Жанр: Детектив » Ольга Играева » Две дамы и король (страница 7)


— Сука! Он еще мне угрожает! Да если бы не я тогда, спивался бы он сейчас в своей Макеевке, гнил бы заживо… Кто бы его без меня в райком комсомола взял, е-ка-лэ-мэ-нэ! — прорвало его.

Окунувшись в привычную атмосферу мата, Губин почувствовал себя лучше. Ему не надо было подбирать слова, чтобы выразить сокровенные мысли Козлову, — привычные словосочетания лились из него рекой и при всем малом разнообразии форм объясняли Козлову все обстоятельства проблемы предельно исчерпывающе. Эмоциональность всегда спасала Губина — матерясь, он не только давал выход душившему его чувству возмущения, но и с каждым произнесенным грубым словом все больше избавлялся от сомнений в собственной правоте. Губин горячился, заводился, распалялся и все убедительнее, казалось ему, оправдывал себя и обвинял Булыгина.

Десять минут чистого мата Козлов выслушал, не пытаясь прерывать Губина. Когда он сделал передышку, Козлов заговорил:

— Сергей, не обманывай себя. Договориться с Булыгиным не получится.

— Может, надавить на него, припугнуть? Дать ему несколько тысяч в зубы — и пусть отваливает и радуется, что остался цел?

— Отпускать его опасно — слишком он в нашей кухне разбирается. Может предложить услуги кому не надо. У меня есть информация, что он уже искал контакты с ребятами Изяславского. Потом, ты же знаешь — он унесет с собой все связи, все наработки, всю клиентуру. Даже ты не можешь сказать наверняка, с кем он работал. Откроет собственную фирму — скажем, «Пресс-сервис-2» — закон не запрещает.

Перехватит фирменное наименование, весь рынок нам поломает… Фирму сохранишь при себе, да все двери перед ней будут закрыты. Придушат фирмочку, разорят.

— С Изяславским? Ты шутишь? — Губин опешил.

Изяславский был известной в городе личностью, с которым Губину связываться не хотелось бы. Дела-а-а…

Когда это случилось, как все перевернулось с ног на голову? Когда классный парень Миша Булыгин, которому он всегда сочувствовал и покровительствовал, вдруг превратился в его врага? Губин задохнулся от злобы. Все жадность заедает. Все честолюбие покоя не дает, блин! Но ведь можно поговорить о том, чтобы взять Булыгина в долю, — Губин это предлагал.

Нет, Мишка возомнил, что уже может ставить ему условия: или все, или… опять-таки все. Без вариантов, на меньшее он не согласен.

Для Губина деньги не были главным — он верил, что принадлежит к числу тех, кто способен все потерять, а на следующий день все вернуть и кто ловит кайф как раз от этих «американских горок». Своим презрением к деньгам Губин гордился, не сознавая, что

были в этом презрении те самые дешевые понты, не присущие людям со вкусом и стилем. Он уверял себя, что главными его богами были успех и власть — вот чему он молился и поклонялся. Переживание успеха и ощущение власти над другими — это не сравнится ни с какими бабками, потому что сорвать куш, бабок наворовать может любой квадратноголовый дебил, не обремененный моральными предрассудками. А развернуть свое дело, сделать так, чтобы с тобой считались, чтобы приняли за своего, — тут денег не достаточно, да и не помогут они, если мозгов нет.

Нужны чутье к успеху и талант к власти.

Зачем, ради чего из-за какого-то гнуса Булыгина он должен брать грех на душу — а иначе никак нельзя? Ведь мы в цивилизованном мире живем — неужели нет никакого выхода, кроме «или я его, или он — меня»? Что за хренотень такая!..

— Почему ты не сказал про Изяславского раньше? — нахмурившись, обратился Губин к Козлову. — Это меняет дело.

— Там ничего определенного — так сказать, вменить Булыгину пока нечего. Одни подозрения… Не хотел тебя попусту тревожить.

— В следующий раз говори сразу. Там, где Изяславский, пустых хлопот не бывает… Ах, Булыгин, ну, Булыгин! Удивил. Почему я должен это терпеть?

Если позволить всякому гаденышу тебе угрожать… — продолжал распаляться Губин.

— Сергей, Булыгина надо убирать, — без всякого трепета произнес Козлов.

Губин по-прежнему стоял у окна, курил и молчал, уставившись в какую-то точку вдалеке. Он приготовился к этим словам и заранее смирился с ними. Он про себя усмехнулся — Козлов даже не догадывается, насколько он, Губин, уже свыкся с этой мыслью.

Впервые подумал об этом еще полгода назад после первого тяжелого разговора с Булыгиным и с тех пор время от времени к этой мысли возвращался. Губин ждал, что Козлов это скажет, хотел это услышать.

— Не беспокойся, Сергей, мы обо всем позаботимся, тебе не придется предпринимать ровным счетом ничего, — продолжил Козлов.

— Почему ты это делаешь? — после паузы спросил Губин, он все еще смотрел в окно.

— Я очень хороший работник высокой квалификации — по определению. Ничего не могу с этим поделать, — серьезно ответил Козлов. — И пока я работаю у тебя.

«И все-таки слишком большая услуга…» — подумал Губин, но вслух сказал другое:

— Буду твоим должником.

— Не бери в голову. Сочтемся, — отстраненно проговорил Козлов.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать