Жанр: Криминальный Детектив » Ольга Некрасова » Свои продают дороже (страница 36)


ЧАЙ ИЗ ЗМЕЕЧАШКИ

В истоках геронтофилии лежит отношение ребенка к взрослому человеку как к идеалу, образцу для подражания.

В школьные годы первая влюбленность, особенно у девушек, нередко направлена на учителя, артиста. Влечение к пожилым мужчинам иногда возникает у молодых женщин в процессе поиска адекватного партнера, что связано с неудачами сексуальных контактов со сверстниками.

Т. АГАРКОВА и др. Сексопатологи"


Татьяна. 26 ноября

Она сидела у Вики на кухонном диванчике и прихлебывала из чашки бульон. От королевы бала, какой должна была помнить ее Вика с юбилея, осталась одна прическа. Глаза ввалились, лицо бледное, из косметики только черный карандаш, а большой набор остался у Змея.

— Кушай, кушай. — Вика двумя вилками разбирала курицу и подкладывала ей кусочки белого мяса. — Может, бульон подогреть? Не остыл?

Татьяна жевала курицу, не чувствуя вкуса. Нос был заложен от слез.

— Говорит, что я ложки потаскала. А сам всегда:

«Чуть что со мной, хватай все ценное и уноси, чтобы спиногрызам не досталось!»

— Надо же! — непонятно чему обрадовалась Вика. — И мне так же говорил, слово в слово. Это из-за Игоря.

Был случай, еще до меня: Змей болел, а Игорь у него из дома что-то там увез, вступил в права наследования. Вот и пошло: Змей в госпиталь — я к отцу с полными сумками, змеедобро спасаю. — Вика порылась в кухонном столике, достала серебряную ложечку с витым черенком. — Вот, у меня одна с тех пор завалялась. Он этой не досчитался?

Татьяна благоразумно смолчала об украденных братом ложках.

— Точно, ее! А меня все время пилил!

— Забирай. Потом ему незаметно подложишь, скажешь, что обсчитался, и заставишь извиняться. Я всегда подарки требовала!

— Куда подложить?! Он же меня выгнал, — призналась Татьяна. — Так орал, из ружья стрелял!

— Ой, а то ты его не знаешь! Когда плохо себя чувствует, всегда орет, — засмеялась Вика. У нее этот груз давно спал с плеч, и теперь она вспоминала все с явным удовольствием.

Зазвонил кухонный, в тон холодильнику, телефон.

Вика взяла трубку.

— Дорр-рогая моя! Рр-рыбонька! — на всю кухню пророкотала мембрана.

— Наш. Из дома, — закрыв трубку ладонью, одними губами сообщила Вика. Она жила от Змея в трех кварталах.

— Викуся, когда придешь ко мне кофе пить?

— Ой, не скоро. Сережа сдает книжку, сидит день и ночь, — стрельнув на Татьяну глазами, ответила Вика, будто не допуская и мысли, что Змей может приглашать ее одну, без мужа.

— А на хрена нам Сережа?

Вот это Змей сказал зря.

— Подумай, — отрезала Вика и брякнула трубку.

— Чего он от тебя хочет? Он что, не понимает, что ты замужем?! — насела Татьяна.

— Он боится одиночества, — обезоруживающе ответила Вика.

Татьяна расплакалась. А Вика держала паузу. Поставила чайник, достала из застекленной полки чашку «мадонна». От сервиза, узнала Татьяна.

— Пей вот из его чашки. Он мне привез из Польши.

Называются «кочующие мадонны».

— Почему кочующие?

— Поссоримся, уйду к папе, а он привезет, кинет под дверью: мол, мне твоего не надо. Помиримся — я обратно тащу. А как стали разводиться, он опять привез этих «мадонн», Сергей мне говорит: «Чтоб ни единой вещи его в доме не осталось!» Эту я уже потом нашла у папы на даче.

Татьяна засмеялась: и она побегала туда-сюда с вещами.

— Ну вот видишь, а ты плачешь. Да интересно же с ним жить, интересно! На вот рулетика.

Чай из змеечашки был терпким и расслабляющим, маковый рулет таял во рту. А Вика — уютная и мягкая, со спокойным грудным голосом.

— Так что не переживай. Орет, с ружьем бегает — это информационный шум. Он так себя подзаводит, эмоции гоняет. А ты на нем одном не замыкайся. Если хочешь быть со Змеем, у тебя должен быть еще человек — для уверенности в себе.

— Изменять?! — Хотя Татьяна была и не чиста перед Змеем, но такое откровенное заявление ее изумило. Она посмотрела на Вику и встретила взгляд жесткий, почти как у Змея. А говорит вроде ласково! Ох непроста, ох не та она, кем прикидывается — домашняя женщина, пирожки печет! Похоже, многого от Змея набралась.

— Не изменять, а иметь еще жизнь, другую. Мужчины же разные. Один оценит, что ты всю себя ему отдаешь, а другой увидит в этом твою слабость, будет затаптывать.

Чтобы жить со Змеем, надо принимать его правила. Он же играет с женщиной, как кот с мышкой: убегаешь — он за тобой, сдаешься — проглотит.

— И как же ты с ним прожила пять лет? — «С такими мыслями», — хотелось добавить Татьяне, но это она оставила при себе.

— Научилась. А кто бы я была без него? Старая дева, замороченная? Ну, может, и не дева, но психологически и не настоящая женщина. Сидела бы, ждала принца своего распрекрасного. — Вика кивнула в сторону полки. Там за стекло была криво засунута фотокарточка, такая же, какую украла в редакции Татьяна: Сергей, Вика и Собака — все семейство.

— А что ж ты от него ушла?

— Они с отцом не смогли меня поделить. Отцу было одиноко после смерти мамы, я не могла его бросить, жила на два дома. А Змей скандалил. Когда папа заболел,. я первая как-то знала, что он умрет, еще до того, как сказали врачи. Он лежал в загородной больнице, в отдельной " палате, и мне поставили там кровать. А Змей стал показывать характер: приезжал, закатывал сцены, отца оскорблял, меня увозил, не давал мне с ним последние дни провести. Вот я и выбрала отца. Мужчины

приходят и уходят, а отец один.

Вика рассказывала легко — успела пережить. А Татьяну трясло.

— А дальше что было?

— Когда папа умер. Змей ко мне как ни в чем не бывало. И я вернулась. Страшно было одной. А когда у тебя нет никого из старших, так вообще чувствуешь край, знаешь, что твой черед следующий. Ты не представляешь, что это такое — когда вообще никого нет. У тебя же и родители, и брат.

— А Сергей?

— Сергей пришел и меня забрал.

— А ты, когда вернулась к Змею, ты простила? — разволновалась Татьяна.

— И ты прости. Я думала, что не смогу, но когда мыс Сергеем венчались, — а перед венчанием надо исповедаться, — Я все рассказала батюшке, и он сказал: «Не гневи душу, это грех. Сними грех, прости его. А он, твой бывший муж, потому тебе с отцом не помогал, что себя видел на его месте. Потому что сам смерти боится».

У Татьяны пробежали мурашки по спине.

— Когда ему плохо, он меня всегда за, руку держит, говорит: не уходи, мне страшно! Всю ночь с ним сижу, не сплю.

— Ну конечно, жалко его, — согласилась Вика.

И вообще, ты жена, обязана.

— Да какая я жена? Три раза до загса не доезжали, выдала свою тайну Татьяна.

— Да ты что! Так он с тобой не расписался?! — Было видно, что Вика возмутилась вполне искренне. — Женой называет! Пять лет живет и не расписался!

— Как к загсу подъезжать, так он скандал устраивает.

А последний год все брачный контракт составляет.

— А мне оставлял завещания, — оживилась Вика. — Хочешь, покажу?

Она вскочила и быстро вышла из кухни. У Татьяны было такое чувство, будто Змей вытворял все это не много лет назад, а совсем недавно и назло ей.

Завещаний оказалась целая пачка: «Нее мое движимое и недвижимое…», «…моей законной супруге…» — листки заполнены аккуратным Змеиным почерком, и подпись его, навороченная, с росчерками, такую не подделаешь.

— Так что же он, при разводе их обратно не потребовал? — чуть дыша, спросила Татьяна.

— Смеешься? Они же, как твой брачный контракт: пишет и не заверяет, пишет и не заверяет. А как поссоримся, я к папе уйду, он шлет по почте заказными письмами. Я всю эту кучу нашла только в прошлом году — папа их складывал, а я его стол долго не разбирала…

Кто-то сегодня ворожил Татьяне — то ли бог, то ли черт, то ли баба Паша. Не успела Вика достать из холодильника очередное свое кулинарное чудо, как в коридоре залаяла собака.

— Сережа! Гарик его шаги еще на лестнице слышит. — Вика торопливо сунула ей завещания. — Спрячь пока.

Сядь на них, что ли. А то Сережа этого не выносит.

Во входной двери завозились ключом, и Вика пошла встречать мужа. Пока супруги под лай собаки перешептывались в прихожей, Татьяна прибрала в сумочку одно завещание. Пачка от этого ничуть не уменьшилась. Если Змей писал по завещанию после каждого ухода Вики к отцу, то его жизнь с Татьяной можно считать образцом семейных отношений: у них-то это была первая по-настоящему крупная размолвка.

Дверь хлопнула, собачий лай сразу прекратился.

— Неси сюда, спрячем! — крикнула из коридора Вика. — Скорее, я их на минутку отправила пописать.

Выйдя в коридор, Татьяна застала свою то ли соперницу, то ли соратницу в позе кариатиды: на голову ей сползали книги из распахнутых антресолей в стенном шкафу, а Вика макушкой и руками сдерживала напор.

— Достать-то было легко… — виновато сказала она. — Помогай. Возьми за дверью стремянку… Да не за этой дверью, а вон там! — Вика неосторожно дернула рукой, и книги посыпались.

Обратно их метали, как комсомольцы на ударной стройке во время киносъемок. «Фейнмановские лекции по физике», тома «Физической энциклопедии»… Судя по всему, книги принадлежали покойному Викиному отцу.

Стопку завещаний она засунула в самую нижнюю — толстенный том «Ядерной физики». Татьяна не сомневалась, что там завещания и будут похоронены еще на много лет.

Когда Сергей вернулся, они чинно сидели на кухне за чаем. У Вики поперек лба остался предательский грязный мазок — утирала пот рукой. Татьяна исподтишка посмотрела на свои руки. Тоже грязные…

Встреча обошлась без щекотливых моментов. Сергей, оказывается, успел напечатать интервью со Змеем и визит литературной секретаря в редакцию воспринял как самое обычное дело: зашла газету попросить. А в том, что заходила именно Татьяна, он и не сомневался — имел вещественное доказательство.

— Признавайтесь, Таня, что вы сделали с Ветровым? — сказал он, отдавая ей рисунок маленького Пушкина. — Во-первых, Львович сроду так хорошо не писал портреты — он шрифтовик, дизайнер. А во-вторых, спит и видит, как бы прокатить вас на своей «Альфа-Ромео».

Вика схватила рисунок, заахала, затормошила Татьяну:

— Вот тебе и за страдания награда! Ты с этим Ромео водись, он золотой человек!

Она явно хотела напомнить о своих разговорчиках про «еще жизнь», «другую жизнь» — дескать, не теряйся.

— Я пойду, — нейтральным тоном сказала Татьяна.

С поправкой на то, что их слышал Викин муж, это должно было означать: «Да иди ты со своими намеками!» — Восьмой час, пока дождешься электрички…



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать