Жанры: Морские Приключения, Научно-образовательная: Прочее » Анджей Урбанчик » В одиночку через океан. Сто лет одиночного мореплавания (страница 11)


Самый неудачливый мореплаватель — Дрейк — четыре раза предпринимал попытку совершить кругосветное плавание. Шхуна «Пилигрим» была его третьим судном.

Из некоторых источников следует, что Дрейк наплавал за время своих вояжей в общей сложности 130000 миль.

Второй кругосветный рейс

13. Гарри Пиджен — «Островитянин»

Пожалуй, наиболее скромной и вместе с тем значительной личностью среди мореплавателей-одиночек был Гарри Пиджен. В сорокасемилетнем возрасте он вторым после Слокама, четверть века спустя после рейса «Спрея», обогнул земной шар.

Пиджен родился в штате Айова, удаленном на тысячу миль от морского берега, но увидел море восемнадцатилетним юношей и навсегда был покорен им.

После того как ферма, на которой работал Пиджен, разорилась, он перебрался на побережье Калифорнии. Сначала Пиджен работал фотографом, затем — фоторепортером. Его всё больше и больше влекло море, и он всё чаще стал бывать в порту, где стояли яхты, и зачитывался книгами по мореплаванию. Шли годы, но практическое мореходство так и оставалось мечтой. Лишь на сорок пятом году жизни он решает построить яхту, чтобы совершить на ней кругосветное путешествие.

Полтора года ушло на изучение навигации и строительство яхты. «Островитянин» — яхта Пиджена — имел 10,5 метра длины, 3,2 метра ширины и осадку 1,5 метра.

Вскоре Пиджен впервые вышел в море. Во время всё более далеких прибрежных рейсов он накапливает мореходный опыт.

Первое одиночное плавание на «Островитянине» к Гавайским островам, расположенным в 2000 милях, по словам Пиджена, было величайшим приключением в его жизни. Это был первый серьезный экзамен по навигации. Отойдя от берегов Калифорнии, «Островитянин» хорошо выдерживал курс. Однако Пиджен не оставлял яхту без присмотра и первые несколько ночей почти совсем не спал.

«Островитянин» был судном, на котором второй раз в истории одиночного плавания на яхтах было совершено кругосветное путешествие.

Вскоре «Островитянин» вошел в зону постоянного северо-восточного ветра — пассата.

На двадцать пятый день плавания показались контуры земли, а затем и огни. На следующий день яхта прибыла в Гонолулу.

23 августа Пиджен отправляется в обратный путь. Отдавая себе отчет, что большую часть пути придется идти против ветра, и сознавая, что опыта у него маловато, моряк взял с собой спутника. 3 октября «Островитянин» благополучно закончил этот рейс. Пробный рейс к Гавайям подтвердил убеждение Пиджена, что его яхта, типа гафельного иола, является судном, которое оправдает возлагаемые на него надежды.

Предусмотрительный Пиджен весьма тщательно подготовился к длительному путешествию. Он обзавелся мореходными инструментами, лоциями и морскими навигационными картами.

Взял он с собой запас продовольствия: фасоль, горох, ряс, сушеные овощи, сахар, копченую грудинку и 300 литров пресной воды на 200 дней.

18 ноября 1921 года 47-летний Пиджен покидает Лос-Анджелес.

Пиджен не собирался ставить рекорды, он хотел своими глазами увидеть далекие острова южных морей.

«Зачем ты это делал?» — вопрос, с которым к моряку часто обращались после завершения одиночного рейса. Одной из наиболее веских причин, по словам Пиджена, было отсутствие средств на покупку судна больших размеров и на содержание экипажа. И в то же время, считал он, ничто не приносит такого удовлетворения, как возможность осуществить планы без чьей-либо помощи. Пиджен вспоминает, что по окончании экспедиции ему часто говорили: «Это как раз то, о чем я давно мечтал. Но тебе удалось это осуществить».

Первый этап плавания Пиджен решил завершить на Маркизских островах. Штормы и шквалы чередовались со штилями. Бывали дни, когда «Островитянин» продвигался вперед не более чем на одну милю. Тогда Пиджен мог позволить себе небольшую передышку. Однако, по его же словам, ему приходилось быть начеку днем и ночью, так как ветер мог подуть в любой момент и с самой неожиданной стороны.

21 декабря на 129° западной долготы «Островитянин» пересек экватор. Через несколько дней стали попадаться птицы, летящие в одном и том же направлении, и другие признаки близкой земли: скопления водорослей, черепахи и дрейфующие деревья. Первый этап плавания близился к концу.

Утром 30 декабря, когда «Островитянин» шел под пасмурным небом со скоростью трех узлов, вдруг на горизонте проступили контуры земли — Маркизские острова. А вскоре Пиджен стал на якорь у маленького островка близ Нуку-Хива. Он позавтракал и сбрил бороду.

Незадолго перед заходом солнца «Островитянин» стал на якорь в Тайога. На берегу Пиджена приветствовали жители острова. Островитянам не верилось, что этот внешне неприметный человек сумел в одиночку переплыть на небольшом паруснике безбрежный бурный океан.

Пиджен пробыл на Маркизских островах четыре месяца. Яхта за это время была отремонтирована и покрашена.

От Маркизских островов Пиджен намеревался плыть на Таити и выбрал путь через островное сито архипелага Туамоту, пользовавшегося из-за обилия коварных рифов недоброй славой.

3 мая 1922 года «Островитянин» покинул Нуку-Хиву и его гостеприимных жителей. Миновав остров Уа-Пу, яхта погрузилась в ночную тьму. А когда взошло солнце, вокруг снова расстилался безбрежный океан. Яхта неслась на юго-запад, подгоняемая легким ветром. Стояла прекрасная погода, на третий день моряк, обвязавшись страховочным концом, искупался, плавая вокруг яхты.

Утром 12 мая на горизонте показался остров Такароа. Вскоре, подхваченный приливом, «Островитянин» вошел в обширную лагуну, на дне которой сквозь кристально чистую воду можно было разглядеть кораллы и великолепные раковины.

Островитяне приняли мореплавателя с традиционным для полинезийцев радушием. Пиджен ознакомился с местной кухней, первое место в которой занимает рыба, второе — собачина, а третье — говядина.

17 мая «Островитянин» покинул Такароа и сразу же встретился с сильным ветром, вскоре перешедшим в ураган. Мореплаватель спустил паруса и на одном стакселе следовал курсом на Таити, минуя атоллы Апатаки и Каукура.

«Островитянин» достиг Папеэте на Таити 21 мая. Пиджен был тепло встречен жителями, ибо весть о мореплавателе-одиночке разнеслась по всей Полинезии.

Пиджен был восхищен природой и людьми острова и решил задержаться здесь подольше. В его интересной книге описанию острова отведено значительное место.

Однако настал день, когда нужно было пускаться

в дальнейший путь. 3 августа яхта вышла в море, взяв курс на архипелаг Самоа. 12 августа подули южные ветры. С зарифленными парусами «Островитянин» приближался к острову Мануа в Восточном Самоа. Вскоре Пиджен подошел к берегу и стал на якорь с подветренной стороны, в бухте Фалеасау.

Пиджен отправился знакомиться с островом. Принимали его повсюду доброжелательно и угощали местным напитком — кавой. Пиджен приглашал новых друзей к себе на яхту, рассказывал о своих приключениях, купался, фотографировал, много гулял…

Захваченный новыми впечатлениями, Пиджен не заметил, что провел целый месяц среди гостеприимных полинезийцев.

23 октября «Островитянин» уже в пути. Проливные дожди затрудняли астрономические наблюдения, но Пиджен не боялся сбиться с курса. На третий день появилось много птиц, что свидетельствовало о близости берега, но дождь и мгла по-прежнему ограничивали видимость. Только 29 октября после захода солнца мореплаватель разглядел свет маяка Вайлангилала. Наутро показались первые из 250 островов Фиджи. Держа курс на остров Вити-Леву, Пиджен вскоре пересек 180-й меридиан.

Огни морских маяков и имевшаяся карта позволяли Пиджену ориентироваться среди рифов, усеянных остовами разбитых судов. Преодолев в трудных условиях и при плохой видимости последний отрезок пути среди мелей и рифов, 2 ноября «Островитянин» вошел в Суву.

25 апреля 1923 года «Островитянин» вновь отправился на запад. На восьмой день плавания подул сильный ветер, пошел дождь и океан покрылся белыми пенными гребнями. После захода солнца ветер настолько усилился, что Пиджен плыл только под стакселем и бизанью, держа курс на Новые Гебриды.

Вскоре «Островитянин» прибыл в Порт-Виду на острове Эфате, на котором Пиджен провел немало чудесных дней.

25 мая «Островитянин» двинулся дальше. Вскоре Пиджен заметил справа по борту курящийся вулкан острова Амбрим. Причаливая то к одному, то к другому островку, моряк предпринимал продолжительные прогулки в глубь территории и изучал обычаи туземцев.

29 мая яхта вышла в океан и направилась при сильном ветре на юго-запад, к Новой Гвинее. В течение многих дней Пиджену приходится идти с зарифленными парусами и тратить много сил па управление яхтой.

10 июня Пиджен увидел побережье Новой Гвинеи. Сначала показались многочисленные островки. Плутая между ними, Пиджен достиг Порт-Морсби.

27 июня «Островитянин» отплыл к острову Вале. Это был короткий переход, но, по выражению самого Пиджена, он никогда не встречал такого коварного океана. После нескольких злоключений моряк все же добрался до Вале.

1 июля «Островитянин» направился к Торресову проливу. При хорошей погоде и попутном ветре яхта быстро продвигается на юго-запад. В Торресовом проливе Пиджен задержался на островах Реннелл и Терсди.

7 августа «Островитянин» через Арафурское море направился к острову Тимор. На девятый день перед заходом солнца моряк увидел остров. Двое суток он шел вдоль его побережья и остановился в Купанге, где гостил десять дней. Пиджена хорошо принимали, и он не переставал восторгаться обилием и разнообразием плодов и пальмовым сахаром.

28 августа яхта снова в пути. Вот она, подхваченная течением, вместе с попутным ветром понеслась на запад, к острову Рождества. Стали встречаться киты, а от фосфоресцирующего моря трудно оторвать взгляд… Тем не менее начинает сказываться монотонность долгого рейса и чувство одиночества. Но океан не дает времени скучать. Вскоре ночью «Островитянин», преодолевая ветер и волны, приблизился к острову Рождества. Здесь яхта повстречала пароход того же названия, капитан которого пригласил Пиджена на званый обед.

Среди жителей острова Рождества Пиджен провел пять счастливых дней. Затем он двинулся дальше. Радиотелеграф (в то время техническая новинка) оповещал мир о путешествии моряка-одиночки.

15 сентября «Островитянин», удалившийся в просторы Индийского океана, достигает Кокосовых островов. Для жителей островов, куда почтовый пароход заглядывает лишь четыре раза в год, появление человека, путешествующего вокруг земли в одиночку, было большим событием.

23 сентября Пиджен начинает новый и притом один из самых длинных участков пути — от Кокосовых островов до острова Родригес. Ветер, поначалу слабый, внезапно перешел в ураган, долго терзавший паруса, а высокие волны швыряли яхту, словно щепку. Выбитый из колеи морского плавания частыми высадками на берег, Пиджен чувствовал себя не очень уверенно. Под стакселем и с зарифленной бизанью «Островитянин» продвигался на запад. Однажды, несмотря на уменьшенную парусность, яхта от захода до восхода солнца прошла 70 миль. Пиджен вновь почувствовал себя превосходно. Яхта мчалась к острову Родригес, куда она прибыла 13 октября, после трехнедельного перехода. На маленьком гористом островке, окруженном рифами, Пиджен провел пятнадцать дней, неустанно готовясь к дальнейшим переходам.

Утром 28 октября «Островитянин» снялся с якоря и направился к побережью Южной Африки. После захода на остров Маврикий, где Пиджен провел месяц, «Островитянин» опять поднимает паруса.

Плавание продолжалось. Однажды, беря рифы у парусов, Пиджен получил такой сильный удар гиком по голове, что едва не потерял сознание. Если бы это случилось, неуправляемый «Островитянин» вполне мог разбиться на рифах, окружающих остров Реюньон, мимо которого тогда проходила яхта. С гротом, наполненным легким ветром, яхта пересекала Мозамбикский пролив, и уже через неделю Пиджену открылись зеленые холмы Наталя. Сильные порывы юго-восточного ветра обеспечили «Островитянину» быстрый переход к гавани Дурбана, куда яхта прибыла 23 декабря.

27 января 1924 года, подготовившись к плаванию вокруг мыса Доброй Надежды и отклонив предложения многих лиц, желавших разделить с ним путешествие, Пиджен выходит в океан.

Два дня «Островитянин» под штормовым стакселем и с зарифленной бизанью противостоит налетавшему с запада шторму. Когда не выдержавший напора ветра стаксель начал рваться, Пиджен снял его и вытравил плавучий якорь. Последний, однако, мало помог. Положение ухудшалось. Моряк стал поспешно чинить парус, и только после его установки «Островитянин» стал понемногу отходить от опасного берега. Затем яхта обогнула прибрежные дюны, неуклонно двигаясь на запад…



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать