Жанр: Научная Фантастика » Джеймс Дуэйн, Стивен Стирлинг » Капер (страница 40)


– Ах, да! – сказала она. – Сейчас, сэр, конечно, сэр. – И, забрав у капитана сиденье, она в темпе прикрепила его обратно к стойке.

– Вот и две проблемы улажены, – заметил капитан, снова занимая свое кресло. – Если бы теперь нашлось что-то такое, чем бы нам в мокаков швырнуть, было бы совсем хорошо.

Старшина ар-Рашид откашлялся.

– Э-э… – неуверенно начал он.

Каверс на него посмотрел.

– Вижу, у вас есть идея, старшина, – подбодрил он его.

– Сэр, у нас там эти мины, – сказал ар-Рашид.

Роббинс охнула, и вид у нее стал такой шокированный, как если бы он предложил швырнуть во врага целые ясли несчастных сироток.

– Мины? – переспросил капитан, недоверчиво повышая голос.

Старшина развел руками.

– Такого они наверняка не ожидают, – пробормотал он, словно бы ища себе оправдание.

Каверс задумчиво на него глянул, а затем лицо его начало расплываться в улыбке.

– Вы совершенно правы, старшина, – сказал он.

– Мне тоже это нравится, сэр, – со смехом присоединилась к обсуждению Ван Чунь-мэй. – Совсем как в том фильме.

– Прекрасно его помню, – заверил ее Каверс и прыснул. – Все правильно, старшина. Идите туда, подготовьте эти мины и запустите.

– Есть, сэр, – дружно отозвались Роббинс и ар-Рашид.

– Выполнять! – гаркнул Каверс.

И старшина с Синтией понеслись к лифту.

Глава пятнадцатая

Капитан Оппенгеймер Венец Целомудрия с прямой спиной сидел в своем капитанском кресле. Его злобный немигающий взор был сосредоточен на корабле Содружества; если бы дурной глаз действительно имел какую-то силу, на экране тут же возникло бы расширяющееся облако плазмы.

Никоим образом капитан не проявил своего недовольства, когда их ракета не взорвалась. Для Оппенгеймера это просто указывало на то, что Дух Судьбы отверг жертву крейсера. Несомненно, кто-то на том обреченном корабле оскорбил Духа посредством какого-то непризнанного и нераскаянного греха.

Его собственный корабль был чист. Рука капитана медленно сжалась в кулак. Он пошел на невероятно мучительные меры, чтобы в этом увериться. Как там в Слове Мудрости сказано?

«Наказание рождает страх, страх рождает повиновение, повиновение рождает дисциплину, дисциплина рождает добродетель. Следственно, наказание рождает добродетель». Чтобы ободрить свою команду, Оппенгеймер позволил себе легкую улыбку.

Когда придет время, и грязный содруг подобно бешеному псу развернется, чтобы сражаться со «Стрелой Судьбы», его люди должны оказаться достойными.

Венец Целомудрия склонил голову и сотворил краткую молитву, прося Духа Судьбы простить ему гордыню. Как всегда, перед битвой он положил жизни своих людей на алтарь Судьбы. Затем он заметил, как убегающий корабль извергает еще одно облако ложных целей. Оппенгеймер не намеревался стрелять, пока он точно не будет знать, что уничтожит врага. Зато он намеревался гнать его хоть до адовых врат, чтобы сделать этот решающий выстрел.

Тем временем он аккуратно записывал информацию, которую предоставил им какой-то отважный мокак. Несомненно, Толкователи Праведного Пути найдут этой информации достойное применение.


* * *


– Ничего не понимаю, – пробурчала лейтенант Роббинс, слегка повышая голос. Затем она усиленно поморгала и начала снова.

– Это потому что вы читаете руководство, – сказал ар-Рашид. Захлопнув маленькую дверцу в боку здоровенной мины, с которой он работал, старшина подошел к девушке.

– Каким же образом мне тогда узнать, как эта штуковина заряжается, если я не освою руководство? – спросила Синтия.

– А вы на рисунки перелистните, – предложил ей ар-Рашид.

Синтия еще немного повозилась с инструкцией.

– А как это? – спросила она, поднимая взор.

Старшина протянул руку и нажал одну-единственную клавишу. Мгновенно бестелесная пара рук принялась наглядно изображать весь процесс снаряжения мины.

– Ого! – подивилась Синтия. – Никогда раньше с таким не сталкивалась.

– Здорово, да? Вы, вербальные типы, обычно этой функцией пренебрегаете. А мне она нравится, потому что экономит время. Которое мы, между прочим, попусту тратим, – со значением добавил старшина.

– Да, верно, – согласилась девушка, облизывая пот с верхней губы.

Они с шестью другими добровольцами сгрузили объемистые мины на поддоны и подвели их к громадным наружным воротам. Шесть гладких тяжелых сфер стояли в один ряд, ожидая развертывания – нетривиальной процедуры, поскольку никто не собирался доверять единственное функционирующее оружие на корабле зловредно перепрограммированным системам запуска. Сами мины были по природе своей совершенно пассивны, так что их требовалось вручную сталкивать с корабля, но поддоны, к которым они крепились, имели примитивные движки с небольшим объемом горючего и могли направлять мины куда следует. Синтия лично убедилась, что все предохранительные линии их скафандров надежно прикреплены к специальным кольцам на палубе.

– Готово, капитан, – объявила она затем.

– Развернуть мины, – приказал Каверс.

Синтия на четверть приподняла вспомогательные дверцы, и одну за другой они вытолкнули мины наружу, оперируя автоматическими поддонами для формирования в кильватере минного поля, после чего поддоны были отключены.

– Думаете, это сработает? – спросил у Синтии ар-Рашид.

– По крайней мере, очень на это надеюсь, – ответила девушка. – Тогда это будет почти как в том фильме.

Увидев, как ее глаза заискрились, старшина поморщился.

– Ну ладно, по этой и по нескольким тысячами других причин, – сказал он, имея в виду капитана и команду славного корабля под названием «Непобедимый», – я тоже надеюсь, что это сработает.

– Это же была ваша идея, старшина, – заметила Синтия.

Остальные добровольцы заулыбались и закивали, показывая поднятые кверху большие пальцы.

– Лучше не напоминайте, – пробурчал ар-Рашид, прикидывая, что скажет Редер, когда обнаружит, что его редкостные и драгоценные мины оказались безвозвратно потеряны. «Пожалуй, он не на шутку озлится, – решил старшина. – Но только потому, что пропустил такой роскошный спектакль».


* * *


– Брат капитан, – уважительно произнес техник.

После краткой паузы Венец Целомудрия дал ему понять, что

услышал.

– Докладывайте, – лаконично приказал он.

– Брат капитан, корабль Содружества выпустил что-то значительно более тяжелое, нежели обычное облако ложных целей. Я всерьез озабочен. Они могут в нас стрелять, а мы неспособны предсказать траектории их ракет, а также их число и предполагаемые цели.

– Сколько времени мы потеряем, обходя это препятствие? – спросил Оппенгеймер у астронавигатора.

– Не менее часа, брат капитан, а возможно, и больше. Облако распространяется прямо на глазах.

Оппенгеймер нахмурился. Содруг мог готовиться предпринять маневры уклонения, ожидая увидеть, как станут двигаться «Стрела Судьбы» и истребители, чтобы затем увеличить дистанцию.

– Мы не должны терять преимущество, дарованное нам Судьбой, – напыщенно произнес он. – Они в отчаянии, и это просто уловка, рассчитанная на то, чтобы нас смутить. Мы будем следовать прежним курсом.

– Есть, брат капитан, – дружно отозвались члены его команды.

Венец Целомудрия был порадован их почтительностью, а затем сурово напомнил себе, что все это происходит не благодаря ему, а исключительно волей действующего посредством него Духа.


* * *


Они не сдвинулись ни на дюйм, сэр, – взволнованно сообщил Труон Ле. – Прут прямо по центру.

– А мины? – спросил Каверс.

– Прямо по центру, – с улыбкой ответил глава тактического отдела.

«Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь, сынок», – подумал капитан. Но и у него на сердце была немалая толика радостного предвкушения.


* * *


– Когда мы узнаем? – спросила Роббинс.

Они со старшиной рассиживались за столом в маленьком кабинете Редера. Коммандер создал программу, чтобы подключаться к картинке на капитанском мостике, и теперь они бессовестно ею пользовались.

– Теперь уже в любую минуту, – тихо сказал ар-Рашид.

Сложно было что-либо разглядеть сквозь выпущенные Труоном Ле дипольные отражатели, но вспышка взрыва прорвала бы даже этот туман.

– Вот она! – воскликнула Синтия, указывая на экран.


* * *


– Брат капитан! – крикнул техник.

Оппенгеймер повернул к нему огненный взор. Независимо от обстоятельств, кричать на капитанском мостике было непозволительно.

– Докладывайте, – процедил он сквозь зубы.

– «Мученик» только что был уничтожен. – Заметно побледневший член команды смотрел на капитана.

Капитан смотрел на него, позволяя лишь легкое проявление гнева. Новость его на самом деле не очень-то и удивила; «Мученик» славился своей неудачливостью.

– Почему меня не проинформировали о том, что содруг в нас стреляет?

– Брат капитан, не было никаких признаков, что он в нас стреляет. Конечно, наши датчики могли быть введены в заблуждение электронными мерами противодействия, но я так не думаю.

– А не мог «Мученик» попытаться предпринять ту же жертву, которую принесли другие наши собратья? – предположил старший помощник.

Венец Целомудрия с неприязнью посмотрел на старпома. Этот амбициозный подчиненный слишком часто пренебрегал обращением к нему как к «брату капитану». Затем Оппенгеймер снова повернулся к технику.

– Можно это как-то установить? – спросил он.

– В таком электронном тумане с определенностью нельзя, брат капитан. В подобных обстоятельствах можно установить, что враг в нас стреляет, только когда его артиллерия берет нас на прицел.

– Возвращайтесь к своим обязанностям, – задумчиво на него глянув, велел технику капитан.

Член команды, еще бледнее прежнего, сел к своему пульту. Почти тут же он объявил:

– Брат капитан, «Свет Конгрегации» уничтожен.

– Вместе с этим электронным мусором они в нас что-то бросают! – заключил капитан. – Астронавигатор, немедленно уводите нас с этого курса! Свяжитесь с остальным эскортом, ему также приказывается сменить курс. Догонять содруга следует быстро, но с предельной осторожностью.

– Как по-вашему, что они используют? – спросил у него старпом. – Брат капитан, – добавил он в ответ на огненный взор Оппенгеймера.

– Дайте мне только на них прямую наводку, и это уже будет несущественно, – прорычал Венец Целомудрия.


* * *


Мокаки уходят в сторону от минного поля, – объявил техник.

Капитан удовлетворенно кивнул. Это должно было предоставить «Непобедимому» больше возможностей для маневра. Кроме того, два истребителя и линейный крейсер стали уже более предпочтительным вариантом. «Точнее, станут, – мысленно поправил себя Каверс, – когда мы наши орудия наладим».

– Еще одна мина попала, сэр, – доложил техник. – Там слишком много помех, чтобы установить, в кого именно.

Затем два истребителя один за другим выскочили на свободное пространство.

– Сэр! – с сомнением в голосе произнес Труон Ле. – Они стреляют. Я насчитываю пятнадцать самонаводящихся ракет, идущих от одного из истребителей.

«Зачем?» – задумался Каверс. На таком расстоянии это казалось пустой тратой боеприпасов. С другой стороны, всего лишь одной ракете требовалось попасть, чтобы уничтожить «Непобедимый» или фатально его замедлить. Даже неразорвавшаяся ракета, которая в них угодила, сильно сократила дистанцию.

Возможно, это был импульсивный жест, продиктованный гневом от потери собратьев. Именно подобные поступки делали мокаков такими опасными; практически невозможно было предугадать, что они сделают дальше.

– Есть у нас, чем в них бросить, мистер Ле?

– Проверяем, сэр. – Глава тактического отдела связался с Региной Бах.

– Что у вас, старшина?

– Сэр, сами по себе ракеты, похоже, в порядке. Это новые боеприпасы, доставленные уже после мистера Ларкина. Только пусковые установки себя скомпрометировали.

Каверс задумчиво оглянулся на Ван Чунь-мэй, которая стояла у него за плечом. Та задумчиво пожевала нижнюю губу, затем подалась вперед.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать