Жанры: История, Документальное: Прочее » Юрий Ненахов » Войска спецназначения во второй мировой войне (страница 30)


5-й армии принял участие в неудачной десантной операции в районе Анцио (план «Shingle» — «Морская галька»). Высаживающиеся части были призваны обойти с фланга немецкую «Готическую линию» (находилась в 150 километрах южнее) и стоящих насмерть у монастыря Монте-Кассино солдат германского парашютного корпуса. Полк был высажен в окрестностях порта в первой волне десанта (совместно с частями рейнджеров) на плавающих бронетранспортерах LVT и автомобилях DUKW-353 с задачей захватить плацдарм для высадки морского десанта, следующего из Неаполитанского залива. Операция началась 22 января 1944 года в два часа ночи — стоящие на якоре вблизи берега транспорты с войсками ожидали сообщений от первой волны десанта. Побережье обороняли только два немецких батальона ослабленного состава и несколько береговых батарей, поэтому парашютисты и подразделения рэйнджеров, используя эффект внезапности, сразу же захватили городской порт и начали прием судов с основными силами десанта. Высадка прошла без сучка, без задоринки, но развить успех союзники не смогли: вместо того чтобы стремительно наступать в тыл немецким частям, обороняющимся южнее, они начали закрепляться на плацдарме. Уинстон Черчилль впоследствии с горечью заметил по этому поводу: «Мы ожидали, что высадим на берег дикую кошку, а это оказался издыхающий кит». Ответные меры немцев не заставили себя ждать: десант был наглухо заблокирован контратаками на небольшом прибрежном пятачке и несколько месяцев вел тяжелые оборонительные бои против танковых соединений вермахта, практически не облегчив положение частей, штурмующих «Готическую линию». В этих боях 501-й полк понес большие потери и вскоре был эвакуирован на юг Италии для переформирования.

Итак, за время наступательных боевых действий в Средиземноморье американские воздушно-десантные части понесли чувствительные потери. Поэтому после взятия Неаполя обе дивизии (82-ю и 101-ю) вывели в резерв и перебросили в Великобританию для отдыха, пополнения и подготовки к грядущим тяжелым боям во Франции. Были сделаны и определенные неутешительные выводы: по результатам сицилийской кампании союзные штабисты сочли, что в условиях активного противодействия ПВО противника не более 10 % численности воздушно-десантных сил может пробиться к району высадки и начать выполнять боевую задачу. Эти тезисы должны были учитываться при разработке вторжения в Европу, где планировалось самое широкое использование ВДВ.

* * *

В 1944 году союзники ощутили острую необходимость скорейшего открытия второго фронта. Красная Армия быстро приближалась к границам европейских государств, оккупированных немцами, поэтому в англо-американских штабах развернулась лихорадочная деятельность по окончательной подготовке Нормандской операции. На повестке дня стоял вопрос: сумеют ли союзники занять территорию «третьего рейха» раньше русских и таким образом предохранить Германию от проникновения коммунизма и ее неизбежного превращения в потенциального союзника Москвы? После нескольких месяцев тщательной доводки сроки, место и формы проведения вторжения были окончательно определены («Пушки наведены, люди готовы»). Важную роль в операции были призваны сыграть воздушно-десантные войска. Дивизии ВДВ, согласно оценке комиссии сената, проводившей летом 1944 года изучение боеспособности армии, были охарактеризованы едва ли не как единственно годные к ведению активных боевых действий в Европе. Состояние подготовки большинства прочих соединений сухопутных войск оценивалось как плачевное, а выводы комиссии послужили причиной слушаний в сенате Соединенных Штатов, где вопиющая неготовность армии к единоборству с противником (по результатам североафриканской и сицилийской кампаний) расценивалась как угроза национальной безопасности страны. Поэтому десантников вновь и вновь проверяли и инспектировали командиры всех уровней, включая генералов Эйзенхауэра — главкома на Европейском ТВД и Джорджа Маршалла — начальника штаба армии США.

К этому времени германское военное руководство, исходя из опыта союзнических десантных операций в Средиземноморье, стало испытывать серьезные опасения относительно развития предполагаемых боевых действий. Боялись и парашютистов — здесь многое подсказывал даже собственный опыт. В своих «Воспоминаниях» Шпеер указывает на письмо Йодлю от 29 мая, где сообщает о возможности нанесения англо-американцами удара со стороны побережья Северного моря, в обход укрепленных позиций «Атлантического вала» по берегу Ла-Манша. По его мнению, союзникам для этого нужны две вещи — мощная бомбардировочная авиация, которая разрушит все мосты через Рейн, отрезав таким образом войскам, находящимся во Франции, дорогу на восток, и крупные силы ВДВ, способные высадиться в первой волне и захватить стратегические плацдармы: «… я всерьез опасался, что события будут развиваться в следующей последовательности: противник выбрасывает воздушные десанты на аэродромы Гамбурга и Бремена, затем его небольшие по численности подразделения захватывают порты этих городов, где высаживаются мощные армейские группировки, которые, практически не встречая сопротивления, продвигаются к Берлину».

В союзных штабах, напротив, с опасением относились к идее проведения выброски крупного парашютного десанта перед началом вторжения. Командующий силами тактической авиации, выделенной для участия в операции «Overlord» маршал королевских ВВС сэр Треффорд Ли-Мэллори (Trafford Leigh-Mallory) 29 мая сообщил Эйзенхауэру о недавно полученных свежих разведданных. По его словам, немцы начали интенсивное инженерное оборудование района, в котором была намечена высадка парашютистов. Проанализировав силу противодесантных заграждений в этих пунктах, маршал пришел к выводу, что лишь «30 процентов воздушных грузов будут пригодны для использования против врага». Ссылаясь на опыт Крита, Ли-Мэллори заявил, что воздушно-десантная операция «принесет результат, если она восполнит что-то, в чем вы нуждаетесь, если же успех высадки с моря… зависит от воздушного десанта, то боюсь, что тем самым она ставится в опасное положение». Британский военачальник высказался за полную отмену выброски парашютистов. Направив свои соображения главкому в письменном виде, Ли-Мэллори решил довести дело до конца и 30 мая сам выехал к Эйзенхауэру. В состоявшемся совещании он доложил о возможности «бессмысленного уничтожения двух прекрасных дивизий (82-й и 101-й), предупреждая, что потери могут достичь 70 процентов» (1, стр. 113). Генерал-лейтенант Омар Брэдли, командовавший 1-й армией, напротив, постоянно требовал высадки в тылу немцев перед своим фронтом крупного воздушного десанта, уделяя взаимодействию с парашютистами

приоритетное место в своих оперативных планах. Поэтому после некоторого раздумья (генерал Эйзенхауэр впоследствии сказал об этом эпизоде: «Трудно придумать более душераздирающую проблему») главнокомандующий сообщил Ли-Мэллори, что план операции остается без изменений, предписав ему «разрабатывать до последней детали все, что способно уменьшить опасность». В воздушно-десантных соединениях необходимо было поддерживать высокий боевой дух. «Как и всем солдатам, им следует понимать, что предстоит тяжелая работа, но они должны уходить на задание с решимостью ее выполнить», — строки из обращения Эйзенхауэра к командному составу ВДВ. Для осуществления высадки на побережье Ла-Манша все союзные парашютные части были собраны в кулак. Две (затем к ним присоединилась третья) американские дивизии образовали XVIII воздушно-десантный корпус. Его командирам был назначен новоиспеченный генерал-лейтенант Мэтью Б. Риджуэй. Кадровые перестановки были осуществлены и в командовании обеих дивизий: на посту командира 101-й генерал-майора Уильяма Ли (William Lee) сменил генерал-майор Максуэлл Д.Тейлор (Maxwell D. Taylor), а 82-ю от самого Риджуэя принял уже упоминавшийся ранее генерал-майор Джеймс М. Гэвин, оставивший, кстати, любопытные мемуары, в 50-е годы переведенные на русский язык.

XVIII корпус в качестве составной части вошел в Первую союзную воздушно-десантную армию, возглавить которую было поручено американскому генерал-лейтенанту Льюису Г. Бриртону (Lewis H. Brereton). Отныне штаб армии планировал все крупномасштабные десантные операции на европейском ТВД. Вообще, согласно бытовавшим в то время взглядам, любые соединения и объединения, превосходящие по силе дивизию, могли создаваться только на временной основе на определенный период для облегчения совместной боевой деятельности разных частей ВДВ и руководства ими. Всего в состав 1-й ВДА вошло пять дивизий — три американские (82, 101 и 17-я) и две британские, а также несколько штатных соединений военно-транспортной авиации.

Для обеспечения десантирования союзных войск (в общей сложности 35 тысяч солдат и офицеров) в Нормандии командованием было выделено свыше 2300 транспортных самолетов и 2600 планеров. Особое внимание при подготовке высадки уделялось обеспечению надежной связи с авиацией и флотом, которые должны были оказывать поддержку частям парашютистов по их первому требованию. Проводилась тщательная разведка прибрежных районов Франции, причем одной из основных задач было обнаружение немецких противодесантных заграждений — «спаржи Роммеля», служащих для вывода из строя приземляющихся планеров с десантом и грузами. Погрузка 82-й и 101-й дивизий, выделенных американской стороной для участия во вторжении, на самолеты и планеры была проведена на юге Англии, в районе Портленда — Ньюбери (участок сосредоточения войск, предназначенных для высадки на правофланговый участок «Utah» — «Юта»). Транспортировка соединений по воздуху осуществлялась в обход береговой черты, между полуостровом Котантен и архипелагом Нормандских островов. Делалось это для достижения максимальной скрытности и внезапности выброски парашютного десанта первой волны. Погода была штормовой, видимость — ограниченной. Это давало лишний козырь командованию союзных ВВС, ратовавшему за отсрочку начала операции (десант планировалось сбросить в темное время суток, а для успешного ориентирования штурманов транспортных самолетов была необходима хотя бы половина лунного диска, к тому же не закрытая облачностью). Обе дивизии (всего 18 тысяч человек — самый массовый доселе парашютный десант) были сброшены на французский берег перед рассветом 6 июня 1944 года, на берега реки Орн, севернее города Ка-рантан (прямо в тыл расположенной на этом участке побережья немецкой 91-й пехотной дивизии). Помимо захвата переправ, в их задачу входило прикрытие правого фланга высаживающихся на побережье в секторе «Utah» частей 1-й американской армии (в первый день операции — 4-й пехотной дивизии XV армейского корпуса) со стороны полуострова Котантен. Перед тем как транспортные «дакоты» пересекли линию французского берега, все засеченные к тому времени радиолокационные посты немцев в Нормандии подверглись опустошительному налету и были уничтожены. По этой причине ,а также в связи с началом массированных авиационных ударов по всей протяженности противодесантной обороны в зоне высадки (в ночь на 6 июня самолеты 8-й американской воздушной армии и британского бомбардировочного командования сбросили на Нормандию более 17 тысяч тонн авиабомб) проникновение в тыл группы армий "В" крупных сил вражеских парашютистов поначалу оказалось незамеченным. 82-я дивизия десантировалась в районе железной дороги у Сент-Мер-Эглиз, 101-я — несколько южнее, рядом с мостами через Дув. Высаженные подразделения, встреченные огнем немецкой ПВО, рассеялись несколько больше, чем планировалось (на площади более чем 150 квадратных километров), но сумели кое-как сосредоточиться (без особых, кстати, помех со стороны врага) и незамедлительно развернули активные действия в тылу немецких позиций, положив таким образом начало второму фронту. Единственной серьезной помехой на первых порах стало обнаруженное британской разведкой затопление немцами через шлюзы обширных низин на восточном побережье Котантена. Около 450 десантников, попав в образовавшиеся водоемы, погибли под тяжестью амуниции. Оставшиеся в живых, сбившись в разрозненные группы (командир 82-й дивизии генерал Риджуэй, в частности, возглавил отряд численностью всего в десяток человек), начали атаковать все попавшиеся на пути немецкие объекты и подразделения противника, взбудоражив всю немецкую оборону. 501, 502 и 506-й парашютные полки 101-й дивизии выброшены в Северной Франции в ночь на 6 июня, причем большое количество десантников приводнились на поверхность многочисленных озер и водохранилищ в своей зоне высадки и погибли. Прочие части дивизии доставлены на побережье Нормандии по морю, совместно с рейнджерами. Эти подразделения получили неофициальное обозначение «seaborne», то есть «морские десантные». В начале июля дивизию вывели в Англию: за это время «Кричащие орлы» потеряли 50 % убитыми и утонувшими.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать