Жанр: Современные Любовные Романы » Елена Лагутина » Хранящие тепло (страница 37)


В этот момент в комнате появилась Жанна. Она вошла, как обычно, тихо, словно мышка, присела на краешек кресла и устремила задумчивый взгляд на Дениса. Он едва не зарычал, увидев ее.

— Чего тебе? — грубо спросил он, чувствуя, что сейчас снова сорвется, начнет кричать на нее и подавляя настойчивые мысли о том, что Жанна, собственно, перед ним ни в чем не виновата. В сложившейся ситуации виноват он сам, только он один и больше никто.

— Послушай, я же вижу… Что-то с тобой творится.

— Что со мной творится? Поставь диагноз! Только с каких это пор у тебя обнаружились способности психолога?

— Денис, я же не железная. Я ведь тоже человек, и у меня… У меня тоже могут быть какие-то чувства, ты так не считаешь?

— Какие чувства, Жанна? О чем ты говоришь? — он с трудом подавил усмешку.

— О чувствах, — тихо, но настойчиво повторила она. — Как ты думаешь, почему я здесь?

— Почему ты здесь? — повторил он, словно не понимая смысла вопроса, который сам задавал себе уже сто раз, но так и не находил на него ответа. — На самом деле, Жанна, почему ты здесь?

— А почему бы тебе самому не попытаться ответить на этот вопрос, Денис? Неужели это так просто — понять? Ты ведь знаешь, я не из общества Красного Креста, я вообще ни к каким благотворительным организациям не отношусь. И в отряде по спасению утопающих тоже не числюсь, и…

— Что ты несешь? — оборвал он Жанну, совершенно взбешенный ее неизвестно откуда взявшимся сарказмом.

— Или ты думаешь, — продолжала она, — что я испытываю огромное наслаждение, находясь рядом с человеком, которой только и делает, что скорбит о своей потерянной любви? Что я совсем не чувствую унижения, понимая, что ты меня просто используешь? От того, что, ложась со мной в постель, целуя меня, ты думаешь о другой и представляешь себе — ее, другую?

— Жанна! — Денис просто опешил. Ему всегда казалось, что между ними существует негласный договор, святой договор, запрещающий вспоминать то время, когда они «играли»… Это был удар ниже пояса.

— Что — Жанна? — в ее глаза блестели слезы, но голос был по-прежнему тихим. Еще ни разу еще Жанна не позволяла себе повышать голос в присутствии Дениса, не случилось этого и теперь. — Неужели ты не понимаешь, что я ни за что в жизни, ни одного дня, ни минуты не стала бы всего этого терпеть, если бы… Если бы тебя не любила!

Денис был просто ошарашен этими словами. Это казалось невозможным и диким, но, услышав ее слова, он вдруг понял, что она ему не врет. На самом деле, ни один нормальный человек не стал бы терпеть всего того, что вытерпела Жанна за это время, если бы… Но мысль о том, что Жанна, вечно покорная, тихая, почти незаметная Жанна, которая так часто казалась ему всего лишь привычной деталью интерьера — может просто любить его, испытывать к нему чувство, вполне естественное для женщины по отношению к мужчине… Эта мысль почему-то никогда не приходила ему в голову. Он просто представить себе не мог, что его можно любить. И теперь, в считанные минуты прокрутив в голове прошедшие дни их совместной жизни — свои пьяные недели, мучительный период выздоровления, постоянные мысли о Саше, которые он и не пытался скрыть от Жанны — представив все это, он снова подумал, что его нельзя любить. Это невозможно, нереально, это просто глупо, и тем не менее…

В тот момент, взглянув на Жанну, он увидел в ее глазах что-то такое, чего никогда не видел, или просто не замечал раньше.

— Меня нельзя любить, — выдавил он изменившимся голосом. — Ты ошибаешься. Ты все придумала, Жанна…

Ему было искренне жаль ее. Он был растерян от того, что все так получилось, что эта сумасшедшая, совсем молоденькая девчонка влюбилась в него, не спросив у него разрешения. Он был для нее совсем старик — дело было не в возрасте, а в пережитом. Она не могла, просто не имела права этого не увидеть…

— Жанна…

Он хотел сказать ей все, о чем только что подумал, но она, внезапно сорвавшись со своего места, подлетела к нему, поднялась на цыпочки и крепко обхватив руками за шею, спрятала лицо у него на груди.

— Прости меня. Прости меня пожалуйста, Денис, — горячо шептала она, не поднимая лица. — Я виновата перед тобой…

— О чем ты, Жанна? — он стоял, не двигаясь, руки висели, как плети — даже обнять Жанну, прижать к себе, просто прикоснуться — не было сил.

— Прости меня, — снова повторила она. — Наверное, я на самом деле глупая, но я ничего не могу с собой поделать. Я не могу, просто не могу без тебя жить…

В тот момент он даже представить себе не мог, что каждое свое слово, каждый вздох Жанна просчитала заранее — впрочем, как и любое свое действие, прокрутила в голове и проанализировала все возможные ходы и выходы из этого лабиринта. Он не понимал, за что она просит прощения, жалел ее и злился на себя.

— Я тебе не сказала. Тогда, в тот день… — Жанна разомкнула руки и как-то неловко, по детски вытерла слезы рукавом. Потом отступила на несколько шагов и снова опустилась в кресло. — В тот день, в первый день, когда ты спал, к тебе приходила… девушка.

— Когда я спал… Девушка? — повторил Денис, словно не понимая смысла сказанных слов.

— Да, в тот день… Прости меня, Денис. Я…

— Какая? Какая девушка, Жанна? О ком ты говоришь? — теперь, осознав, что имеет в виду Жанна, Денис начал понимать, насколько важны для него ее слова.

— Девушка, — снова повторила Жанна, как будто ей нечего было добавить.

— Да какая, черт возьми, девушка? Какая она была, Жанна? Что

она сказала? — Денис бесился от того, что она его не понимает.

— Она была…

— Какое у нее было лицо? — не выдержав затянувшейся паузы, снова сорвался Денис. — Лицо, скажи, какое у нее было лицо? Ты что-нибудь заметила?

— Лицо? Обыкновенное лицо… Ну, серые глаза. Я ничего не заметила, — растерянно проговорила Жанна, впервые за долгое время начиная чувствовать, что ситуация уходит из под контроля: она не понимала смысл заданного вопроса, но догадывалась, что ее ответ имеет огромное значение для Дениса.

— Обыкновенное лицо, — повторил Денис, пытаясь взять себя в руки. — Серые глаза. Ничего не заметила. Значит… Что она сказала?

— Она хотела тебя видеть, но ты спал… Я не стала тебя будить. Но не потому, что не хотела будить, — Жанна говорила сбивчиво, невнятно, не глядя в глаза. — Я просто… Я нарочно. Я нарочно не стала тебя будить, а она больше ничего не сказала, ушла. Я нарочно. Прости меня, пожалуйста…

— Жанна, — простонал Денис и бессильно рухнул на диван, — Жанна…

Он просто задыхался от собственной беспомощности. Теперь, после того, что он узнал от Жанны, совершенно бессмысленным казалось идти к Кристине и пытаться убедить ее в том, что Жанна — «всего лишь островок». Она сама, своими глазами уже два раза видела Жанну, и сегодняшняя встреча стала для нее, наверное, только еще одним доказательством… Возможно, именно в этом и крылась причина поспешного Сашиного отъезда? Он зажмурил глаза: ему хотелось убить Жанну, задушить, разорвать на части.

— Прости меня, пожалуйста. Я знаю, что поступила гадко. Прости, если сможешь…

Он обернулся на звук ее голоса, чувствуя, что сейчас не выдержит, набросится на нее, ударит. Жанна сидела, низко опустив голову, стиснув колени, сцепив в замок побелевшие пальцы. Потом она подняла на него глаза, припухшие и покрасневшие от слез:

— Я, наверное, просто сошла с ума… Я так хотела удержать тебя. Так хотела быть с тобой. Так хотела… И сейчас — хочу. Больше всего на свете хочу быть рядом с тобой. Прости меня, пожалуйста…

Отвернувшись к стене, он с трудом подавил стон, почти сорвавшийся с губ. Наверное, именно в тот момент он и сдался окончательно, как-то по-особенному остро ощутив полную бессмысленность прошлого, настоящего и будущего.


После четвертой распитой на двоих бутылки пива разговор снова вернулся к той же теме. Федор, по-стариковски крякнув, вылил остатки пива в свой бокал, отодрал кусок от спинки сушеной воблы и задумчиво произнес:

— Странные они все-таки существа, женщины. Приходят, когда их не зовешь, уходят, когда их никто не гонит. Как кошки — гуляю сами по себе.

Денис почувствовал двусмысленность интонации и сразу догадался, о чем говорит Федор:

— Ты все не веришь! Но ведь на самом деле, так и было. Она пришла сама, и ушла — сама. Я ее не выгонял. По крайней мере, в тот вечер. Все было нормально, тихо, спокойно. Буднично так, знаешь. А она собрала свои вещи и ушла.

— И ничего не сказала? — Федор с недоверием смотрел на приятеля. Ему почему-то до сих пор не верилось, что эта «кошка», так цепко ухватившая Дениса своими коготками, в один прекрасный момент просто сдалась без боя. Отношения у Федора и Жанны не сложились с первого дня встречи — оба чувствовали взаимную неприязнь, оба словно вели негласную борьбу за Дениса. Федора в создавшейся ситуации больше всего бесила мысль о том, что эту борьбу он проигрывает — одно сражение за другим.

— Сказала. Сказала, что она устала. И попрощалась. Знаешь, она, наверное, на самом деле устала от моих бесконечных приступов тоски, от моего равнодушия. Да что это ты сегодня, Федор, все об этом? Я же тебе уже рассказывал, как она ушла. Почему ты сегодня так настойчиво о ней вспоминаешь?

— А потому что я ее видел, — с видимым нежеланием Федор все же ответил на вопрос.

— Видел? — равнодушно спросил Денис, чувствуя, что внутри него ничто не шевельнулось при этих словах. Ничего другого и не следовало ожидать — она ушла из его жизни в тот момент, когда ушла из его квартиры. Собственно, в его жизни, наверное, так и не нашлось места для Жанны. Поэтому она и ушла, спустя год отчаянной борьбы поняв простую истину — насильно мил не будешь.

— Видел, — кивнул Федор. — Я по улице шел, машина к обочине свернула… Шикарный такой «джип». И выпорхнула из него — твоя птичка. Я ее сразу узнал, она и не изменилась почти за эти четыре года. Такая же… И мужичонка ведет ее под ручку — бережно так, знаешь… Лысый такой, лет под пятьдесят.

Денис от души рассмеялся:

— Эх, Жанна! Лысый, говоришь, лет под пятьдесят? Да это Аркаша.

— То есть? — не понял Федор. — Ты его тоже знаешь?

— Так, заочно. В последние несколько месяцев ей, видать, совсем тяжело со мной стало. Мне иногда, Федор, жалко ее бывает. Сколько она со мной мучалась, и в результате только и получила, что год жизни с бесчувственным бревном. Вот она мне тогда и рассказала про этого Аркашу, — Денис усмехнулся, — даже про его лысину. Не знаю, может, ревность во мне хотела разбудить? Да только откуда ревность возьмется, если нет любви?



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать