Жанр: Ужасы и Мистика » Говард Лавкрафт » Азатот (страница 67)


Наконец, когда галера лунных тварей ушла далеко от острова и вторгшееся воинство закрепилось в одном месте, Картер выдвинул значительные силы с восточной части мыса в тыл врагу, после чего судьба битвы была предрешена. Атакованные с двух флангов, боевые порядки мерзких захватчиков были быстро расчленены и сброшены в море, и к вечеру вожаки упырей решили, что остров вновь очищен от неприятеля. Вражеская галера тем временем исчезла, и было решено покинуть остров-утес, пока превосходящие силы лунных тварей не собрались в кулак и не бросились в новую атаку на победителей.

Итак, к ночи Пикман и Картер собрали всех оставшихся в живых упырей и после пересчета обнаружили, что в ходе вчерашней битвы они потеряли четверть состава. Раненых разместили в трюме, так как Пикман всегда выступал противником старого обычая упырей убивать и пожирать трупы раненых, а здоровых воинов посадили на весла или расставили там, где их присутствие могло быть полезно. Галера заскользила под низкими фосфоресцирующими облаками, и Картер без сожаления покинул остров жутких тайн, и перед его мысленным взором стоял неосвещенный зал с куполообразным потолком, с бездонным колодцем в центре и отвратительной бронзовой дверью в стене. Рассвет застал корабль на рейде саркомандского базальтового причала, где их до сих пор терпеливо дожидались ночные призраки-часовые, сидевшие, точно черные рогатые горгульи, на поверженных колоннах и разрушенных сфинксах страшного города, что возник и угас до появления на земле человека.

Упыри разбили лагерь среди саркомандских обломков, выслав вестника за ночными призраками, которые должны были стать их скакунами. Пикман и прочие вожаки пылко выразили Картеру благодарность за оказанную помощь. Теперь Картер понял, что его планы близки к осуществлению и что он сможет воспользоваться помощью своих страшных союзников не только для выхода из этой части сновидческого мира, но и для успешного завершения поиска богов на вершине неведомого Кадата и чудесного предзакатного города, который боги столь странным образом не допускали в его сны. Он говорил об это с вожаками упырей, поведав им все, что было ему известно о холодной пустыне, где стоит Кадат, и о чудовищных птицах шантак, и о горах, в которых вырублены двуглавые стражи Кадата. Он говорил о том, насколько опасны птицы шантак для ночных призраков, и о том, как гигантские лошадиноголовые птицы с криком уносятся прочь от черных расщелин высоко на серых хребтах, отделяющих Инкуанок от чудовищного Ленга. Еще он рассказывал о тайнах ночных призраков, изображенных на фресках в безоконном монастыре неописуемого верховного жреца, и о том, что даже Великие боги их боятся, и что их владыка вовсе не ползучий хаос Ньярлатотеп, а древний седой Ноденс, Повелитель великой бездны.

Обо всем этом Картер поведал столпившимся вокруг него упырям, и потом изложил свою просьбу и сказал, что считает себя вправе попросить их о такой же услуге, как и та, что была не так давно оказана им собакоподобным прыгунам. Он изъявил желание, чтобы ночные призраки перенесли его над гористой страной птиц шантак прямо в холодную пустыню, туда, куда не ступала нога смертного. Он хотел перелететь к ониксовому замку на вершине неведомого Кадата в холодной пустыне и упросить Великих богов подарить ему чудесный предзакатный город, к которому они его не допускают; он не сомневался, что ночные призраки доставят его туда без особого труда, и он минует все опасности, подстерегающие его на равнине и на ужасных двуглавых горах-сторожах, что навечно притаились в серых сумерках. Рогатым безликим тварям это путешествие ничем не грозит, ибо их страшатся даже сами Великие. И даже если Великие предпримут какие-то неожиданные шаги, ибо самых неожиданных вещей следует ждать от Великих, привычно надзирающих за делами добрых земных богов, ночным призракам их не следует бояться, так как внешние адские пределы не опасны безгласным скользким летунам, чьим владыкой является не Ньярлатотеп, а могущественный древний Ноденс.

Стая из десяти-пятнадцати ночных призраков, продолжал Картер, несомненно отпугнет птиц шантак, хотя, возможно, стоит взять с собой нескольких упырей, чтобы совладать с этими крылатыми тварями, ибо их повадки лучше известны упырю, чем человеку. Крылатый отряд мог бы высадить его где-нибудь в легендарной ониксовой цитадели и затаиться в укромном месте, дожидаясь его возвращения или условного сигнала, когда он пройдет внутрь замка помолиться земным богам. Если же кто-то из упырей захочет сопровождать его в тронный зал Великих, он будет им благодарен, ибо их присутствие придаст больше значимости и достоинства его просьбе. Он, впрочем, не будет на этом настаивать и хочет лишь с их помощью долететь до Кадата и вернуться обратно, а их последнее путешествие будет либо к чудесному предзакатному городу, если боги отнесутся к его просьбе благосклонно, или назад к вратам Глубокого Сна в зачарованном лесу, в случае если его молитвы не возымеют действия.

Пока Картер говорил, все упыри слушали его с великим вниманием, и вскоре небо почернело от слетевших стай ночных призраков, за которыми ранее послали вестника. Крылатые твари уселись полукольцом вокруг упырьего воинства, дожидаясь, пока собакоподобные вожаки закончат обсуждение просьбы земного путешественника. Упырь-Пикман с серьезным видом долго лопотал со своими соплеменниками, и в конце концов Картеру предложили даже больше, чем он ожидал. Как он помогал упырям в битве с лунными тварями, так и они окажут ему помощь в дерзком путешествии к пределам, откуда никому еще не довелось вернуться, и они готовы выделить ему своих союзников, ночных призраков, не только в нужном количестве, но и все их воинство, и ветеранов прежних сражений, и молодых ночных призраков, за

исключением лишь небольшого отряда, оставшегося на захваченной черной галере, и раненых в бою на острове-утесе.

Они будут готовы к полету, когда он пожелает, а по прибытии на Кадат внушительный отряд упырей будет сопровождать его все время, пока он будет говорить с земными богами в их ониксовом дворце.

Испытывая огромную радость и благодарность, Картер вместе с упырьими вожаками приступил к выработке плана дерзновенного путешествия. Они решили, что крылатое воинство полетит высоко над чудовищным Ленгом, над безымянным монастырем и ужасными каменными деревнями и сделает остановку лишь на гигантских серых пиках, чтобы переговорить со столь пугающими птиц шантак ночными призраками, чьи подземные лазы проникли глубоко в недра скал. А потом, следуя советам, полученным от обитателей тех горных лазов, онивыберут конечный маршрут, и приблизятся к неведомому Кадату либо со стороны пустыни и гор к северу от Инкуанока, либо же с северной стороны отвратительного Ленга. Собакоподобные бездушные упыри и ночные призраки не испытывали ни малейшего страха перед тем, что сулила им нехоженая пустыня, как не испытывали ни малейшей робости оттого, что их ждет встреча с Кадатом и его таинственным ониксовым замком.

К полудню упыри и ночные призраки были готовы к полету, причем каждый упырь подобрал себе подходящую пару крылатых носильщиков. Картер разместился в голове воздушной колонны рядом с Пикманом, а впереди, в качестве боевого авангарда, расположились две шеренги ночных призраков налегке. По краткому приказу Пикмана грозная армада взмыла ввысь над поверженными колоннами и полуразрушенными сфинксами древнего Саркоманда. Они летели все выше и выше, и вот уже скрылись из вида базальтовые утесы за городом, а прямо по курсу показались холодные безжизненные плоскогорья на подступах к Ленгу. Еще выше поднялось черное воинство, и вот даже плоскогорье превратилось в песчинку, и когда они направились к северу над продуваемым всеми ветрами плато, Картер вновь с содроганием увидел кольцо грубых монолитов и приземистое безоконное здание, в котором восседало чудовище с желтой шелковой маской на лице, от чьих цепких лап он чудом спасся. На этот раз черная армия, словно стая гигантских летучих мышей, летела, не снижаясь, и на большой высоте миновала тусклые костры кошмарных каменных деревень, не останавливаясь, чтобы поглядеть на ужасные кривляния рогатых и копытоногих полулюдей, несущихся в вечном вихре дикой пляски. Как-то раз они заметили птицу шантак, пролетавшую низко над равниной, но завидев страшную крылатую армию, она издала испуганный крик и, громко хлопая крыльями, унеслась прочь в северном направлении.

С наступлением сумерек они достигли зазубренных серых хребтов, служащих Инкуаноку защитой, и стали кружить над причудливыми пещерами у самых вершин, которые так отпугивали птиц шантак. По зову упырьих вожаков из всех высокогорных лазов вырвались вереницы рогатых черных летунов, с которыми упыри и ночные призраки вступили в беседу посредством непотребной жестикуляции. Скоро выяснилось, что наиболее удобный маршрут пролегает над холодной пустыней к северу от Инкуано-ка, ибо северные подступы к Ленгу таят множество незаметных ловушек, которые даже ночным призракам не по нраву, а именно злые силы, таящиеся в белых полусферических зданиях на странных пригорках, которые народная молва связывает с Иными богами и их ползучим хаосом Ньярлатотепом.

О Кадате громокрылые обитатели горных пиков почти ничего не знали, кроме того, что дальше к северу есть некая могучая чудотворная сила, которую зорко стерегут шантаки и вырезанные в горе часовые. Они упомянули и о том, что в тех нехоженых местах наблюдается диковинное искривление пространственных измерений, и вспомнили слухи о том крае, где стоит вечная ночь, но более конкретных сведений они передать не могли. Так что Картер и его спутники поблагодарили их и, миновав высочайшую гранитную вершину в небе Инкуанока, опустились ниже кромки фосфоресцирующих ночных туч и разглядели вдали жутких сидящих горгулий, которые некогда были горным хребтом, пока чья-то титаническая рука не вырезала в его девственных скалах ужасные изваяния.

Гранитные часовые, чьи ноги впечатались в песок пустыни, а митры пронзали сияющие облака, восседали пугающим полукругом, зловещие, похожие на двуглавых волков, с мордами, искаженными яростью, и с подъятыми правыми руками, они мрачно и злобно взирали на окоем человеческого мира, служа преградой ужаса на границе холодного северного мира, чуждого человеку С их чудовищных колен взмывали ввысь слоноподобные птицы шантак, но все они с безумными воплями улетели прочь, едва завидев в туманном небе передовые линии ночных призраков. Крылатая армада полетела к северу над каменными горгульями, потом над безбрежными просторами хмурой пустыни с безжизненным и голым пейзажем. Облака становились все мрачнее и мрачнее, и наконец Картер заметил, что вокруг сгустился мрак, но крылатые носильщики не сбились с курса, ибо были привычны к черным подземельям и умели видеть не глазами, а всей влажной поверхностью склизкого туловища. Они летели в кромешной тьме, рассекая потоки странных запахов и вихри странных звуков, и покрывали настолько громадные расстояния, что Картер перестал понимать, находятся ли они все еще в пределах земного мира снов.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать