Жанр: Фэнтези » Константин Мзареулов » Демоны Грааля (страница 25)


VI

Новый кабинет стилизован под миниатюрные джунгли. Тигры размером с ладонь мирно пищат, разевая крохотные пасти. Под деревьями бегают смешные малюсенькие слоники и мандрагоры, а птиц и вовсе трудно разглядеть. Заросли ползут по стенам, но отгорожены заклинаниями от рабочего пространства, а то еще сбежит какая зверюшка и кто-нибудь ненароком наступит на крохотулю.

За окнами — разгар лилового неба, хотя в столице Хаоса сейчас наступает красный день. Впрочем, понятие «сейчас» в этой части вселенной столь же бессмысленно, как и оксюмороны вроде «здесь», «там», «порядочный политик» или «тысячелетний рейх».

Мерлин стоит у окна, любуясь водопадом в две мили высотой. Поток розовой воды, превращаясь в струи пены, грохочет, несмотря на весьма солидное расстояние. Время от времени ввысь взлетают куски базальтовых скал.

Эти камни уносятся к центральной точке небесной полусферы, где сходятся разноцветные секторы, способные привести в ужас любого варвара, то есть каждого, кто не рожден в Хаосе. Промчавшись через небесный полюс, камни упадут в других Тенях, где будут названы метеорами, астероидами или песчинками. Вопрос в масштабе, а размер, как известно, не имеет значения.

Над диким пейзажем поблескивает серебро. Это сотни и тысячи роскошных птиц с металлическим оперением галдят, выписывая круги и петли над королевской резиденцией. Птицы беспрерывно гадят, и на парк сыплются — почему-то они падают, а не улетают вверх — золотые самородки помета.

Крылатых слишком много, а соблазн слишком велик. Мерлин берет арбалет, вешает на плечо колчан с боеприпасами Он вообще прекрасный стрелок, а в такой толчее промахнуться просто немыслимо. Каждая стрела находит свою мишень, так что вскоре вокруг короля громоздится приличная горка подбитой дичи. Двуглавые псы-керберы наперегонки таскают добычу, умильно взвизгивая от усердия — так и рвутся услужить хозяину.

Когда в колчане остается предпоследний заряд, до птиц вдруг доходит, что в этом месте опасно оставаться. Несметные стаи шумно покидают парк. Мерлин зовет слуг, и те уносят королевские трофеи. Мясо у этих птиц грубоватое, но повара Хаоса умеют готовить из него деликатесы.

Монарх тоскливо глядит на горы, заросли, медленное вращение небосвода. Возникает желание устроить настоящую, как в юности, охоту на стремительного хищного зверя — с коротким острым кинжалом и в компании нескольких друзей. Догнать в прыжке, ударить стилетом точно в сердце… Увы, он понимает, что такое неповторимо так же, как неповторимо детство и юность. Нет больше ни тех друзей, ни тех чудесных лет, ни обилия свободного времени. Нет даже прежней беззаботности, позволявшей не следить за календарем и носиться по джунглям, легко перепрыгивая с ветки на ветку, выслеживая и настигая…

— Порядок вас побери! — прорычал Мерлин. — Я еще молод и полон сил. И желаний.

За спиной зашуршали одеяния, и голос Деспила осведомился немного растерянно:

— Ты о чем, Мерль?

Развернувшись, король-полукровка обнаружил, что малый военный совет уже собрался.

— Да вот, хандра одолела, — буркнул Мерлин. — Почудилось, что молодость кончается.

— От такой житухи у кого хошь депрессняк разразится, — понимающе брякнул Фафнир. — Баб тебе сменить надо и закатить оргию под отвязку. Такую, чтобы после сам прибежал во дворец и не захотел больше с трона слезать.

— Очень может быть. — Мерлин пожал плечами. — Во всяком случае, виски больше не помогает. Джаз тоже.

— Попробуй тяжелый металл, — предложил Деспил. — А еще лучше — только вы, чуваки, не смейтесь — попсу попробуй. Набери побольше отстойных дисков и крути один за другим.

— Сам же говоришь — отстой, — окрысился Фафнир, который обожал попсовую музыку и не любил шуток на эту тему.

Деспил толково разъяснил, что весь смак именно в отстойности. Послушаешь попсу в чрезмерных дозах — начинаешь ржать без удержу, а там, глядишь, и хорошее настроение вернется.

— Идите все на фиг, — меланхолично откликнулся Мерлин. — Решено — буду слушать «The Residents». Сегодня же притащу из Тени что-нибудь классическое типа «Коммерческого альбома» восьмидесятого года.

Он представил себе крутой, на всю стену постер, изображающий четверку «Резидентов» из Луизианы в их традиционных строгих фраках и шлемах-масках в виде черного черепа и глазного яблока с кровавыми прожилками. Депрессия заметно ослабла, так что Мерлин даже замурлыкал «Константинополь».

Повеселев, король потребовал прекратить треп и заняться текущими делишками. В прошлый оборот неба у них родилась идея — создать легионы на клановой основе и изменить дислокацию войск. Части, укомплектованные выходцами из Путей Всевидящих и Якоря, они решили разместить в Дворах враждебных кланов, а легионы, навербованные из врагов, — на территориях Птенцов Дракона и так далее. Все легионеры должны были дать присягу: сражаться только за короля, забыв про кровное родство.

Ламиак доложил, как идет вербовка. Цифр было слишком много, но главное удалось понять: в легионы записалось несколько сотен демонов, готовых служить единой державе. Мерлин подписал приказ о выделении денег и оружия для новых частей, после чего сказал озабоченно:

— Надо поторопиться. На границах неспокойно, а дружины Дворов потрепаны. Без королевского войска Хаос может не устоять.

— Я собирался сообщить кое-что о том же, — вставил Деспил. — Мои красотки перехватили караван с оружием. Направлялся из Ганеша во владения Пронзающих Тьму, чтобы и там поднять восстание рабов.

— Какое оружие? — заинтересовался

Фафнир.

— Самое примитивное: луки, пики, тесаки. Сами понимаете, серьезным оружием вампиры пользоваться не умеют. Для этого нужна долгая дрессировка.

— Рабам и этого хватит, чтобы бед натворить, — мрачно заметил Мерлин. — Значит, оружие доставляют из Ганеша… Это неплохо.

Друзья в один голос вопросили: чего, мол, хорошего? Король объяснил, что могло быть гораздо хуже, если бы за мятежами стояли Амбер или Нирвана.

Затем он приказал Ламиаку организовать разведку в направлении Ганеша, а заодно и Беохока

— Недавно Мефисто уверял, будто оба гнойника готовят совместную атаку, — добавил король

Отпустив эту троицу, он вызвал Колесного Призрака. Сынок где-то мотался и с большой неохотой согласился вернуться в Руинаад. Убрав его Карту, Мерлин обнаружил, что приятели по-прежнему сидят, где сидели. На вопросительный взгляд монарха-однокашника Фафнир проговорил конспиративным полушепотом:

— Шеф, может, прямо сейчас и начнем?

— О чем ты? — не понял Мерлин.

— Лечиться начнем. Бабы, виски, оргии, травка — в любой последовательности или даже одновременно. А то, сам знаешь, совсем заколебали эти кулуары верховной власти.

— Хорошая мысль! — загорелся было Мерлин, но тут же угас. — Не выйдет. Давайте в другой раз. Меня на стадионе ждут.

— Вот именно, — печально поддакнул Деспил. — Хотя, с другой стороны, коррида — тоже развлечение.


Исполинское блюдо «Нагифанийе» вмешало до полумиллиона зрителей. Королевские ложи располагались на самых престижных Северных трибунах, где свет не бил в глаза даже в самые яркие часы белого-неба.

Любители кровавых зрелищ уже заполнили немалую часть мест и продолжали прибывать. О появлении короля возвестил визг волынок и удары тамтамов. Публика повскакивала, особо экспансивные нестройно затянули гимн. Милостиво махнув платком, Мерлин сел на обтянутый пурпурно-золотой парчой трон между креслами Дары и Мандора.

— Где Рханда? — величественно осведомилась мать.

— В Беохоке. У них годовщина выпуска.

— Зачастила, — неодобрительно заметила Дара, но тут же добавила: — Ну и хорошо. Рано ей возле короля показываться.

По трибунам сновали разносчики закусок и напитков. Чтобы не отрываться от народа, Мерлин подозвал девчонку в полосатой бейсболке и купил на всю семью пирожков, булочек и полюбившегося хаосийцам попкорна. От «кока-колы» и пива Дара отказалась, потребовав виски.

Когда вращение накрывавшего вселенную купола четко поделило небо на белую и зеленую половинки, герольды протрубили начало шоу. Мандор начертил в воздухе подобающие символы, и там, где мелькал его палец, оставались алые символы Высшей Магии. Знаки быстро таяли, делаясь невидимыми, но поле боя приблизилось, словно королевская семья сидела в десятке шагов от боковой линии.

Между тем на поле вышли человекообразные гладиаторы. Каждый из дюжины одетых в голубую форму бойцов первой команды был вооружен коротким мечом-спадой, копьем и топором. Против них вышла другая дюжина — с таким же оружием, но в апельсиновых майках и черных шароварах.

Герольды объявили состав участников: за голубых играли пленные вампиры-мятежники из племени мхуту, за черно-оранжевых — их сородичи из племени траба. Стадион одобрительно загудел, поскольку оба народца славились воинственностью. Маг-рефери подал сигнал начинать — подбросил над полем гроздь разноцветных светящихся комочков. Однако вампиры явно не желали развлекаться братоубийством. Команда мхуту, сложив копья аккуратной пирамидой, разлеглась на травке, а траба занялись строевой подготовкой, маршируя в колонне по три.

— Подонки, — прошипел Муакос. — Весь праздник нам испортят.

— Кто бы знал, что у вампиров сохранилось понятие чести, — ни к кому не обращаясь, проговорил Мерлин.

Обманутая в ожиданиях публика свистела и улюлюкала. Дара поднесла к губам Карту, прошептав приказание, и Мерлин догадался, что сейчас произойдет.

Когда негодование зрителей достигло чудовищного крещендо, отворились ворота, и на поле выбежала исполинская гиеновидная кошка из Тилля. Таких крупных особей Мерлин прежде не видел даже в королевском зоопарке. Стадион почтительно притих.

Вампиры отреагировали мгновенно. Похватав оружие, голубые и оранжевые выстроились в две шеренги, фалангами выставив нестройные частоколы рогатин. А над трибунами зашуршал голос комментатора:

— Уважаемые гости! Начинается коррида. От неблагодарных пленников требуется совсем немногое: как следует разозлить кошечку. А затем на поле выйдет восходящая звезда Западной школы тореро — юный Кацинд из Путей Прерывающих Полет!

Под рукоплескания миллиона ладошек вампиры кололи зверюгу копьями, а самые отважные, подкравшись сзади, швыряли топоры. Из десятка не слишком глубоких ран выплескивались зеленоватые огоньки. Разъяренная тварь, перепрыгнув через копья, обрушилась на фалангу оранжевых, придавив троих гладиаторов своей тушей и достав когтями еще четверых. Одного гладиатора-траба гиеновидная кошка сжала челюстями, а затем, мотнув башкой, отбросила к трибунам верхнюю половину туловища. Откушенные ноги были с хрустом разжеваны и с урчанием проглочены. Стадион завопил от восторга.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать