Жанр: Героическая фантастика » Юрий Никитин » Гиперборей (страница 35)


Голос помолчал, после паузы спросил в упор:

— Ты можешь сказать, когда Совет Тайных хоть раз оказался неправ?

Олег замолчал надолго, а когда заговорил, сам удивился страшной тоске в своем голосе:

— Уже могу. Это вы навязали дикому племени обров новую веру? Смели языческих божков, взамен дали Единого! Навязали высокие этические нормы. И что же? Их держали в узде разбойничьи обычаи, а благодаря новой вере обры распоясались, вдруг став избранным народом, ведь все прочие — скот! Единый допускает их существование лишь для того, чтобы обры надевали на них ярмо! Они так и делали... Теперь где те обры? А без вас могли бы уцелеть.

— Одновременно с обрами, — возразил Голос, — эту религию приняли и хазары, а их царство велико. Они уже наложили тяжкую дань на северян и полян, подступили к самому Киеву!

— Надолго ли? — возразил Олег. — Сразу по принятии новой религии ханом Обадия— там началась кровавая междоусобица. Да, наложили дань на полян, это вторая смертельная ошибка... Я заглядывал в будущее, Фагим! Там нет Хазарского каганата. Вообще нет хазар!

Фагим долго не отвечал, а когда сквозь тьму прорезался его властный голос, Олег впервые уловил тщательно спрятанную тревогу:

— Ты был лучшим из прорицателей, тебя звали Вещим. Мы не в состоянии увидеть грядущее, но мы в силах его лепить! Лепим в тиши тибетских пещер, вознесясь над человечеством. И ничто на белом свете не в силах нас остановить. Ты это знаешь, Олег!

— Да, — ответил Олег, — знаю.

— Не вмешивайся! Ты был одним из Семи Тайных, но Совет не может знать жалости, дружбы, привязанности...

— Совет не знает этих чувств, — ответил Олег. — Все-таки я пойду своим путем, Фагим. Ты его знаешь.

Видение обрело яркость, вместо глаз Фагима полыхало красное пламя. Когда глава Семи заговорил, изо рта вырвались длинные языки огня:

— Знаю?.. Ты забыл, что ни короли, ни маги, ни звери, ни птицы, даже ничтожный муравей не в состоянии противиться воле Семи Тайных. Что можешь ты с той поры, как отринул могучую магию — а ты был сильнейшим магом, не спорю, — и посвятил себя ведовству — уделу рабов?

Олег ответил медленно, чувствуя усталость и слабость:

— Меня легко убить, но нельзя покорить. Ведовство дает гордость, чувство достоинства. Магам это неведомо. Я знаю, чем могу помешать... и могу ли, однако не откажусь от такой возможности. Если возникнет, конечно.

— Но не будешь искать сам?

Олег подумал, ответил просто:

— Буду.

Фагим долго молчал, теперь все лицо стало красным клубком движущегося огня, а глаза и рот белыми от ярости. Голос прогремел:

— Тогда ты обречен! Отныне ты — вне закона. Наша мощь тебя найдет!!!

Лицо стало расплываться, Олег быстро крикнул:

— Отныне?.. А чьи попытки

были раньше?..

Последнее красное пятно исчезло в темноте. Голос не отзывался, и Олег открыл глаза. Перед ним горел костер, багровые угли уже покрылись серым толстым пеплом. Небо медленно светлело, в кустах сонно чирикнула ранняя пташка.

Олег подхватился на ноги, тело застыло в долгом сидении, слушалось плохо. Он потряс Гульчу за плечо, крикнул в ухо:

— Уходим! Уходим немедленно!

Она послушно поднялась, широко раскрыв глаза. Ее качнуло, он едва успел подхватить, снова тряхнул:

— Слышишь?.. Бери котомку, уходим немедленно!

Гульча раскрыла глаза еще шире, но Олег видел, что она спит. Сцепив зубы, он подхватил котомку, застегнул пояс, бросил Гульчу на плечо и бегом бросился через лес. Гульча начала тереть кулачками глаза, возиться, поджимая колени. Олег решил было, что она устраивается спать, но вдруг над ухом раздался ее голос:

— Что?.. Почему?.. Куда?

— Доброе утро, — буркнул Олег. Он на бегу поставил ее на ноги, сильно шлепнул сзади — с пробуждением!

Она терла глаза, пробовала зевнуть, едва не задохнулась, закашлялась, и лишь тогда проснулась окончательно. Увидела, что они стремглав несутся через утренний лес, вскинула брови еще выше, глаза были, как блюдца:

— За нами гонятся? Говард?

Олег не отвечал, на бегу ухватился за ожерелье с деревянными фигурками. Пока левой рукой отводил прыгающие навстречу ветви, пальцы правой руки прощупывали обереги, судорожно искали нужные, отбрасывали, наконец зажали что-то твердое, выпускать отказались. Олег быстро перевел взгляд на обереги. Грубо вырезанный птичий клюв выглядывал из-под указательного пальца, а средним Олег прикрыл извилистую бороздку, что могла означать змею, воду, верхнее небо.

Он выбежал на поляну, небо открылось шире. В синеве пролетела, дергаясь из стороны в сторону, белая бабочка, блеснули слюдяные крылышки стрекозы. В немыслимой высоте что-то виднелось.

Олег с трудом различил сокола-сапсана.

Слева над зелеными вершинками пролетел, медленно взмахивая большими черными крыльями, крупный ворон. Он миновал было поляну, затем замер, не двигая крыльями, начал набирать высоту, но не улетел от поляны, а поднимался к небу кругами, как голубь.

— Брат, помоги! — взмолился Олег.

Он вперил взгляд в далекую сверкающую точку, пытаясь нащупать сокола. Ворон поднялся над лесом, пошел ходить кругами. Голову поворачивал, глядя на проплывающие внизу деревья и поляны то одним глазом, то другим. Когда был над поляной, где затаились под деревом Олег с Гульчей, встрепенулся, чаще заработал крыльями...



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать