы. Он шагнул назад, к охране. Алекса рванулась к нему и обняла, прошептав на ухо «папа!», но тут же отпрянула – прежде, чем он смог обнять ее. Абдрелик-охранник проводил Томаса и его сопровождающих во внешнее помещение станции. Посланник споткнулся, переступая через высокий порог двери и задев его каблуками. Ему пришлось собраться с силами, чтобы достичь перехода на крейсер, ждущий его; грязный пол станции под его ногами и стены казались паутиной, в которой он окончательно запутался. Он оказался на крейсере как раз в ту минуту, когда уже был на грани безрассудства.

Врач опустился на колени рядом с ним в узкой ванной комнате и, приложив ко лбу прохладное, влажное полотенце, принялся массировать дергающуюся щеку и вытирать рот.

– Вам лучше?

Томас вздохнул и задергался, не в силах подняться с пола. Он взглянул на врача.

– Вы успели взять достаточно крови?

– Да.

Томас зажмурился, когда очередная волна тошноты прокатилась по его телу.

– Молю Бога, чтобы это было так, – пробормотал он сквозь сжатые зубы.

– Вскоре все будет известно, – удовлетворенно сообщил ему врач. Он вновь смочил полотенце и положил его на лоб Томасу. – А теперь мы отвезем вас домой.

Томас повернулся и взглянул в открытую дверь ванной, как будто смог увидеть свою дочь, оставшуюся за несколькими стенами, на станции.

– Еще рано, – пробормотал он. – Я уеду домой вместе с дочерью. Отвезите меня на Скорбь.

Врач ничего не ответил.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать