Жанр: Научная Фантастика » Крис Невилл » Бэтти-Энн (страница 8)


- Я... я хочу побыть одна, - сказала Бетти-Энн. - Сейчас я приду в себя. Пожалуйста, оставьте меня на минуту.

- Перо и бумага на письменном столе, - сказал Дон.

Когда они вернулись, Робин спросил:

- Теперь тебе лучше?

И она ответила:

- Да... Я написала в колледж, что заболела и потому уезжаю домой. Они не станут беспокоить изза этого моих родителей. - Она взглянула на Дона.- А родителям я написала, что должна уехать. - Она взглянула на Робина, ей так хотелось, чтобы он понял. - Это было нелегко.

- Поверь, мне очень жаль, - сказал Робин. - Но, я думаю, так для тебя легче. Письма я отдам тому человеку за конторкой.

- Нам пора, - сказал Дон.

- На улице ждет машина, - пояснил Робин. - До нашей разведочной ракеты несколько часов езды.

Они вышли из комнаты, в вестибюле Робин разбудил дремавшего портье и отдал ему письма Бетти-Энн и оплаченный счет.

- Будьте добры, отправьте письма с первой почтой, - сказал он.

(А Бетти-Энн подумала: письмо придет к Джейн дня через три, а то и через четыре, и она достанет его из почтового ящика... и откроет прямо тут же, на веранде... если только день будет не слишком холодный. Аккуратно оборвет край конверта справа, вытряхнет листок, а может, осторожно достанет пальцами эту единственную страничку, и на ней крупным торопливым почерком - так мало, так страшно мало, всего несколько слов.)

Они ехали в машине сквозь холодную ночь, Робин вел машину, а Бетти-Энн сидела между ним и Доном и дрожала; наконец, Робин заметил это и сказал:

- Включи отопление, Дон.

Он вел машину медленно, и ночь была такая-долгая. Дон минутами задремывал, прислонясь к окну. Поначалу Бетти-Энн с трудом сдерживала нарастающее волнение - была в нем и горечь, но радостное предвкушение пересиливало. Немного погодя она повернуласьк Робину, хотела попросить, чтобы он ехал быстрее, и вдруг ей отчаянно, неудержимо захотелось говорить, заглушить словами боль разлуки, но слов не было. Под конец, измучась, она хотела уже только уснуть и забыться (а быть может, унестись ненадолго мечтой к сверкающим звездам).

Ночь тянулась бесконечно. Но вот меж тяжелыми снежными тучами забрезжил первый неверный свет, а потом пробилась настоящая розовая заря, и тогда Бетти-Энн почувствовала, что во рту у нее пересохло и голова точно налита свинцом.

Дон пробудился от сна, посмотрел на карту.

- Сверни направо. На первом же повороте.

Окружающий мир обтекал их с двух сторон и медленно просыпался. Они по окраине объезжали небольшой город.

- Какой странный красный цвет, - сказал Дон. - Посмотри, Робин, на фуражку этого паренька.

Бетти-Энн жадным взглядом ловила все, что проносилось за окном.

Парнишка жал ногами на педали велосипеда, изо рта у него валил пар; не останавливаясь, он метнул газету, она описала в воздухе дугу и упала на чью-то веранду, и Бетти-Энн вспомнилось, с каким ощущением рано поутру, еще в полусне, слышишь стук брошенной в почтовый ящик газеты.

Дон вдруг окончательно проснулся и спросил:

- Они ведь мало что способны увидеть, правда? Тебе удалось им что-нибудь показать?

- Кое-что удалось, - ответила Бетти-Энн.

- Наверно, это было не так просто, - сказал Дон. - По-моему, их зрение отлично от нашего.

Она все глядела за окно, и ей хотелось передать им хотя бы малую толику того, что она сейчас чувствует.

- Старик Кларк продал скобяную лавку и привел в порядок все свои дела, потому что доктор сказал - у него рак и он не доживет до лета.

Дон рассеянно улыбнулся.

- Ты сможешь многое рассказать нам о здешнем народе. Поверь, все мы с большим удовольствием послушаем о том, как ты жила среди них.

Голос его прозвучал не то чтобы равнодушно, простым словом "равнодушие" этого не выразить. Дон как бы вежливо соглашался с чем-то, чего, в сущности, не понял, или, может, ему казалось, будто она поднимает много шуму из ничего. Но он ведь не знал Кларка, не знал, что у старика всегда были припасены леденцы на палочке и он давал их детям, чтоб не скучали, пока отец или мать делают покупки. (Да, конечно, это было еще и выгодно, ибо нравилось покупателям, но улыбка у него была совсем не та, какой улыбаются ради выгоды, и давал он детям леденцы тоже далеко не одной выгоды ради, все это было куда сложней, чем только забота о выгоде.) Ей вспомнилась эта улыбка и голос старика (где он, этот рак, в горле?): "Господи, да как же она у вас выросла, мистер Селдон! Сдается мне, у меня есть, чем ее сегодня побаловать". (И всякий раз казалось, будто он припас лакомство нарочно для тебя, а вовсе не угощал всегда всех детей подряд.) В тот раз он размахивал при этом малярной кистью, которую еще не успел завернуть (папа Дейв купил ее, чтобы покрасить сушилку для посуды, а потом передумал и поручил эту работу мистеру Олсону), и в скобяной лавке пахло масляной краской и новым железом - вернее, так должно бы пахнуть новое железо. Но ведь Дону неоткуда все это знать. И раз он не испытал ничего подобного, как же ему почувствовать то, что чувствует она...

- Вот здесь сверни, - сказал Дон. - А теперь едем прямо.

Домов становилось все меньше, их сменили поля. Худосочные, каменистые, они, казалось, всеми силами противились плугу. Нигде ни признака жизни, лишь изредка из-под снега проглядывали островки плодородной почвы. Воздух был холодный, бодрящий, слепило яркое солнце.

Неутомимо урчал мотор. Дорога шла вдоль железнодорожного полотна, на подъеме

пыхтел паровоз. Они обогнали поезд, и немного погодя Бетти-Энн слышала его заунывный свисток у переезда.

- Расскажите мне о планетах, - попросила она. - Расскажите, что я увижу.

- Всего не расскажешь...

- Мне бы хотелось писать красками. Что там можно писать?

- Писать? Ну, вот планета Олики. Там очень красивое голубое озеро.

- Мне бы написать что-нибудь вроде того каменистого поля.

- Но ведь оно такое бесцветное, ты не находишь? - В голосе Дона было искреннее удивление: ему явно никогда не пришло бы в голову писать какое-то там поле.

- Вы, конечно, видели так много всего... Но разве вы не видите - наперекор камням, наперекор снегу это поле такое неспокойное, оно только и ждет минуты, когда можно будет ожить.

- Да, это верно, ты права, - пришел на помощь Робин.

- Тут налево, - сказал Дон.

Несколько миль ехали молча. Потом дорогу пересек скованный льдом ручей (на середине лед был словно тоненькая пленка), через ручей перекинут нескладный, с высокими перилами мост. Под тяжестью машины с грохотом запрыгали доски настила. Едва миновали мост, Робин направил машину на немощеную дорогу, протоптанную рыбаками. С обеих сторон теснились деревья, высохшие ветви нависали над машиной, царапали металлическую крышу ломкими пальцами.

- Автомобиль нам больше не понадобится, - сказал Дон. Можно оставить его здесь.

Робин рывком остановил машину, все трое вышли.

- Ты был прав. Дон, - сказал он. - Здесь ни души. Надежное место.

Ракета стояла в лесу, в тридцати или сорока ярдах от них. Вокруг нее чернела мертвая, выжженная земля.

- Ну как, Бетти-Энн, сумеешь сейчас перевоплотиться? спросил Робин.

- Кажется, сумею, - ответила она.

По телу ее прошла дрожь, оно начало преображаться, на этот раз все шло легче, и вдруг ей захотелось заслужить их похвалу, она ощутила могучую силу, таящуюся в новом отсеке мозга, и пустила ее в ход.

- Деревце! - радостно воскликнул Дон. - Смотри, какое деревце, Робин! Какие прелестные листья! Она обернулась очень славным деревом!

(Морозный воздух. В облачной дымке яркое солнце.)

- Способная ученица, - сказал Робин.

Она снова преобразилась - на этот раз она не знала, чем станет, просто дала волю тому, что ощущала.

Дон пристально вгляделся в то серое и смутное, что возникло на месте деревца в яркой и пышной зелени, и, содрогнувшись, отвернулся.

- Не знаю, что это такое, но глаз не радует, - сказал он.

Тогда она позволила своему телу принять подлинную форму, обрела свой истинный облик, и на мгновенье ее сковала странная неловкость, неуклюжесть; новыми губами трудно было произносить земные слова, говорить же мыслями еще не удавалось, ведь она не знала языка Дона и Робина и только теперь поняла, что весь долгий путь в машине они молча переговаривались, а она не слышала их мыслей.

- Мне было как-то... печально, что ли... Оттого, что я улетаю.

- Пора, - сказал Робин.

И Дон помог ей подняться в ракету.

Уже в воздухе, глядя на быстро уходящие вниз и назад деревья, Дон сказал:

- Ты, должно быть, очень взволнована. Ведь тебя ждет столько нового.

Но сейчас, когда она отрывалась от Земли, в ней поднялось такое смятение, что не хватило сил ответить. Молча стояла она у иллюминатора, который затуманили низкие облака. Вот уже мутное клубящееся марево скрыло от нее лес. А ракета все набирала скорость. Холодные металлические стены смыкались вокруг нее, хотелось колотить по ним кулаками, но поздно, теперь уже не вырвешься. Дом остался далеко внизу, далеко-далеко, и под эти ее мысли уходил все дальше и дальше такая даль, что уже не разглядеть, не различить, не удержать...

- Недалеко от мексиканского побережья ждет Большой Корабль, - сказал Робин. - Мы уже скоро будем там.

Ее мутило от быстрого подъема, хотелось за чтонибудь ухватиться. "Пройдет, - говорила она себе, - пройдет". Она думала о звездах, о своем новом обличье, и чужие еще губы шевелились, и она думала: это мое племя.

Ракета набрала высоту. И медленно повернула на запад. Время шло-то ли миг, то ли вечность, и облака остались позади, и еще дальше внизу - Великие Озера, словно тянулись из-за горизонта чьи-то руки и манили ее, и старались удержать.

И вот уже новые поля, и новые леса, новые ручьи и широкие равнины, и могучая река рассекает рыжую землю. Потом высоко взметнулись горы, - острозубые скалистые кряжи вонзались в грозовые облака, и облака цеплялись за их вершины. И на остроконечных пиках сверкал снег.

Ракета сотрясалась от скорости, ревом двигателей прощалась с уносящейся назад сушей. (Западное побережье... она видит его впервые и уже никогда больше не увидит, и над ним занимается заря.)

- Расскажите мне о планетах, - взмолилась она. - Скорей.

- Скоро ты все увидишь сама, - сказал Дон.

- Расскажите хоть что-нибудь, но прямо сейчас. Пожалуйста!

- Ну, на Кину оранжевые горы.

- А какие они? - допытывалась Бетти-Энн. (Нет, не надо ни о чем больше думать, только слушать!)



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать