Жанр: Научная Фантастика » Андрей Дворник » Голому – рубаха (страница 47)


– Что ж, нам так стоять и ждать, когда он Лео жрать начнет? – поразился Порнов Второй.

– Смотри; вон он – желудок! – воскликнул Порнов Первый.

Внутри привидения, слева от бьющейся белой Лео, образовалось темное уплотнение; словно вместо молочного киселя в прозрачный кулек налили черничного.

– Какой гадостью я только сегодня не занимался, – Порнов брезгливо поморщился и сделал быстрый шаг к чудищу.

Ему показалось, будто он запустил руку в водопад; причем не водяной водопад, а кислотный; рукав рубахи истаял, растворился моментально; ткань распалась даже там, где ядовитое марево ее уже вроде как и не касалось.

Ладонь натолкнулась на нечто горячее, упругое и пульсирующее; Порнов изо всех сил сомкнул пальцы.

– Ах-х-х-ху-а-х-х, – в голос простонало существо.

Вытолкнуло из себя Лео и отпрыгнув от Порнова, застыло; тихий жалобный плач прервался на середине всхлипа.

– Я тебе этого никогда не забуду, – гневно выкрикнула Лео, поднимаясь с пола. – Бросил меня, оставил…

Я отомщу… я так отомщу!

Порнов посмотрел на Лео и тут же отвел глаза.

Вреда особого привидение девушке нанести не успело; но вот одежду ее истребило подчистую; от шикарной прически Лео остался ежик волос в палец толщиной.

– Я бы на твоем месте ему спасибо сказала, – спокойно заметила Мич. – У тебя ж всегда ножки волосатенькие… и вообще…

Будешь теперь, как девочка.

– Узнаю брата Колю, – только и сказал Порнов.

Глава 9. Мертвый Мир

Возвращение в каюту Броу прошло на удивление гладко; матросы и охрана так и норовили порскнуть в сторону при появлении нашей троицы; может тому виной было гордое шевствование двух принцесс, а может – тихий, но явственный плач, издаваемый плывущим чуть впереди снежным барсом.

Иногда кто-нибудь из корабельной команды не успевал вовремя спрятаться-убраться и барс заинтересованно устремлялся к до смерти перепуганному бедолаге; тогда Порнову приходилось на барса прикрикивать – и тот покорно возвращался в строй.

В пути Порнов вкратце описал события последних трех суток, происшедшие как на острове, так и в корабле; если учесть, что один раз он это уже делал, нынешнее повествование его по гладкости и сочности могло уже претендовать на звание новеллы.

Лео делала вид, что все порновские россказни глубоко неинтересны; ворчала глухие заклинания и, изредка поглядывая на Мич, сооружала себе наряд по образу и подобию.

Мич слушала Порнова внимательно, задавала вопросы; особенно ее заинтересовало все, связанное с раздвоением Порнова.

– В рискованную игру ты нас втянул, – сообщила она, непроизвольно растирая сдвоенные красные полоски на запястьях. – Симбиоз этот твой – палка о двух концах…

Порнов хотел было возразить, что, по его мнению, его как раз в игру втянули, но передумал.

– Похоже, ты знаешь о крабе больше, чем он сам, – вместо этого сказал он с иронией.

– Я думаю, ти эр тебе не врет, – сказала Мич. – Он, наверное, просто этого не умеет. Но и всей правды он тоже не говорит; это уж точно.

– Выкладывай, что знаешь, – сказал Порнов.

– Слушай, Мич, дай ему по зубам, а? – процедила Лео. – Я сдуру пообещала ему, что пальцем его не трону… Хамит же; самым бессовестным образом!

Мич пропустила ее возглас мимо ушей.

– Двести лет назад… – начала она.

– Издалека заходишь, – с уважением заметил Порнов.

– Что ты, Лео, сказала? – живо поинтересовалась Мич; Порнов примолк.

– Двести лет назад был изобретен способ сохранять живым мозг простолюдина… (Лео довольно хрюкнула; Порнов покрепче ухватил рукоятку стилета и недовольно поморщился)… чье тело безвозвратно погибло в аварии или катастрофе…

– Плавали, знаем, – воскликнул Порнов Второй. – Так возникла раса биоменталов!

– Сто двадцать лет назад произошло другое важное событие, – Мич выдержала крохотную паузу: ну, мол, вундеркинд, давай, порадуй нас хорошим знанием истории Дома Серебряных Струн!

Увы-увы, Порнову пришлось стыдливо отмалчиваться. – Ничем дотоле не ограниченной экспансии биоменталов, их ошеломляющему развитию и совершенствованию неожиданно пришел конец…

– Идешь ты пляшешь! – удивился Порнов; не с комментарием или саркастичным вопросом влез; как бы параллельно рассказу удивился. – А как же лозунг: «Все дальше, дальше в бесконечность…»

– Это не биолов лозунг, а менталов; будь у биолов до сих пор такой лозунг, не то что Хатэдс, весь Дом Серебрянных Струн в безлюдных руинах бы лежал; в пыли веков. Как видим, этого не случилось, – поскольку сто двадцать лет назад биолы создали Магистра Вселенной…

– Где-то я уже слышал эту фамилию…

– Мало кто ее не слышал, – чуть торжественно сказала Мич.

– Магистр Вселенной – самое крупное творение биолов на сегодняшний день. Фатум, рок, судьба и провидение – вот лишь малая толика земных эпитетов, способных охарактеризовать этот чудесный продукт древнейших ментальных технологий, порождение забытой ныне магии…

– Ты бы попроще, а? – попросил Порнов.

– Огромная биомашина – киборг, спрятанная где-то среди звезд; надежно изолированная от людской воли, она с неутомимостью Вечного Двигателя пишет историю нашей части Вселенной…

– Велика невидаль, – пренебрежительно фыркнул Порнов, – контора пишет! У нас на Земле БВИ все записывает; день за днем.

– Пишет – не в смысле записывает, регистрирует, а в смысле проектирует, вершит… – Мич против своей воли все время вступала со Порновым в полемику; однако внешне виду не показывала, спокойный тон рассказа не меняла; разве что ускоряла темп. – Но, по-порядку!

Итак, в течении восьмидесяти лет, с момента создания первого «мозга в пробирке» и до запуска Магистра Вселенной сверхраса биолов была практически ничем не ограничена в своих изысканиях. Восемьдесят лет, год за годом, биолы развивались столь стремительно и непредсказуемо, что в итоге стали представлять опасность для всего общества. Их чистый научный интерес, не отягощенный моралью и совестью, породил ряд крайне рискованных и опасных опытов. И лишь выход Магистра Вселенной из-под контроля биолов заставил касту биолов притормозить вольный бег их необузданной, буйной мысли.

Неофит может подумать… («Эй,

подруга, полегче», – предупредил Порнов Второй, на мгновение высунув голову из стремительного потока информации)… сторонний наблюдатель может подумать, что это биолы решили наконец остановиться и оценивающим взором окинуть горизонты содеянного, горы навороченного.

Ничуть не бывало; хоть пейзаж и впрямь потрясал; созданных творений – результатов экспериментов, научных опытов и практических изысканий – было вполне достаточно, чтобы покончить с цивилизацией раз и навсегда…

– Этим яйцеголовым только волю дай, – поддакнул Порнов, – такого нафигачат! С виду они вроде все такие умные-разумные; а копнуть поглубже… Вот ты мне скажи, – станет нормальный человек нагретым бластером в кнопки тыкать?

– … однако совсем не внезапное озарение биолов стало причиной консервации и замораживания подавляющего большинства исследований; будь их воля, они бы и ухом не повели; загнали б и себя и окружающих, заморили бы все живое и прахом рассыпали мертвое.

Все тот же Магистр, венец их творчества, стал для биолов камнем преткновения; превратившись из счетной машины (кстати сказать, он и создан-то был всего лишь как средство для арбитража очередного их научного спора!) в вершителя судеб, в бога и черта одновременно, в этакого предержателя всего сущего, решающего, кому родиться, кому умереть и какой капле дождя в какую пылинку на дороге попасть – что сделал он первым делом?

– Ток дал в слаборазвитые районы? – неуверенно предположил Порнов.

– Первым делом он, конечно же, уничтожил своих создателей.

Плоть от плоти биолов, выжимка их мозга, гигантский биоробот точно рассчитал, что его вычислительных способностей биолам хватит ненадолго; при их лавиной растущих потребностях – едва ли на год; еще по его расчетам выходило, что для эффективного управления Домом Серебрянных Струн в ближайший миллиард лет одного Магистра более чем предостаточно. И, поскольку модернизацию свою он признал лишней растратой ресурсов, выбора ни у него, ни у биолов, можно сказать, не было…

– Вот и наш кэп также, – сообщил Порнов. – Просишь его, бывало, купить новый фазер на «Оклахому» – или хотя бы подлатать старый, – а он знаешь что отвечает?

«Если хочешь сделать Пифокла богатым, не добавляй ему денег, а убавляй его желаний», – ввернул умную фразу Порнов.

Потом поправился: – То есть это не кэп придумал; это из древних кто-то; Сенека, кажется…

– На горе-изобретателей обрушился вал несчастий; теоретически бессмертные, практически они вымирали целыми лабораториями; то от странных пожаров или непонятных взрывов, то от неизвестных инфекций и незнакомых болезней; когда же они догадались связать свалившуюся на них напасть с Магистром, от многотысячной армии ученых экстра-класса осталась лишь жалкая горстка третьеразрядных исполнителей.

Чудом, как им казалось, выжившие биолы нагородили вокруг себя кучу перестраховочных законов и правил. Регламентировалось практически все; запрещался любой свободный поиск; излишнее любопытство каралось изгнанием. Ревизии и пересмотру подверглись все учения; возможность самосовершенствования биола была ограничена сверху третьим уровнем – для людей это было бы равносильно отказу от среднего и высшего образования в пользу четырех классов начального; что на практике, например, вылилось к отказу от быстрой прямой схемы соединения колб в пользу медленной последовательной; если необходимо, потом могу объяснить подробнее…

– Можно и без подначек, – обиделся Порнов. – У меня по истории электричества в школе, между прочим, пятерка была. Кто ж не помнит – сначала были медленные бумажные перфоленты, их просвечивали лампочкой; а потом вместо лампочки придумали лазер и появились быстрые лазерные диски…

– Подхожу к центральной мысли своего рассказа, – предупредил Порнов Первый. – Именно тогда были засекречены все законченные и находящиеся в производстве разработки разрушенных лабораторий; очевидно, не без участия того же Магистра в районе экватора был создан так называемый Мертвый Мир; закрытая зона шириной в сто и длиной в тысячу миль…

– А-а-а, вот это название я уже слышал, – порадовался Порнов.

– Мертвый мир? Броу как-то обмолвилась…

– Вполне возможно, – согласилась Мич. – Если она альфа-оператор, как ты говоришь, тогда она должна курировать целый сектор исследований; как правило, операторы работают именно с Мертвым Миром.

Нас с тобой, понятно, больше всего интересует одна из секретных научных тем, – после многозначительной паузы сообщила Мич. – Кодовое обозначение ее – ти эр триста пять.

– Ба; знакомый номер! – удивился Порнов. – Только какие ж это секреты, если Броу их первому встречному-поперечному выбалтывает?

Или ошибаешься ты все, – и насчет биолов, и насчет Броу, или… – тут Порнов невольно замолчал и как-то по-новому оглядел бездыханное тело Броу; легкая неприязнь мелькнула в его глазах.

– Тактико-технические характеристики ти эр триста пять, – продолжала Мич, – до сих пор остаются непревзойденными в классе малых биороботов…

– Или – мертвые не болтают; так, что ли? – мрачно зацитировал Порнов Второй капитана Флинта из «Острова Сокровищ». – Неужто она и впрямь мне сделать секир-башку надумала?…

А что, с нее станется; ну, семейка!

– Двунаправленная ментальная шина – обмен информацией и с низшими, и с высшими существами, – говорила Мич. – Ти эр прекрасно объединяется с подобными же особями; создает единое мощное биополе и подчиняет себе более слабых; плодовитость – штука в час.

Но, конечно же, самое главное достоинство ти эр, это – манипуляторы.

Ментальная заточка и закалка, проведенная биолами пятого поколения…

– Думаешь, раз я отвлекся, можно мне лапшу на уши вешать? – слегка раздраженно спросил Порнов. – Какое пятое поколение; краб говорил, третье – максимум…



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать