Жанр: Русская Классика » Александр Найденов » Мой венок (страница 3)


-  Вы знаете, Лидия Сергеевна, меня всегда очень смущает мысль, что все бандиты когда-то ими не были... Хорошо. Я к вам пришлю лейтенанта Петренко: он у нас большой мастер читать лекции.

-  Спасибо... Признаться, в этом деле угнетает еще и то, что даже венки на могилу девочки не знаем куда положить.- Вздохнула директор.

-  Скажите, Лидия Сергеевна,- машинально спросил я,- это по вашей специальности: слово "венок" происходит случайно не от слова- "вина"?

Лидия Сергеевна энергично встала из-за директорского стола, вынула с книжной полки справочник, поглядела в него и сказала: - Вы знаете, в словаре Даля, оказывается, вообще нет этого слова, но я думаю, что это происходит от слова "венчик", "венец".- Она задумалась и произнесла: - Вы только послушайте, как это красиво звучит: подвенечное...

Виталий Юлианович не заставил два раза себя приглашать: через два дня ровно в девять часов он сидел у нас в кабинете. Он был рад, что органы правопорядка наконец-то обратились к нему, потому что способствовать обществу очистить себя от преступников - есть святая обязанность каждого гражданина, тем более такого, кому от бога вручен какой-либо талант - это все не мои фразы, а господина Соколова.

-  Очень доволен, Виталий Юлианович, что мы сразу нашли с вами взаимопонимание,- сказал я,- У нас иногда бывают моменты, в которые заговоришь не то что с ясновидящим, а хочется сказать несколько слов напрямую богу. Надеюсь, что ваши способности нам помогут в наших проблемах. Если вы не будете против, давайте проведем эксперимент: я ознакомлю вас с материалами из наших дел, а вы выскажите по ним ваши заключения. Мой помощник Петренко будет вести протокол.

Конечно, Соколов был не против. Я с него взял слово, что он кое-какие происшествия, о которых узнает у нас, не станет нигде упоминать, в свою очередь он у нас попросил: -...Я прошу у вас разрешения использовать результаты тех опытов, которые вы мне разрешите разгласить,- в качестве примеров на моих сеансах, и прошу вас сделать для меня выборку таких опытов из этого протокола, подписанную вами и Петренко.

Нечего было возразить - и я согласился. Таким образом, расставив все точки над "и", мы приступили к нашим испытаниям. Я достал из сейфа и разложил перед Соколовым на столе полиэтиленовые пакетики с вещественными уликами по одному, уже раскрытому мною делу. В первом пакете была заколка для волос и "невидимки", в другом - кухонный нож, в третьем был помятый окурок со следами губной помады на нем. Виталий Юлианович вынул из кармана свои огромные очки, одел их и предупредив, чтобы мы не мешали ему минут пять, начал не отрываясь смотреть на эти пакеты. Он сидел неподвижно, выглядел чрезвычайно сосредоточенным и я заметил, что он не моргает. Мой помощник склонился над протоколом, пока не записывал ничего, и, набычившись, ухмылялся.

Я приготовил для показа экстрасенсу вещи по четырем делам, нарочно чередуя завершенные с теми, по которым еще шла работа, в расчете на то, что Соколов нас быть может - а чем черт не шутит - наведет на какую-нибудь мысль, по раскрытым же делам можно будет сразу оценить, насколько стоит доверять его сведениям.

Прошло между тем уже не пять минут, а все десять, я позволил себе ясновидящего прервать: - Виталий Юлианович,- сказал я,- может быть, пока хватит? Если вы что-то узнали, давайте это запишем.

Соколов очнулся, посмотрел на меня, как будто не сразу соображая, где он находится, и пробормотал: Да, да.

-  Что вы нам можете об этом сказать?- спросил я у него.

-  Кажется, эти предметы связаны с каким-то убийством,- сказал Соколов,- я видел на ноже кровь, вернее - он валялся в луже крови, на полу и пол был покрыт линолеумом, рядом с лужей лежал человек, мужчина примерно 25 лет, черноволосый.  Я видел очень отчетливо, какое у него лицо, вся эта кровь вытекла из него...

-  Так, дальше,- поторопил я.

-  Когда я посмотрел на заколку, я увидел, как к волосам женщины тянутся мужские руки, хватают за волосы, и даже я почувствовал боль, но лицо женщины я не разглядел - вы меня отвлекли, и того, кто ее обидел я тоже не видел.

-  Это - все?

-  Да... Что вы на это мне скажете?

-  Ну что ж, не так плохо. Вы не смогли бы теперь посмотреть, что там произошло: кто схватил кого, кто был зачинщиком и кто ударил этого человека ножем?

-  Товарищ следователь, вы немного меня недопоняли,- сказал Виталий Юлианович,- ведь я смотрю не в окно - я считываю информацию, которая записана на этих вещах, и от меня нисколько не зависит, что на них запечатлено, а что - нет: это как бы магнитный оттиск биополя людей, которое они излучали. Очень сильные эмоции обычно записываются на окружающие предметы - страх, боль,- я их могу считать более или менее подробно, но дополнить, к сожалению - не могу.

-  Хорошо,- сказал я,- теперь можете послушать, что там случилось.

Я открыл папку с уголовным делом и прочитал Соколову: - Первого мая на некой квартире собрались, чтобы отметить праздник две пары, не важно как именно их зовут, назовем их, скажем: А, В, С и Д,- все четверо не замужем и не женаты. После распития спиртных напитков, дамы А и В между собой поссорились и у них началась драка, гражданин С, по его словам, пытался сцепившихся дам разнять,- вы это, наверно, и видели; после чего молодые люди также между собой подрались. Наконец, одна пара, рассердившись на негостеприимных хозяев, ушла. По дороге они подумали, что надо вернуться,

чтобы забрать не выпитую водку, которую они к началу застолья с собой приносили. Женщина осталась на улице, мужчина зашел в квартиру, потребовал свою водку, хозяин стал его выталкивать обратно, опять началась потасовка, из кухни выбежала сожительница хозяина квартиры - дама А,- с кухонным ножом в руке, которым она, как она утверждает, на кухне резала хлеб. Гость, заметив этот нож, решил, что она бежит его убивать, ему удалось выбить нож ногой из рук женщины, после чего он сам овладел им и ударил этим ножом хозяина - гражданина Д. Вот что у них там произошло.

-  Ну и как вы расцениваете мой рассказ?- осторожно поинтересовался ясновидящий.

-  Как вам сказать... Детали вы увидели: линолеум, нож,.. но полной картины преступления, к сожалению, не дали...

-  Товарищ следователь, это не от меня зависит.

-  Да, да - я понял. Давайте, если не возражаете, посмотрим материалы по другому делу.  Я разложил перед Соколовым новые предметы и мы опять на десять минут замолчали.

Про этот опыт говорить я не стану, так же как не стану и давать оценку нашему экстрасенсу в этом опыте - это дело доводил до конца уже не я, а другой следователь, и я не владею по нему всей информацией, на тот момент оно было еще в работе.

На третьем сеансе Виталий Юлианович правильно угадал место, где случилось преступление - берег озера Чусовское, сказал, что он видит у костра людей, описал их приметы, причем очень точно рассказал, как выглядел преступник. Соколов был весьма удовлетворен, когда я подвел результат по этому раскрытому делу. Последним было мной намечено для показа экстрасенсу дело Ани Кондратьевой. Я достал из сейфа и поставил перед Соколовым пузырек, в котором плавал заспиртованный палец. - Господи,- сказал Виталий Юлианович, приложив руку к груди,- это же от ребенка?

-  Да. Что вы об этом скажете? Пожалуй, потом мы закончим.

Экстрасенс снова долго смотрел на пузырек, затем рассказал, что он видел большую комнату, много людей, по-видимому, гостей - все они улыбаются. Увидел он еще детскую руку, на которую надевали колечко.

Я отошел от стола, достал из шкафа несколько лежавших там фотоснимков, смешал их с тремя фотографиями из дела Кондратьевой и показал все эти фотографии Соколову. Он очень быстро и верно указал на снимках мать и отца Ани, и сказал, что он их видел среди тех людей в комнате. Однако, ничего, относящегося к преступлению Виталий Юлианович не узнал.

-  Как же так, Виталий Юлианович,- спросил я у него,- кажется, что вы объясняли: на предметы записываются только страх и боль - а здесь колечко какое-то?

-  Ну почему обязательно - боль, я про это не говорил, просто должно быть исключительно сильное чувство - видимо, здесь была очень сильная радость.

-  Когда отрезали палец, должно было быть чувство не менее сильное,подал реплику с места до сих пор молчавший Петренко.

Соколов посмотрел на него и пожал плечами: - Может быть, ребенок уже был без сознания,- сказал он.

-  Виталий Юлианович,- сказал я,- мы проверим, спросим у родителей девочки, был или нет такой случай, я пока ничего не могу сказать.

Мы завершили наши эксперименты и Соколов получил ту выписку из протокола, о которой он нас в начале просил. После того, как мы с лейтенантом поставили наши подписи, Виталий Юлианович неожиданно меня попросил написать еще отдельную бумагу с моим мнением об эффективности работы ясновидящего в этих опытах. Я задумался.

-  Видите ли, Виталий Юлианович,- сказал я ему,- Такую бумагу я вам, конечно, с удовольствием напишу, но у меня остались кое-какие сомнения.

-  Какие?- спросил экстрасенс и как будто обиделся.

-  Может быть, мы проведем с вами еще один маленький сеанс, чтобы уже я сам во всем окончательно убедился?

Соколов согласился, и мы условились, что он снова придет в конце недели.  Сомнения у меня были такие: вся атмосфера в кабинете уголовного следователя располагает на мысли о преступниках, к тому же здесь были предъявлены и разные предметы, относящиеся к убийствам,- словом, это все заставляло фантазию работать в одном направлении, мне же захотелось проверить Виталия Юлиановича на чем-нибудь неожиданном, сбить его со следа, чтобы уже надежно узнать, на самом деле он видит, или просто очень удачно сочиняет. Я однажды был на концерте Юрия Горного и был свидетелем, как он отгадывал мысли зрителей, хотя, как он объяснял в конце выступления, он никаких мыслей не слышал, а очень внимательно следил за эмоциями людей и по незаметным для нетренированного глаза приметам решал, о чем эти люди могут думать. Я побоялся, что и здесь может быть какой-нибудь такой фокус, а помогать господину Соколову морочить публику по 10 рублей с человека, мне не хотелось. Вместе с тем, если окажется, что Виталий Юлианович действительно на что-то способен, это могло быть очень полезным в такой работе, как наша. Поэтому я не пожалел времени и пошел на другой день в краеведческий музей. Там я попросил у заведующей мне выдать череп питекантропа, который я однажды видел у них в экспозиции.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать