Жанр: Биографии и Мемуары » Вадим Эрлихман » Король тёмной стороны. Стивен Кинг в Америке и России (страница 37)


Два рассказа сборника относятся к стилизациям. «Расследование доктора Уотсона» копирует Конана Дойля, а «Последнее расследование Амни» — калифорнийские детективы Рэймонда Чандлера. Эта история повествует о детективе Клайде Амни, который неожиданно был вырван из Лос-Анджелеса 30-х годов и заброшен в Нью-Йорк 90-х. Это сделал его создатель, писатель Сэмюел Ландри, чтобы облегчить свои страдания. Его сын умер от случайного заражения СПИДом, жена покончила с собой, сам он от потрясения заболел опоясывающим лишаем и утратил способность писать. Тогда он решил влезть в шкуру созданного им детектива — вести опасную, но веселую жизнь, вволю есть и пить, заводить романы. На долю героя остались солидный банковский счет и чудеса техники, которые не слишком его порадовали. «Я выключил этот ужасный телевизор меньше чем через два часа после того, как научился им пользоваться. Меня ничуть не удивило, что Ландри захотел покинуть этот стонущий мир, перегруженный болезнями и бессмысленным насилием — мир, в котором обнаженные женщины танцуют в витринах ночных клубов и ночь, проведенная с ними, может убить тебя».[77] Но Клайд привык к новой жизни и даже начал учиться писательству, чтобы однажды нагрянуть к своему создателю и отомстить ему.

С фантастикой Кинг явно расставался — в сборнике есть только один рассказ этого жанра, «Конец всей этой мерзости». Он вроде бы написан в 1988 году, но по ощущениям относится к более раннему периоду, когда мир снова сполз в «холодную войну» из-за советского похода в Афганистан. Герой рассказа Говард Форной помогает своему гениальному брату Бобби, наделенному чертами Дэвида Кинга. Страдая от количества насилия в мире, Бобби создал лекарство, делающее людей миролюбивыми, и при помощи извержения вулкана распылил его над планетой. Оказалось, однако, что лекарство имеет побочный эффект — от него люди впадают в детство. Осознав, что они с братом погубили цивилизацию, герой убивает Бобби и записывает их историю для будущих поколений, пока не разучается писать. Этот комический вариант «Противостояния» напоминает об опасности новых изобретений — тема настолько избитая, что даже самый изобретательный ее поворот наводит скуку.

К фантастическим можно отнести и рассказ «Дом на Кленовой улице». Обычный лондонский дом, где живут четверо детей с говорящей фамилией Брэдбери, их мать и зануда-отчим, вдруг начинает на глазах превращаться в космический корабль. Дети нашли таймер, отсчитывающий минуты до старта, и сумели заманить отчима в дом именно в это время. А потом с чувством выполненного долга смотрели, как он улетает в космическую даль. Американским детям отчима совершенно не жалко — он тиранил их маму, был англичанином и вдобавок профессором древней истории. То есть занимался тем, что самому Кингу и большинству его сограждан, чья история насчитывает не более пятисот лет, представляется ненужным и как бы даже несуществующим. При этом история недавняя у СК предстает во всем блеске живых примет двадцатых-тридцатых-сороковых и так далее. Это вообще характерно для американских романов и фильмов, которые до мелочей восстанавливают быт последних поколений, а дальше лепят ошибку на ошибке — «к черту подробности!» Такая неукорененность в истории присуща вечно юной (быть может, ее лучше назвать впавшей в детство) нации, перелившей в пресловутом «плавильном котле» собственное население, а теперь рвущейся сделать то же с остальным миром.

Та же неукорененность присуща и американскому фольклору, которого, в сущности, нет. «Как же так? — воскликнут знающие люди. — А легенды техасских ковбоев и аппалачских горняков, мэнские предания о Поле Бэньяне, Братец Лис с Братцем Кроликом?» Но все это принадлежало еще не переплавленным осколкам нации и давно исчезло из обихода. Если у нас народные сказки читают дети, то в Штатах — филологи. В детстве того же Кинга, выросшего в самой что ни на есть глубинке, не было никаких Братцев Кроликов — только герои комиксов, которых будущие поколения поменяли на дебильных Симпсонов и Рональда Макдональда (он же Пеннивайз). Понятно, что его творчество выросло не на плодородной почве народной мудрости, а на гидропонике масскультуры. В этом его слабость — лишь вслепую, наудачу ему удается пробиться к глубинным пластам страха, которых легко достигает простенькая сказка (скырлы-скырлы, на липовой ноге, на березовой клюке — страшнее этому ничего не знаю). Но в этом и его сила. Взрослые посмеются над детскими сказками, а вот кошмары Кинга, поверившие алгеброй психоанализа гармонию готического романа, поразят их в самое сердце.

Весь 1993 год СК работал над большим романом «Бессонница», посвященный проблемам еще одного «меньшинства» — стариков. Он и прежде включал пожилых людей в свои книги, но глядел на них со стороны, нередко идеализируя. Теперь ему было сорок пять, и он понимал стариков гораздо лучше, хотя идеализация не исчезла. Его герой, 78-летний житель Дерри Ральф Робертс потерял жену, умершую от рака, и с тех пор страдает мучительной бессонницей. А тут еще милый молодой сосед Эд Дипно вдруг стал воинственным борцом против абортов и до полусмерти избил жену, посмевшую с ним не согласиться. В довершение всего в городе появились трое странных лысых коротышек в белых халатах, которых видят только Ральф и его пожилая подруга Луиза. Они носят имена древнегреческих парок (хотя те женского рода), и если Клото и Лахесис прядут нить человеческой судьбы, то мерзкий Атропос ее обрывает — вернее, обрезает большими ржавыми ножницами.

Странности возникли и с самим Ральфом — он начал видеть человеческие ауры, потом научился проходить сквозь стены. А потом двое «добрых» докторов рассказали ему, что они — посланцы Предопределения. Таким же был и «злой» Атропос, носитель случайной

смерти. Теперь он взбунтовался и в союзе с загадочным Алым Королем (the Crimson King) побуждает Эда Дипно совершить в городе страшный теракт, способный нарушить космическое равновесие. От его рук может погибнуть в числе прочих маленький Патрик Дэнвилл, который должен сыграть важную роль в судьбе мира. Ясновидящим Ральфу и Луизе предстоит помешать этому, «потому что лишь Шоттаймеры (то есть «короткоживущие) могут противостоять воле Атропоса».[78]

Двое стариков отважно вступили в борьбу со злом. Сначала они разоружили фанатиков Дипно, которые захватили приют для женщин, подвершихся насилию — там окопались сторонники абортов. Потом проникли в логово монстра, где нашли целый склад вещей — перед смертью каждого человека Атропос брал на память что-то принадлежавшее ему. «Каждый предмет издавал свой собственный крик боли и отчаяния… Здесь валялись искореженные детские саночки с привязанной к ним веревкой. Ребенок которому они принадлежали, скончался от конвульсий в морозный январский день 1953 года. Был здесь и шест мажоретки обернутый по спирали краснобелыми тентами — девушку изнасиловали и забили до смерти камнем осенью 1967 года… Тапочек маленького мальчика по имени Гейдж Крид, которого переехал бензовоз, мчавшийся с превышением скорости по шоссе N15 в Ладлоу. Кольца и журналы, брелки от ключей и зонтики, шляпы и очки, погремушки и радиоприемники. Они различались лишь видом, но суть их была одна и та же: тихие, печальные голоса людей, единственным преступлением которых было то, что они родились во владениях Слепого Случая».[79]

В гневе Ральф и Луиза отняли у Атропоса вещи людей, которые тем вечером собрались в Общественном центре Дерри — на него безумный Дипно должен был обрушить самолет, чтобы помешать выступлению сторонницы абортов Сьюзен Дэй. Потом герой перенесся в самолет, выдержал схватку с самим Алым Королем, принявшим облик чудовищной рыбы, и отвел Дипно в сторону от обреченного здания. Потом Ральф с Луизой поженились и жили счастливо, пока у старика снова не началась бессонница. Явившиеся «добрые доктора» открыли, что ему предстоит совершить еще один героический поступок — спасти от Атропоса юную дочь Эда Дипно, уже дважды спасенную им от родного отца. Что Ральф и сделал ценой собственной жизни, попав под колеса машины, которой предстояло сбить Натали Дипно. Он умер на руках у жены и невидимых Клото с Лахесисом, которые вынесли свой итог: «Он был замечательным человеком».

После абсолютно реалистической «Долорес Клейборн» Кинг попытался написать совершенно фантастический роман с прыжками через пространство, мифологическими параллелями и существами из иных миров. Не сказать, что у него это получилось, однако «Бессонница» стала важным звеном в формировании мифологии Кинга. Ее действие снова происходит в Дерри, где по-прежнему витает дух Оно. Монстр готовится к новому пришествию, но для этого ему нужно массовое убийство. В образе Алого Короля Оно вселяется в Эдда Дипно, причем ему помогает некое существо, стоящее гораздо выше в иерархии Зла. Это существо обитает в Темной Башне (здесь она символизирует всю Вселенную, Макрокосм) и пытается остановить идущих к ней Стрелка и его друзей. Их помощником может стать мальчик по имени Патрик Дэнвилл, находящийся в зале, и безымянный злодей обещает Оно помощь, если тот убьет Патрика руками Дипно. О дальнейших событиях говорится в цикле «Темной Башни», но там главным носителем зла выступает именно Алый Король. Похоже, в «Бессоннице» насмешник Пеннивайз просто присвоил имя этого персонажа — или Кинг передумал и поменял их местами, что с ним случается нередко.

Алый Король снова появляется в «Сердцах в Атлантиде», где ему служат «низкие люди», похитившие Теда Бротигана. Вообще-то Алым он стал с легкой руки переводчика Вебера — ведь английское crimson означает совсем не «алый», а «багровый». Алый в обоих языках — цвет страсти и благородства. Багровый имеет совсем другое значение — это зловещий цвет, связанный с убийством и безумием. Достаточно вспомнить группу «King Crimson», в творчестве которой были сильны сатанинские мотивы. Ее название взято из эзопова языка церковных публицистов 18 века, которые, не желая поминать имя дьявола, именовали его «Багровым Королем». Так что «алый» — досадная переводческая ошибка (есть еще более странный перевод «малиновый»), но ее лучше не исправлять во избежание путаницы.

Развязка «Бессонницы» повторяла финал «Мертвой зоны» — герой-экстрасенс жертвовал собой, чтобы предотвратить несчастье. Но если Джонни Смит остался один, брошенный даже любимой женщиной, то у Ральфа была верная подруга Луиза и сочувствующие ему старики. Этот оптимизм охватил многих либералов в начале срока Клинтона — им казалось, что настала пора сообща, совместно с властью, решать проблемы страны. Тем же пафосом проникнут и следующий кинговский роман «Мареновая роза», законченный в ноябре 1994-го. В нем речь снова идет о безвольной женщине, годами терпящей побои мужа — садиста-полицейского Нормана Дэниелса, который потом оказался еще и убийцей. «Четырнадцать лет разговоров начистоту, — вспоминала героиня. — Выкидыш. Теннисная ракетка. Три зуба, один из которых проглочен. Удары. Щипки. И укусы. Да-да, не забывай про укусы. В широком ассортименте».[80]



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать