Жанр: Научная Фантастика » Константин Мзареулов » Семь печатей тайны (главы из романа) (страница 19)


Петроград. Ночь с 19 на 20 мая 1918 года.

Вокруг него в клубах табачного дыма мелькали знакомые лица. Садков машинально обменивался с прибывавшими гостями приветствиями и ничего не значащими фразами. Пришел профессор Коваленков из Пулковской обсерватории, следом появился отец Порфирий, настоятель церкви Иоанна Предтечи, что на Каменном острове. Из обрывков разговоров Антон Петрович понял, что инженер Нестоянов по-прежнему работает на электростанции Трамвайного парка, а доцент Рудаков теперь преподает в Женском медицинском институте. Все эти люди - и живший этажом выше художник Махров, и профессор Зоологического института Валовский, и остальные - посещали спиритические сеансы Тихонова, чтобы хоть на час-другой забыть внезапно окруживший их ужас разрухи и гражданской войны. Садков был мрачен, поскольку прекрасно сознавал, сколь опасна затеянная ими игра. Комиссары ВЧК плохо понимали юмор, а потому любой промах мог обойтись очень дорого: ревтрибунал, не слишком вникая в существо дела, огласит высшую меру пролетарского возмездия... В половине двенадцатого появился штабс-капитан Тихонов - неестественно бледный, в плохо сидящем черном фраке поверх несвежей сорочки. Нанюхался кокаина,- догадался Антон Петрович. Это было объяснимо: помутненное сознание легче соединялось с кереметью, поскольку одурманенный наркотиком мозг не сопротивлялся вторжению непривычных образов. Неожиданностью оказалось другое: усадив медиума в кресло, Батарев, Валовский и Рудаков прикрепили к его лбу, вискам и затылку электрические контакты, соединенные проводами с громоздким устройством устрашающего вида. Никаких комментариев по этому поводу медики делать не пожелали. - Господа, мы начинаем,- громко сказал Батарев.- Прошу за стол. По окружности большого стола были расставлены тринадцать стульев - точно по числу участников. Садков поспешно сел рядом с Тростенцовым и спросил: - Для чего эти приборы? - В прошлый Родион Филиппович сказал, что они записывают электрические колебания в мозгу медиума. Хотят понять, какие процессы происходят в момент общения с Безликой Силой. Тихонов произнес короткую бестолковую речь, повторив и без того знакомые всем правила. Хозяин квартиры погасил канделябры, после чего единственным источником света осталось лишь тонкое дрожащее пламя установленной в центре стола свечи. Сидевшие взяли за руки соседей, образовав живое кольцо. Закрыв глаза, Тихонов откинул голову, несколько минут просидел в неподвижности. Затем, почти не разжимая губ, проговорил изменившимся напряженным голосом: - Дух здесь, среди нас. Он готов отвечать. Задавайте вопросы, господа. Опередив остальных, инженер Мытович осведомился, правильна ли относительная теория Айнстайна. После долгой паузы медиум сообщил, что астральная сущность демона считает вопрос неверно сформулированным. Соотношения, выведенные Лоренцем и Пуанкаре, верны, однако постулаты Эйнштейна (Тихонов произнес фамилию ученого именно так, хотя по законам немецкого языка следовало говорит: Айнстайн) слишком грубо описывают проблему. - Я хотел узнать, почему нельзя двигаться быстрее света,- уточнил Мытович. - В данном случае понятия "быстрее" или "медленнее" лишены смысла,загадочно изрек Тихонов.- Дух ждет следующего вопроса, господа. Отец Порфирий осведомился, чем кончится мировая война и как долго германская армия будет оккупировать российские земли. Медиум уверенно ответил: - Германия подпишет капитуляцию уже нынешней осенью. После этого русская армия освободит южные и западные губернии, прогонит немцев. В ноябре или декабре случится революция в самой Германии. Раздалось сразу несколько голосов: - Когда закончится смута?.. Кто победит в гражданской войне?.. Вернутся ли отколовшиеся от империи страны? Внезапная судорога сотрясла тело Тихонова, медиум застонал. Тем не менее произносимые им слова звучали бесстрастно и монотонно: - Невозможно ответить. Духу известно множество различных концовок. Исход войны пока не определился. Садков собрался взять инициативу на себя, однако прежде него заговорил Нестоянов, которого тревожила судьба арестованного императора Николая Александровича. Ответ ужаснул всех без исключения: летом большевики казнят государя и его ближайших родственников, сумеют спастись лишь вдовствующая императрица-мать и несколько великих князей, которые сейчас живут в крымских имениях Дюльбер и Ливадия. Потом Коваленков учинил обитателю астрала форменный допрос, выясняя, как устроена Галактика, однако узнал не слишком много, ибо бхага ошарашила астронома чудовищными терминами науки будущего: пульсары, пропагаторы, шаровые скопления. Услышав про "черные дыры", профессор капитулировал и умолк. Воспользовавшись возникшей паузой, Тростенцов попросил духа подробнее рассказать о мятеже чехословаков. Этот вопрос особенно интересовал его начальников, поскольку эшелоны с уезжавшими из Советской России легионерами растянулись на огромном пространстве от Поволжья до Дальнего Востока. - Мятеж случится обязательно - в этом месяце или в следующем,- заявил Тихонов.- Скорее всего, большевики попытаются разоружить чехов, а те взбунтуются и примутся громить красных. Но если попытки разоружения не будет, то мятеж все равно начнется - только на две недели позже. Медиум опять стал качаться всем телом ми вдруг резким движением отпустил ладони соседей. - Нет больше сил,- проговорил он совсем тихо.- Подайте, бога ради, коньяка или хотя бы самогона. Пока он заправлялся алкоголем, Садков поднес свои часы поближе к огоньку свечи. Стрелки показывали начало второго, и Антон Петрович поразился, как стремительно и незаметно промелькнуло время. Еще немного - и коллеги Тростенцова нагрянут. Следовало поторопиться. Подсев к отдыхавшему Тихонову, морской

военспец поинтересовался, насколько трудно бывает медиуму разобраться в нескольких разновидностях одного и того же события. Захмелевший штабс-капитан невнятно пробурчал: - Вы поймите, Антон Петрович, не каждое предстоящее событие много разных видов имеет. Вот царя-батюшку, царство ему небесное, расстреляют обязательно. А, к примеру, гражданская война может по-всякому кончится все зависит от того, когда Краснов возьмет Царицын, или сумеет ли Колчак через Волгу переправиться... Как я в этом разбираюсь - этого объяснить не могу. Просто я задаю вопрос, и скоро приходит ответ. Сам понять не могу, почему так получается...- Он махнул рукой и встал с дивана.- Ну-с, милостивые государи, прекращаем курить. Садитесь за стол, до конца сеанса мало осталось. Кажется, скоро мне придется вас покинуть. "Неужели ясновидение предупредило его о скором аресте? - всполошился моряк.- Не похоже... В таком случае он бы на меня обозлился, а этого не заметно. Напротив, весьма любезно со мной побеседовал". Оракул снова напрягся и задрожал. Позже державшие его за руки Батарев и Коваленков будут вспоминать, что пальцы Тихонова вдруг сделались стальными, со страшной силой сдавив их ладони. Лицо штабс-капитана исказилось болезненной гримасой, и он заговорил: - Меня без конца спрашивают о гражданской войне, и вот сейчас дух дал мне новый ответ... В начале августа англичане захватят Мурманск, Баку и Ашхабад. Аудитория возмущенно зароптала, а Тихонов умолк, негромко постанывая. Тростенцов едва слышно шепнул в ухо Садкову: "Осталось совсем немного, вот-вот наши приедут". Затем Максим спросил уже в полный голос: - Может ли дух рассказать о подпольных организациях, которые готовят свержение большевистского режима? - Прекратите, молодой человек,- испугался Батарев.- Здесь собрались приличные люди, а не банда инсургентов! Однако Тихонов уже начал отвечать, и потрясенная публика узнала о существовании целого букета тайных обществ. Оказывается, печально знаменитый Савинков организовал "Союз защиты родины и свободы", участники которого встречались по вечерам в частной лечебнице, которая находилась в доме №1 Молочного переулка, а также по адресу Малый Левшинский переулок, дом №3, квартира №9. Почти одновременно, сказал медиум, левые и правые эсеры устроят мятежи в нескольких городах, включая Москву. Кроме того, существовали и активно действовали "Национальный центр", "Тактический центр", "Правый центр", "Совет общественных деятелей", "Союз земельных собственников", "Союз возрождения России", "Торгово-промышленный комитет". Медиум без запинки называл имена, адреса, организации, даты мятежей, но при этом ни разу не сказал, в каком именно городе находятся эти улицы и переулки. "ВЧК разберется,- подумал Садков.- Им за это повышенный паек выдают". Хуже было другое: память категорически отказывалась вместить такое количество сведений. Очень хотелось освободить руки и стенографировать услышанное. Увы, тем самым он прервал бы сеанс, потому как Тихонов не раз предупреждал: чтобы сосредоточить астральный поток, нужна замкнутая фигура, составленная из живых тел... Скрипнув, отворилась дверь, порыв сквозняка погасил свечу. В темноте было трудно разобрать подробности, но Садкову показалось, что вошедшие, мягко говоря, не отличаются богатырским телосложением. Один из чекистов, став возле медиума, приказал высоким голосом - отрывисто, с паузами выговаривая слова: - Всем... оставаться на... местах. Тихонова... мы забираем. Арестованного без лишней деликатности толкнули в сторону выхода. Садков шепнул коллеге: "Пойдем и мы". Между тем хозяин салона, забыв, в какие времена живет, позволил себе возмутиться: - А в чем, собственно, дело? Предъявите мандат! - Сейчас мой... мандат в тебе дырок... наделает! - пискляво пригрозил в ответ чекист.- Сказано всем... сидеть и не... шевелиться... Кто вздумает... следить за... нами... убью на месте! Тихонов не слишком упирался, поэтому конвоиры вывели его без труда. Садков и Тростенцов тоже поплелись к двери. - Поберегитесь, друзья мои,- воззвал отец Порфирий.- Эти нелюди обещали пристрелить. Не обращая внимания на предостережение, осколки Девятого отделения вышли в коридор и успели услышать, как щелкает английский замок. Они без промедления проследовали на лестничную площадку. Шум шагов доносился почему-то с третьего или четвертого этажа, словно чекисты уводили медиума на чердак. "А ведь и впрямь нелюди",- запоздало сообразил Садков и бегом устремился вверх, прыгая через две-три ступеньки. Позади пыхтел сбитый с толку тезка пулемета. Взбежав на последний этаж, Антон Петрович вскарабкался по приставленной к стене шаткой деревянной лесенке, протиснулся в люк, затем помог Максу влезть на чердак. Здесь было темно и безлюдно. После недолгих блужданий во мраке, натыкаясь на какие-то тяжелые угловатые предметы, они отыскали еще один люк, который привел их на крышу. На углу здания лежал предмет, хорошо знакомый Садкому по прежним приключениям. Охнув, Тростенцов пролепетал, машинально схватившись за кобуру: - Что за консервная банка?! - То, чего следовало ожидать...- Кавторанг неторопливо направился к аппарату.- Это - корабль бреланцев. Со стороны "консервной банки" донесся лишенный эмоций голос: - Вы очень... некстати. - И тем не менее, нам стоит поговорить,- сказал Садков.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать