Жанр: Детектив » Ольга Играева » Две дамы и король (страница 10)


Помнится, в диск-жокеи он наметил другую — длинноногую Ирку-блондинку: на ту изголодавшаяся по свободе припадочная дискотечная молодежь, особенно мужеска пола, слеталась бы как на мед и от рампы не отлипала бы. Но красавица оказалась размазней — вела танцульки без всякого разнообразия, с заторможенным лицом, к тому же то опоздает, то роман закрутит. Губин попробовал на нее орать матом, как это у него было принято, но добился только того, что та распустила губы и заныла: "Ы-ы-ы!

Ну, Сергей Борисович, ну что вы на меня кричите, ну, я не виновата…" Больше никакого толку от этой куклы добиться было нельзя, и Губин махнул на нее рукой. Когда еще раз попытался вправить Ирке мозги, вдруг заметил, что рядом с кулисой — он распекал Ирку на сцене — безмолвно и терпеливо стоит серенькая мышка. Помалкивает, ничего не предлагает, стоит скромненько — и все.

Скромницей она, как потом оказалась, была той еще. Впоследствии выяснилось, что как раз в это время она решила жилищный вопрос. Приехала она в свое время в Москву из провинции и сразу поняла, как остаться в прекрасной столице: отыскала через знакомых какого-то разведенного алкаша с пропиской в коммуналке, которому предложила фиктивный брак. Алкаш на фиктивный не согласился, зато согласился на настоящий, за пять тысяч рублей — тех еще, советских. Лиза из своих провинциальных родственников последнюю копейку вытрясла и стала законной москвичкой. А через полтора года, когда подала на развод и стала претендовать на жилплощадь, ей в жэке намекнули, мол, брак-то слишком того, скоротечный, похож на фиктивный и трех лет не продлился… Но Лиза выхватила из сумочки справку и заорала, размахивая ею перед носом жэковской стервы:

«Что такое? Как это фиктивный? Да я уже аборт делала!» Кстати, справка об аборте была подлинной.

Аборт действительно был и действительно от законного алкаша — вот так-то!

Добиваясь желанного места диск-жокейши, Лиза пару недель безмолвно ходила за Губиным по пятам.

И однажды вызвала его за пыльный задник на сцене, на которой уже устанавливали оборудование и проводили пробу микрофона, и попыталась с ним договориться по-деловому. Они беседовали под гулкие «Раз-два-три! Проверка микрофона! Еще раз! Раз-два-три…» Там она прямым текстом и сказала, чего ей надо. Он из-за этих «Раз! Два!» не расслышал, переспросил. Она не ответила — лишь взглянула в упор и так и смотрела, не отводя глаз… Ее «гнусное предложение», как сказала бы героиня из романа Достоевского, вызвало в нем приступ веселья — она думает, он совсем дешевка, чтобы кидаться на кого ни попадя, собирать этот грошовый гонорар? Впрочем, не удержался, обшарил ее хоро-о-ошим мужским взглядом и… Место досталось Лизе даром — ввиду стремления.

Да уж Лиза! Человек работал над собой прямо по совету Микеланджело — отсекал все лишнее, а недостаточное наращивал. Через каких-нибудь полгода он ее уже не узнал — нет серенькой мышки, как не бывало. На глазах — ярко-синие контактные линзы, вместо дурацкого каре цвета пыльных ботинок — воронова крыла вертикальная химия до пояса. Он потом спрашивал ее товарок, как это у нее за пару дней волосы из коротких превратились в длинные.

Оказалось, это вовсе не парик, как кто-нибудь примитивный мог подумать, — есть такая специальная техника наращивания волос с помощью шиньона.

С бюстом уже даже ребенок знает, что делать, — силиконовый имплантант.

Через полгода она эту дискотеку в кулачке держала. А сегодня наша деточка — президент одного из трех крупнейших рекламных агентств страны и владелица музыкального продюсерского центра. Третьего мужа недавно приобрела…

Много лет Губин с ней не пересекался по жизни — не то чтобы не о чем было поговорить, а как-то не приходилось. У него ведь тоже бизнес не хилый.

В последние два года дело сильно разрослось — Губин перестал ютиться в съемных офисах, а купил здание в центре Москвы, оно принадлежало тому самому издательству, которое он прибрал к рукам. Перетащил туда все свои конторы и свежеприобретенную «Политику». Когда он по утрам из дому от Киры ехал на «мерее» с шофером в свою штаб-квартиру, ему представлялось, что только сейчас он и начинает по-настоящему жить. Долги, конечно, после покупки здания остались огромные, но он не любил о них думать. Он любил думать о том, что он скоро реорганизует издательство, привлечет инвесторов для развития «Политики», выйдет со своим брачным журналом на международный рынок — у него такие планы! Он любил думать о том, что все еще впереди.


Во вторник вечером на Колю Щетинина обрушился удар судьбы. Он стоял перед прилавком совершенно ошарашенный, шевеля губами, и никак не мог понять, что происходит. Бутылка самой дешевой водки еще пару дней назад стоила здесь пятьдесят два рубля, теперь над ней же, той же самой! — висел ценник с цифрой 55. Коля заглянул в свой кулак и пересчитал деньги — ровно пятьдесят два. Пятьдесят купюрами плюс два рубля монетой. Он еще раз поднял глаза на ценник, а потом снова пересчитал — все те же пятьдесят два. Коля разглаживал купюры, еще раз пересчитывал, но ничего не менялось — все равно не хватало трех рублей.

Жена ушла на сутки, дети Коли отправлены на каникулы к теще, перспектива провести прекрасный вечер за бутылкой рушилась на глазах из-за чьей-то чудовищной несправедливости. Никакого иного плана, как провести вечер перед выходным, у Коли в запасе не было и быть не могло. Коля Щетинин, обнаружив новые привходящие обстоятельства,

перестроиться, как это сделали бы многие, никак не мог.

Вечер с бутылкой должен был состояться — требовалось только найти способ. Но голова из-за волнения и ужаса остаться без «допинга» не работала совсем.

— Э-э-э, — обратился Коля к продавщице.

Девицы в этом частном магазинчике были молодые и ретивые, что для Колиных целей не подходило.

Какая-нибудь грустная, все на свете испытавшая и повидавшая «теть Маша» легче поняла бы печаль Щетинина. Но выбирать не приходилось — в этом магазинчике, торгующем рядом с домом круглосуточно, спиртное было самое дешевое в округе.

— Мне это… — Коля ткнул пальцем в бутылку и выложил на прилавок мятые десятки и мелочь.

Молодая деваха пересчитала деньги и отодвинула их в сторону Коли:

— Еще три рубля.

— Эта… Ну, поверьте три рубля, завтра принесу.

Я не думал… У вас тут… Еще недавно 52 стоило. Поверьте три рубля, завтра… Ну, поверьте… — монотонно забормотал Коля.

Но девка глядела поверх его головы и никак не реагировала. Потом повернулась и последовала в другой отдел. Щетинин пошел за ней, стукаясь о прилавок и повторяя: «Поверьте три рубля…»

Некоторое время они таким образом путешествовали вокруг торгового зала — Коля мычал свое, деваха с презрительной мордой его игнорировала. Коле хотелось взорваться, обложить ее матом, разбить ей прилавок, но он знал по опыту, что будет еще хуже и тогда уж никакой бутылки не видать.

— Иди отсюда! — вдруг заорала девица, которой все это надоело. — Покупателей мешаешь обслуживать! Так тебя растак!

Она выскочила из-за прилавка и угрожающе направилась к Щетинину. Коля ретировался за дверь.

Теперь он стоял на крыльце под магазинным козырьком, выглядывал оттуда в торговый зал и продолжал взывать к милосердию продавщицы: «Ну, поверьте три рубля!..» Наверное, вот так под дверями магазина он простоял бы всю ночь, если бы не случай.

— Чо, не хватает? — раздался голос рядом с Колей.

Коля с готовностью обернулся. Рядом с ним остановился какой-то мужик, одетый обыкновенно — брюки, рубашка, куртка, но чисто и аккуратно. За версту было видно — у такого есть не только три рубля.

— Слышь, мужик, — засуетился Коля, боясь спугнуть удачу, — у них тут бутылка еще вчера стоила 52, а сегодня — 55. Три рубля не хватает… И поверить не хотят, стервы… Я тут всегда… А они поверить не хотят…

— Ладно, — сказал тот лениво. — Местный, что ли?

— Да я тут живу, в этом подъезде… Три рубля поверить не хотят… Стервы… Вчера еще 52 было, а сегодня… — продолжал осторожно оживляться Коля.

— Добавлю, — бросил мужик. — Дома-то у тебя есть чем закусить?

Щетинин замялся, пытаясь вспомнить содержимое собственного холодильника.

— Вроде сырок был плавленый…

— Ясно, — проронил мордатый. — Я куплю чего-нибудь. Давай иди к себе, я отоварюсь — и через пять минут у тебя. Номер квартиры какой?

— Эта… — Коля назвал номер, но от двери не отступил. — Я подожду, помогу донести…

Он мысленно приготовился принять в объятия бутылку. Не мог уйти.

— Иди, иди, — подтолкнул мужик. — Не отсвечивай здесь. Приду, не обману. Иди, а то передумаю.

После этих слов Колю от дверей магазина как ветром сдуло. Он бросился к подъезду, дрожа от нетерпения. Молодое, но уже землистое, одутловатое его лицо, прорезанное морщинами, все дергалось. Он сосредоточенно пытался вспомнить, куда жена поставила чистые стаканы. Не вспомнил. «Ничего, на месте разберусь, найдется чего-нибудь. Хороший человек, золотая душа… Что-то я его раньше не встречал. Хорошо бы две взял. „Стрелецкой“ там или „Завалинки“… Кирюху надо позвать с седьмого этажа, если мужик не против. Везуха! А эти… Стервы… Три рубля не могут поверить…» Но душа Коли все равно уже пела в ожидании выпивки.


Ближе к двенадцати в комнатах притушили свет, оставив гореть только светильники на полу и стенах.

В гостиной топтались пары. А одна пара, видимо, в молодости баловавшаяся профессиональными танцами, выдавала под восторженные вопли окружающих какое-то немыслимое попурри из всех существующих на свете па. В данный момент они выполняли нечто из рок-н-ролла. Перед носом Киры просвистела шелковая юбка дамы и совершенно невообразимым образом пролетел, задев прядь Кириных волос, ее острый каблук. Кажется, это было сальто.

— Не повышайте мне бытовой травматизм! — возопила хозяйка дома, лучшая подруга Тая.

Про травматизм — это у нее профессиональное, Тая — классный невропатолог. Сегодня она была именинница и уже хорошенько разогрелась по поводу славного события. Нехуденькая Тая кинулась в гущу танцующих, стремясь разбить опасную для окружающих пару, а может быть, вздумала вместе с чужим партнером продемонстрировать головокружительный кульбит уже в собственном исполнении.

Выпив, лучшая подруга становилась лихорадочно весела.

Кира сидела с бокалом шабли в кресле и ждала, когда приедет Сергей. Она не могла отделаться от ощущения, что сегодня что-то не так. «Ну, что же, что?» — спрашивала она себя и не находила ответа.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать