Жанр: Героическая фантастика » Юрий Никитин » Гиперборей (страница 43)


— Соратники Великого Новгорода! — сказал он негромко, затем голос его окреп, разнесся над толпой. — Люди вольные, люди непокоренные!.. В ваши руки отдаем будущее Новгорода, а с ним, как знать, может быть, всего народа нашего! Вам решать, призвать или не призвать князей, чтобы правили и володели нами, а если призвать, то кого. Об одном прошу — решайте мудро, без ребячьих обид, без сиюминутной корысти!

Он говорил недолго, сила — в краткости, а за ним на вечевую ступень поднимались старшие бояре — из выборных, выборные тысяцкие, затем воеводы, знатные воины-русичи, которых свистом и криками не сгонят, уважают за честь и совесть.

В толпе снова вспыхнули драки, послышались нетерпеливые голоса:

— Кончай языками чесать! Все ясно давно! Собирай голоса!

Перепуганные подвойские раздавали полоски бересты выборным, боясь близко подойти к ревущей толпе. Несколько человек прорвали ограждение, ринулись к выборщикам. Едва перехватили, в воздухе замелькали дубинки. Кто-то убежал, зажимая ладонями разбитую голову, а кого-то утащили за ноги.

Выборные торопливо писали чертами и резами, а кто и подвязанными знаками, бересту бросали в широкую корзинку, что стояла на виду. Так же на виду шел подсчет голосов, и над площадью стоял сплошной рев. Олег ошалело смотрел на людское море: греки, что изгоняли равнодушных на выборах, здесь бы померли от зависти...

Гостомысл вышел на ступень, сопровождаемый выборными, что вели подсчет, вскинул высоко над головой берестяной лист:

— Соратники славного Новгорода! Большинством голосов решено звать на княжение Рюрика, которого мы все знаем. От имени города составим грамоту-договор, дабы прибыл не сам, а со своим родом и дружиною. Нам нужен не залетный князь, а свой, новгородский. На этих условиях, буде примет, мы даем ему и его дружине содержание, плату за службу, а его русичам еще и терема на главной улице. А он, буде примет, обязуется нас защищать, а новгородских вольностей не трогать. Ежели примет — милости просим!

В толпе снова пошли крики, и на глазах народа договорную поспешно скрепили главной печатью Новгорода, затем печатями старших выборных от пяти концов города. Гостомысл поднял грамоту над головой, показал собравшимся, затем отступил на шаг, незаметно передал за спиной Олегу, который смиренно стоял среди воевод, теребя на груди обереги.

— Может, останешься на пару дней? — прошептал Гостомысл. — Снарядим как следует! Коней заводных дам, провожатых.

— И так, может быть, уже опоздал, — ответил Олег тоже тревожным шепотом. — До встречи!

Он отступил за спинами в избу, спрятал договор за пазуху. В вечевой избе было пусто, все стояли на крыльце и на вечевой ступени. Он быстро перебежал через светлицу, бесшумно отворил окно. Показалось, что за спиной скрипнуло. Затаился, держа руку на рукояти ножа. Было тихо, и он спрыгнул на землю, задами выбрался на тихую улицу.

Олег вбежал в горницу, схватил дорожную суму, уже собранную, увязанную. Гульча подскочила, словно ее пырнули снизу шилом:

— Ты куда?

— Дела, — ответил Олег коротко. — Прощай! Тебе понравился этот город? Здесь такие лавки, такие торговые ряды!

Он бросился к двери, услышал визг:

— Ты не поедешь без ме...

Хлопок двери оборвал ее крик. Олег сбежал вниз, прыгая через три ступени. На дворе быстро сгущались сумерки, вече затянулось на весь день, хотя начали с утра. Олег пронесся, как бесшумная тень, к конюшне, быстро оседлал коня, вывел из низких ворот. Конь взыграл, почуяв свежий ночной воздух. Олег приторочил дорожную сумку, а второй мешок и тюк пристегнул поверх седла заводного коня. Он отказался от мысли вскочить в седло и понестись галопом — грохот привлечет внимание, почти бегом повел коней в поводу.

С крыльца, топоча каблучками, сбежала разъяренная Гульча.

— Ты куда без меня? Что я буду делать в этом холодном городе?

Олег бросил через плечо:

— Я еду на Север, к гипербореям! Там птицы замерзают в полете. Правда, зимой...

Он вывел коней за ворота, повел по улице. Старался идти по земле — копыта меньше стучат, чем по деревянной мостовой. Когда миновал два перекрестка и впереди замаячили уже городские ворота, сзади раздался звонкий цокот копыт.

Гульча неслась за ним галопом на рыжем жеребце. Ее черные, как смоль, волосы развевались по плечам подобно струям подземной реки мертвых. За ней едва поспевал, жалко вздергивая к небу морду, запасной конь, привязанный чересчур коротко. На заводном коне ни седла, ни потника, на первом — седло и Гульча.

Олег выругался, запрыгнул в седло. Полгорода услышало конский топот — всего-то делов настобурчить уши того умельца, который едва не пришпилил его к стене у Гостомысла. И его дружков, если не один: волки ходят стаями.

Створки городских ворот были уже закрыты и даже подперты бревнами. Можно объехать с юга, там стену недавно разобрали на склады, но из сторожки как раз вышел грузный дружинник — потный, раскрасневшийся, распустивший пояс. Живот навис над ремнем, скрывая железную пряжку. Заорал с ходу, люто выкатив глаза:

— Кто такие? Почему на ночь? Тати?.. Ворррюги?

— Не ори, дурак, — сказал Олег с досадой. Он вытащил из-за пазухи свиток, облепленный печатями, весь в шелковых шнурках, на которых тоже болтались тяжелые печати. — Видишь?.. Задержи еще малость, завтра с утра пойдешь вывозить навоз. Все понял, дурень?

Толстяк заметно

побледнел. Живот враз втянулся, а грудь выгнулась. Он покосился на караульную пристройку — оттуда неслись разгульные песни, — строго посмотрел на Олега, гаркнул зычно:

— Стража!

Из домишка вывалились, роняя и подхватывая топоры, трое шатающихся мужиков. Все в подпитии, простоволосые, лишь один оставался в кольчуге — так и попер впереди всех, свирепо раздувая ноздри, сверля Олега взглядом василиска. Олег медленно потянул из ножен меч.

— Дурни! — крикнул старший гридень. — Ворота отворяйте! По важному делу гонец.

Стражи заколебались, двое зачесались, повернули к воротам. Третий, который в кольчуге, мерил Олега и Гульчу недружелюбным взглядом:

— Дык ворота ж заперты на ночь?

— Дурень ты, Мыкола, — сказал старший дружинник. — Слыхал, сегодня вече завершилось?

— Слышал, — угрюмо ответил мужик. Он потрогал окровавленную скулу. — Вчера и позавчера был на сходке. Сегодня — чтоб на тебе Ящер воду возил! — мне дежурить.

— Гонец к Рюрику, — ответил старший густым трубным голосом, у Олега сразу страшно зачесались руки размазать его по воротам. — Кончатся распри, ежели ничего не случится...

— Когда еще у нашей козы хвост вырастет, — отозвался мужик с окровавленной скулой. — Разве что когда солнце задницей обернется... Или хотя бы луна.

Справа среди пристроек что-то мелькнуло. На миг Олег заметил краем глаза остроконечный капюшон, надвинутый на глаза. Тень падала на лицо, мелькнул тяжелый подбородок. Олег молниеносно выхватил швыряльный нож, Гульча внезапно тронула коня, оказалась между Олегом и таинственным незнакомцем, и тот отступил за каменный угол.

Старший дружинник посмотрел на Олега с открытым ртом, не понимая внезапного замаха, и Олег, сцепив зубы, сунул нож в чехол на поясе. От ворот донесся скрип, тяжелые створки медленно распахнулись. Олег пришпорил коня, и под грохот копыт по отмостке они вылетели из города. Гульча неотрывно держалась сзади. Олег постоянно слышал за спиной стук подков ее коня и двух заводных.

Городские стены все уменьшались, дорога тянулась ровная, как стрела, и широкая, укатанная тысячами и тысячами тяжелых подвод. Слева от дороги темнела Черная гора — массивная, словно оплавленная небесным огнем. Вершина блестела под яркой луной, ветры сдули пыль и грязь, дождь смыл — гора была почти голой, трава зацепилась лишь в неглубоких щелях, куда нанесло земли ветром. Сама гора не трескалась, не рассыпалась. Ходили слухи о несметных сокровищах в недрах. Олег всегда посмеивался над такими легендами. В каждой местности есть своя Черная гора — Лысая, Перунова, Гелонова, Дивова, — и везде жители весей при свете догорающей лучины рассказывают о несметных сокровищах. Сколько Олег себя помнил, всегда рассказывали эти бедные души, оставляя себе надежду, что когда-то при удаче доберутся, попользуются. Иногда помимо сокровищ в недрах хоронились мечи-кладенцы, кувшины с живой и мертвой водой, сапоги-скороходы... В молодости Олег обижался, когда ему желали удачи. Удача — удел дураков и бездельников. Удача — то, что падает к ногам случайно, незаслуженно. Сильный да умелый рассчитывает на успех, а не на удачу. Пожелать ему удачи — не в лоб обозвать дурачком, который успеха не добьется, а может надеяться лишь на случай.

По дороге встретили только одну подводу — тащилась в сторону города. Волы ступали сонно, мужик дремал, держа вожжи в огромном корявом кулаке. Олег крикнул на ходу:

— Не спи, замерзнешь! Ворота закрыты.

Мужик приоткрыл один глаз, оглядел Олега и Гульчу, ответил хриплым спросоня голосом:

— Плевал я на ваш город с высокого берега. Мне и в моей веси жить терпимо.

Тут же захрапел, перекосив рожу. Волы тащились мерно, без рывков, словно плыли в тяжелом перегретом воздухе. Олег оглянулся по сторонам, далеко справа изломанной цепью стояло несколько бревенчатых домиков на крутом берегу Волхова. В лунном свете поблескивали мокрые рыбацкие сети, развешенные на кольях для просушки, к воде в обрывистом берегу кто-то умело прорубил ступеньки, вымостил дощечками.

— Бесстрашный народ, — сказала Гульча, впервые подав голос. — Они ж не защищены от нападений!

Олег пришпоривал взмыленного коня, спеша уйти от города. Когда конь начал хрипеть, а пена падала желтыми клочьями, Олег свернул к ближайшей роще, велел:

— Заночуем здесь.

— Давно пора, — ответила она сердито. — Возможно, ты еще не заметил, что ночь давно наступила? Ты не сова, случаем?

— Случаем, нет. Днем, в отличие от совы, я вижу тоже.

Он пустил пастись расседланных коней, быстро собрал сухого хворосту. Гульча на ощупь обдирала бересту с ближайшей толстой березы. Олег со смешанным чувством жалости и сочувствия посматривал на ее бледное лицо и беспомощно вытянутые вперед руки с растопыренными пальцами — она видела в темноте так же замечательно, как крот в ясный солнечный день.

Он быстро разжег костер. Гульча торопливо села поближе, протянула ладошки к едва трепещущему огоньку. Олег сунул ей в руки походный котел:



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать