Жанр: Космическая Фантастика » Чарльз Ингрид » Пилот Хаоса (страница 31)


На краткую долю секунды он подумал о том, что ради собственного спасения надо бы бросить гибнущего чоя. Но отверг эту мысль сразу же, как только она появилась, испытав мгновенный стыд за себя. У него не оставалось времени на сомнения. Стискивая зубы от незатихающей боли, Палатон выпустил еще одну ^вспышку бахдара, оставив ее сиять в пространстве и молясь, чтобы другой чоя нашел ее.

Тонкое, острое прикосновение. Замерев, Палатон снова бросил вперед бахдар. Это было, как вспышка озарения – короткая и трудноуловимая. Палатон задумался, действительно ли помощи жаждет именно чоя. Может быть, это корабль ронинов, от которого они оторвались раньше? Но даже эта мысль не отрезвила Пала-тона: он должен был оказать всю возможную помощь гибнущему. Снова открыв бахдар, он бросил его вперед, наблюдая, как исчезает в Хаосе – быстрее, чем паук выбрасывает тонкие нити. Он скользнул по узкому изгибу и исчез из вида.

Лицо и шея Палатона были уже мокрыми от пота. Сконцентрировавшись внутри самого себя, он чувствовал, как теплые ручейки стекают по скулам и подбородку. Сложенные на коленях руки дрожали. Пульс участился, от него содрогалось все тело. Палатону пришлось заставить себя успокоиться, прежде чем вновь оглянулся в пустоту.

Контакт! Гибнущему пилоту удалось схватить выпущенную вспышку бахдара, как кружку с горячим, бреном, и глотнуть его так жадно, что Палатон испустил глубокий вздох. Его пальцы впились в кожу. Этот другой, должно быть, готов истощить его силы – тогда они погибнут вдвоем! Палатон застыл и поставил между собой и отчаянно трепыхающимся, гибнущим чоя щит – так, как сделал с курсантом в защитном шлеме. Он боролся, чтобы не дать вывернуть себя наизнанку.

Другой чоя ослаб, и только тут Палатон улови л его ауру и понял, кто этот чоя. Недар.

Палатон понял, что этого и следовала ожидать – если тогда ронин принял его за Недара, значит, в секторе не могло быть никого другого – но его все равно прошиб озноб. Недар истощился и заплутал в Хаосе!

Недар, следуй за мной.

Последовал короткий гневный укол, когда Недар понял, кто его спаситель. Затем Недар протестующе отстранился, и это ощущение было подобно физической борьбе. Но Палатон не мог оставить чоя погибать – любого чоя, кто бы он ни был, Моамеб или Хат. Он усилил импульс, придав бахдару манящую ауру, зная, что Недар инстинктивно метнется к ней, прежде чем сможет подумать или среагировать иначе. Его следовало вытащить из лабиринта любой ценой.

И Недар послушался – неохотно, принимая протянутую ему яркую энергию, как умирающий от голода человек, ненавидя себя за это и не в силах остановиться.

Напряженное молчание перебил голос иврийца:

– Тезар Палатон, с вами все в порядке?

Ответить оказалось невыносимо трудно, жилы на шее Палатона напряглись. Вес рогового гребня давил так, что она еле выдерживала. Палатон вытер влажное лицо.

– Все я порядке, Рейнбоу. Но я занят.

– Да, – извиняющимся тоном отозвался ивриец. – Я так и думал – пора выбираться отсюда.

Палатон почувствовал, что сейчас последует второй вопрос – о координатах их местонахождения в Хаосе. Ивриец оказался прав – они пропустили место вылета, но в Хаосе это было не так уж важно. Палатон решил сделать вид, что пропустил его нарочно, чтобы избежать возможной встречи с давним преследователем. Он нашел новое окно и направил корабль к нему, все еще таща за собой Недара.

Внезапно аура Недара вспыхнула, его бахдар засветился ярче, и Палатон почувствовал, как он уверенно начинает вести корабль сам, устремляясь в глубины Хаоса, подальше от спасителя.

Палатон ощущал опустошенность и одиночество. Он встряхнул головой, зная, что эти ощущения передались ему от Недара, и обратился к Рейнбоу:

– Приготовься к торможению.

Он только теперь понял, как ноет его тело, и почувствовал, что Недар едва не иссушил его. Следовало сразу расстаться с ним, но Палатон не сделал этого. Он просто не мог.

Он обнаружил Недара на базе, сидящим в одном из тихих баров, куда заглядывали только чоя – по своей строгой обстановке он напоминал скорее часовню, чем общественное заведение. Недар поднял голову, едва Палатон вошел, и его темные глаза прищурились.

Недар жил не на этой базе, но сейчас совершил посадку там, где мог. Вероятно, отлететь подальше у него не хватило сил. Палатон знал, что в этот момент Недар не может оказаться вне его досягаемости. Он приблизился к столику.

Прежде, чем Палатон успел сесть, его однокашник произнес:

– Меньше всего мне хотелось услышать об этом от тебя.

– А от Моамеба? Ты смог бы услышать о сгорании от Моамеба?

Недар постукивал по столу пальцем. Его лицо побледнело, украшения стали почти незаметными в глубоких морщинах.

– Я превысил свои возможности. Это случается. – Тонкие линии появились у него вокруг глаз, возле углов рта залегли складки, придавая ему более суровый, но мужественный вид.

– Боль…

– Это ерунда. Я еще не почувствовал ее. Я всего лишь превысил свои возможности. – Недар обхватил пальцами бокал и заглянул в него, как будто желая прочесть в его глубине свое будущее. Как чоя, он мог бы сделать это.

Палатон подвинул стул и сел.

– Улетай домой. Пройди очищение в Голубой Гряде…

– Где меня ждет Моамеб, желая дать совет и объяснить, что выйти в отставку – не так уж страшно? – Недар издал хриплый смешок. – Когда ты в последний раз бывал дома, Палатон? Давно ли видел этого истощенного старца, который когда-то учил тебя? – Недар склонился над столом. – Полеты – это все, что у меня сейчас есть. И я не позволю лишить

меня этой радости ни тебя, ни кого-либо другого.

– Ты в любое время можешь получить контракт, представляя Чо и всех тезаров.

– Каждый раз, получая контракт, я выполняю свое предназначение. Но я хочу большего. Тебе тоже не мешает попытаться. – Недар одним глотком допил содержимое бокала и подал знак повторить роботу-бармену. Его дыхание было уже насыщено парами спиртного. – Если тебе нужны благодарности – приношу их. Спасибо тебе, Палатон, за то, что ты пришел на помощь в момент крайнего утомления. А теперь убирайся и оставь меня. Для таких, как мы, нет очищения, – Недар смерил его гневным взглядом. – Ни для одного из нас!

Палатон смутился. Ему вспомнился разговор с Паншинеа на летном поле, ложь во спасение. Кто-то и где-то знает, как это сделать – как восстановить бахдар. Сколько же тезаров император отправил за помощью, надеясь на несуществующее чудо? Он задумался, не были ли эти слова сказаны и Недару.

Его еще одолевала вялая опустошенность оттого, что Недар забрал у него много сил, но в отличие от других, Палатон не позволял себе поддаться этому ощущению. Он встал.

– Что сказал тебе император? Недар остро взглянул на него.

– А что он сказал тебе?

– Приказал покинуть планету. Недар горько усмехнулся.

– Меня он умолял остаться. Умолял остаться, чтобы сломать меня, смотреть мне в глаза и видеть, как с годами я так и не становлюсь ближе к престолу, – Недар вздернул подбородок. – Знаешь, как тебя зовут дома? Герой-изгнанник. Пошел слух, что ты пытался помещать резне в Данби, что ты поднялся против самого императора. Никто не упоминает о том, что ты проложил курс бахдара так, чтобы я мог последовать за тобой и уничтожить их щиты. Никто даже не знает, как тебя использовал император.. Никто не знает правду.

Палатон почувствовал, как сжались его челюсти:

– По-видимому, и ты ее не знаешь.

– Я знаю только ту ложь, которую слышу. Вероятно, ты еще не слышал столько лжи. На престоле в Чаролоне сидит насмешник. Если я и найду средство его исцеления, я не отдам его.

– Мы совершаем поступки, руководствуясь нашими желаниями. Если Паншинеа отослал тебя и ты послушался его, значит, ты глупец. Ты говоришь загадками, и я не могу понять, знаешь ли ты ответы на них сам. Я встретился с кораблем ронинов, пилот которого ошибся, принимая меня за тебя. Если бы они нашли тебя в таком состоянии, мы лишились бы и корабля, и пилота. Надо ли напоминать тебе, что ронины делают с пилотами, которых берут в плен? Недар сделал глоток.

– Ронины препарируют чоя уже десятилетиями. Они до сих пор не знают, кто мы такие и на что способны.

– Все это свидетельствует об одном, Недар – о презренном трусе, который любит поболтать. О трусе, который уже достиг своих пределов, но не имеет сил остановиться.

– Я не трус! – Недар вскочил на ноги.

– И не реалист, – спокойно добавил Палатон. – Отдохни. Вернись на базу. Прерви контракт и возвращайся домой. Когда болезнь начинается, остановить ее невозможно, но все мы знаем – излишнее утомление ускоряет ее. Глядя на тебя, я вижу только тень того чоя, который когда-то был лидером своего выпуска.

Недар швырнул в него стаканом. Янтарная жидкость обрызгала Палатона. Он неторопливо вытер лицо и вышел, не сказав ни слова. Он слышал, как позади Недар рухнул в кресло и заказал себе еще стакан. Палатон не видел, как из укромного угла бара вышел чоя, приблизился к утомленному пилоту, и как тот, после нескольких слов, сказанных шепотом, резко привстал и насторожился.


Палатон вернулся в свою комнату на базе. Здесь стояли полумрак и приятная тишина. Проверив хронометр, Палатон понял, что успеет выспаться. Огонек аппарата связи тревожно мигал, поэтому Палатон прежде всего подошел к нему.

Первое сообщение оказалось от Йораны – он не сразу понял это. Она поддерживала с ним связь в краткие промежутки между контрактами. Йорана уже дослужилась до звания начальника стражи и входила в кабинет министров Паншинеа. Чем выше она поднимется, тем труднее переживет падение, когда Паншинеа в конце концов распростится с властью. Эта мысль наполнила Палатона смешанными чувствами – он до сих пор еще не знал, как относится к Йоране.

Второе сообщение было от деда. Визуальное изображение слегка подпортили солнечные лучи, но даже без этого Палатон вряд ли сразу бы узнал высокого горделивого старца, смотрящего в экран. Однако его голоса остались теми же самыми, хотя время от времени их прерывали напряженные паузы.

«Палатон, я считаю своим долгом сообщить тебе, что наш Дом подлежит Переселению. Не по приказу императора, а по финансовым причинам – мы обанкротились. В нашем роду ты остался единственным тезаром. Твоя двоюродная сестра погибла, выполняя контракт, двое твоих племянников исключены из школы Соляных Утесов. Поддержание нашего дома стало тяжестью, которую я не могу взвалить только на твои плечи. Могила твоей матери… – Здесь голоса деда ослабели так, что были почти не различимыми. На экране было видно, как он старается сдержаться. – Могила твоей матери остается на бывшей территории Дома. Прости меня, Палатон. У тебя остается еще один дом – в Голубой Гряде…» Запись кончилась.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать