Жанр: Криминальный Детектив » Ольга Некрасова » Свои продают дороже (страница 11)


ТАНГО СО ЗМЕЕМ

Соперник (м.), ница (ж.). Соревнователь, совместник и сопротивник, соискатель, состязатель, противоборец; враг, неприятель, противник, супостат; завистник и зложелатель.

В.ДАЛЬ. Толковый словарь


Татьяна. Вечер переходит в ночь

Змей вернулся в тесноватом ему морском мундире советских времен, до пояса увешанном наградами. И новый орден успел привернуть, отметила Татьяна. Под мышкой у него был еще один подарок — музыкальный центр. Мужчины кинулись устанавливать аппарат, племянничек-подлиза командовал:

— Здесь акустика не та, поставьте выше, отстегните колонки…

— Что вы там возитесь?! — рявкнул Змей. Он сам порылся в кассетах, выбрал какую-то старую, грязноватую на вид.

— Ун танго итальяно! — грянуло из обеих колонок.

— До-о-льче танго! — подхватил Змей, щелкнул каблуками и пошел на Вику. Татьяна часто слышала, как он гонял это танго, работая по ночам, — вдохновлялся воспоминаниями?

Вторая змеежена встала, как загипнотизированная, ее глаза сияли. Змей достал из кармана белые парадные перчатки, натянул и положил руку Вике на талию…

Это было не просто красиво — шикарно! Какая-то школьная классика, «После бала», что ли, вертелась у Татьяны в голове: благородный седой полковник и крупная русская красавица. Мужчины сделали стойку. Даже похабник Сохадзе, пытавшийся изображать вилками кастаньеты, притих — впечатление было сильное. Танго лилось, танго не кончалось, оно было записано-переписано раза три подряд. Партнеры начали задыхаться, но это выглядело не как слабость, а как любовный экстаз, В лихом повороте Змей кинул на бедро немаленькую Вику, и оркестр выдохнул в последний раз. Он помнил, где запись кончается!

Ну, слава богу, все! Змей проводил Вику к дивану.

И гости думали, что все; Татьяна видела, как облегченно выдохнул Викин Сергей. Кассета шипела, шипела, но Змей не торопился ее останавливать. Оказалось, не все, дальше пошла любительская запись: Змей поет по-польски своим густым басом:


Налэво мост, направо мост.

А долэм Висла плынэ…


Игорь гулко зааплодировал. Змей испепелил его взглядом, и племяш спрятал руки за спину. А к голосу Змея на кассете присоединился молодой женский:


Аутобусы чэрвэнэм мигаем!..

Вика! И — вместе со Змеем:

Заглендаэм до окэн трамваэм!..


Змей торжествующе смотрел на бывшую жену, провокатор!

Вика вскочила и кинулась из комнаты. Сергей побагровел. Так ему и надо, разине, подумала Татьяна, но, взглянув на сияющего Змея, поняла, что над Сергеем торжествовать глупо: ей самой тоже чуть ли не изменили у всех на глазах! Она выскользнула из столовой. В конце коридора мелькнуло Викино синее платье и скрылось за дверью ванной.

Пока Татьяна скреблась в запертую дверь и уговаривала Вику открыть, в столовой театр танца перешел в театр военных действий. Оттуда пулей вылетела Наташка и с шальными глазами бросилась к Татьяне. За пять лет Наташка не придумала, как называть Татьяну — родственное «ты», и все, — и сейчас только махала рукой:

— Там, там…

Подворачивая каблуки, Татьяна бросилась за ней.

Посреди столовой Змей с Сергеем напирали друг на друга грудью, Сашка с Игорем их растаскивали. Наташка и Татьяна дружно охнули и рванули обратно к ванной.

— Тетя Вика, тетя Вика! — заколотилась в дверь Наташка. В другое время Татьяна не простила бы ей «тетю Вику». Хотя, с другой стороны, Наташка так с детства привыкла. Какого черта заперлась эта тетя!

— Вика, открывай!

Вика щелкнула задвижкой, высунулась заплаканная, с красным носом, почему-то без туфель, в одних колготках. Топилась, что ли?

— Там наши… — только успела ей сказать Татьяна, и Вика поняла. Как была, босиком, она рванулась в столовую и добежала первой. Догнав ее, Татьяна с Наташкой застали совершенно другую картину.

Змей с Сергеем пили на брудершафт. В переплетенных локтями руках сверкали двухсотграммовые фужеры, до краев наполненные коньяком. Мужики воплями подзадоривали соперничающих самцов. Татьяна охнула. Ну ладно, Сергей, он здоровенный кабан, но Змей-то, Змей куда, сердечник?!

— Пей до дна! — нестройно грянули мужики. Соперники выпили, облобызались и одновременно грохнули фужеры об пол — вдребезги! Сергей рукавом пиджака вытер прошибшую Змея слезу, а тот по-отечески погладил его по голове.

Татьяна шмыгнула в кабинет и стащила сигарету из открытой Змеевой пачки. Она тайком покуривала, когда муж не видел. Руки ходили ходуном после этих петушиных боев. Подымить здесь? Нет, учует.

Сам коптит как паровоз, а нюх тонкий. Заглянув по пути в столовую — успокоились, пьют мировую, — она пошла будто бы на кухню и, не зажигая света в коридоре, свернула к черному ходу.

На пустыре у змеестрельбища, едва различимый сквозь сетку в двери, темнел силуэт человека.

Татьяна примерзла к полу. В глазах еще плавали круги от люстр в столовой. Чуть погодя рассмотрела: силуэт был определенно женский. Отвернувшись от ветра, незнакомка чиркнула зажигалкой. Не скрывается.

Фу ты, Наташка!

Светлячок сигареты поплясал в воздухе и описал ровный круг. Татьяна, уже было собравшись окликнуть змееплемянницу, только по-рыбьи сглотнула воздух. Если бы не сегодняшний случай с бандитами… Она тогда стояла здесь же, в коридоре, а Змей — на месте Наташки, и это совпадение почему-то вызывало у нее страх. Чепуха, успокоила себя Татьяна.

Сигарета описала еще один круг.

Чувствуя себя полной дурой, Татьяна сковырнула туфли и начала подкрадываться к двери. В лунном свете поблескивали валявшиеся под насыпью пивные банки, по которым сегодня днем пуляли стрелки. Слабо светилось небо, перечеркнутое голыми ветками осин. И вдруг как ниоткуда в небе всплыла тень, показавшаяся Татьяне гигантской. Наташка оживленно засемафорила сигаретным огоньком, и тень бесшумно спрыгнула с насыпи. Ее не стало видно, только блестевшие банки как будто накрывало черным платком, потом они снова появлялись из темноты.

Не дыша, Татьяна подкралась к черному ходу. За сетчатой дверью ее не увидят, это проверено, в последний раз — сегодня утром. Наташкины фокусы не поддавались разумному объяснению. Знакомого привела? Тогда почему скрывает — хочет сделать сюрприз?

В проем двери вплыла рука и оттащила Наташку за косяк. Забубнил мужской голос.

— Ну и что же, что видно?! — огрызнулась Наташка. — Я покурить вышла. На, забирай. Когда вернешься?

Голос ответил коротко и невнятно.

— А пораньше нельзя? — спросила Наташка.

— Бу-бу.

— Мне же заночевать придется!

Ответа мужчины Татьяна опять не расслышала.

— Ну и ладно, тогда нажрусь, чтоб не так противно было, — решила Наташка и щелчком отправила сигарету в сторону насыпи.

Стараясь не топать, Татьяна побежала прочь, наткнулась на свои сброшенные туфли, громыхнула… Дверь у нее за спиной скрипнула, и по ногам ударило холодом..

— Ой, кто это? — вполне натурально испугалась Татьяна.

— Я. Ты что в темноте бродишь?

— Т-с-с… — Татьяна торопливо всовывала ноги в туфли, задники смялись. — Покурить иду. Зажигалка у тебя есть?

— Ты прям как маленькая, дядь Володю боишься.

В Наташкином голосе слышалось облегчение, и Татьяна окончательно поняла, что сюрпризом тут и не пахнет — во всяком случае, приятным для Змея. С кем она встречалась, кто заставлял ее прятаться, чтобы не заметили из коридора?! Мужская тень была здоровенная. Верзила, которого ранил Змей? Да нет, он еле уполз, сейчас отлеживается.

Ослепив Татьяну, вспыхнул огонек.

— Наташ, оставь зажигалку, я на улице покурю.

— Нет, я ее из рук не выпускаю. Завалится куда-нибудь, а она золотая, и к тому же подарок.

— Если что, позови меня, — попросила Татьяна, тычась в огонек сигаретой.

— Само собой. Конспигация, батенька, конспигация и еще раз конспигация, — прокартавила Наташка и ушла, оставив за собой ощутимый даже в сигаретном дыму сладкий запах духов.

На улице было холодно, и Татьяна осталась курить у двери, пуская дым через сетку. Поймала себя на том, что прячет сигарету в кулаке — боится: вдруг на огонек опять придет этот, «тень»?

Господи, что происходит в доме?! В какую историю вляпалась Наташка? Если бы не сегодняшнее появление бандитов, Татьяна остановилась бы на самом банальном объяснении: любовник. Наверное, с окрестных дач. Наташка гостила у Змея летом и вполне могла познакомиться.

Но после того, как у тебя в доме произошла натуральная перестрелка, начнешь подозревать родную маму. Кстати, надо написать маме.

Курить в темноте было неинтересно. Говорят, слепые не курят, потому что не видят дыма. Татьяна затянулась напоследок и отправила сигарету вслед за Наташкиной, еще дотлевавшей на земле умирающим светлячком. В голову опять полезла эта Вика, дрянь, провокаторша и разлучница. А Наташка? Надо присмотреть за ней, вот и все.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать