Жанр: Триллеры » Эрик Ластбадер » Глаза Ангела (страница 97)


Космонавт медленно подплыл к тому месту, где было больше света; дельфин присоединился к своему другу, и Одиссей оперся рукой о спину животного. Тори с замиранием сердца следила за дельфином и человеком, когда они оказались в полосе света, пристально всмотрелась, заметила странную безволосую кожу космонавта, чем-то похожую на дельфинью, — гладкую, с серебристым оттенком, — вгляделась в лицо космонавта, поймала взгляд огромных непрозрачных синих глаз. И открыла рот от изумления. Закрыла его и открыла снова. Долго-долго смотрела в глаза космонавту и наконец прошептала:

— Грег?

— Тори. Боже мой!

Тори, обезумев от радости, прямо в одежде прыгнула в воду, подплыла к брату. По ее щекам ручьями текли слезы, но она этого не замечала.

— Перестань, ну что ты, — он ласково гладил ее по волосам.

— О, Грег! — Тори притянула брата к себе, прижала к груди, покрывала поцелуями любимое лицо, не веря собственным глазам. Боялась отпустить его от себя и долгое время не отпускала.

— Но я думала, что ты погиб, — всхлипывая говорила она. — Мы все думали. Как же...

— Это сделали русские, — ответил Грегори Нан, ибо это был действительно он. — Они незаконно подвергли Виктора Шевченко и меня действию небольших доз космического излучения — экспериментировали, надеясь, что радиация станет средством борьбы с отрицательным влиянием невесомости на человеческий организм. А потом произошла поломка скафандра, и Виктор Шевченко погиб. Я вернулся на Землю живой, но находился в бессознательном состоянии несколько месяцев. А когда пришел в себя, то узнал, что русские вовсе не собираются отправлять меня домой, в Америку. Я после полета приобрел для них особую ценность. Не могу представить, как им удалось уговорить американскую сторону и убедить наших специалистов, что погиб в космосе именно я, но они это сделали. И начали называть меня именем Виктор, думаю, затем, чтобы я немного пообвыкся в своей тюрьме. Как видишь, тюрьма у меня не такая уж и плохая, но... И золотая клетка остается клеткой.

К бассейну подошел Рассел, Тори повернулась к нему.

— Познакомься, Расс! Это мой брат, Грег. Оказывается, в космосе погиб русский, а Грег остался жив!

— Господи Иисусе! — воскликнул Рассел и присел на корточки у бортика. — Что они с вами сделали?

— Долго рассказывать. Как-нибудь в другой раз.

— Да уж вижу, — нахмурился Рассел. — А как вы себя чувствуете? Нормально?

— Вряд ли нормально.

— Как бы то ни было, а мы заберем вас отсюда. Дома, в Америке, с вами захочет встретиться огромное количество людей. Да они наизнанку вывернутся, лишь бы поговорить с вами.

— Они в этом мало отличаются от русских.

— Я что-то не так сказал? — удивился Рассел.

— Расс, у нас мало времени, — напомнила Тори.

— О'кей. Я, конечно, всего не знаю, Грег, но надеюсь скоро узнать, а сейчас...

К бассейну подошел Валерий.

— Одиссей, — обратился он к Грегу, — служба безопасности и армия России объединились, как мы того и боялись. Сегодня на рассвете будет отдан приказ о вооруженном нападении на Литву и Латвию, а на президента будет совершено покушение.

— Так скоро, — озадаченно проговорил Грег. — Придется пускать в ход оружие.

— Оружие? — переспросил изумленно Рассел.

— Да, — ответил Грег. — Противопехотное ядерное оружие, которым снабдил нас Бернард Годвин. — Он кивнул Валерию. — Я согласен с вами. В данной ситуации наше оружие — единственный способ остановить кровопролитие. Помогите мне вылезти из воды.

Валерий и Рассел наклонились и вытащили Грега из воды. Валерий, хотя и помогал Расселу одной рукой, сморщился от боли, и космонавт внимательно посмотрел на Валерия.

— Ничего серьезного, — успокоил тот. — Кость не задета. Беспокоиться не о чем. Повреждена только мышца.

— Кровь я остановил, — вмешался в разговор Рассел, — смазал рану противовоспалительной мазью, перебинтовал как следует. Здесь, кстати, есть прекрасная аптечка. Но Валерию нужна консультация врача.

— Позже, не сейчас, — сказал Валерий. Пока мужчины разговаривали, Ирина выбралась из бассейна, пошла за инвалидным креслом. Прикатив кресло к бассейну, она подождала, пока Грега усадят, а потом обернула его большим махровым полотенцем, как делали это Лара и Татьяна. Вскоре к ним присоединилась Тори, вся мокрая, и Ирина накинула на нее другое полотенце, чтобы девушка могла согреться.

Валерий покатил кресло с Грегом в аппаратную связи и, когда космонавт занялся радио, спросил:

— А Марс почти обо всем догадался?

— Почти. Но всей правды он узнать не мог, разумеется. Валерий обратился к вошедшим Тори и Расселу:

— У нас была трудная работа. Прошли годы, прежде чем мы добились каких-то результатов: националистические движения в республиках окрепли, осмелели, республики отделились от России и стали самостоятельными государствами. Но появились другие проблемы: каждый теперь старается только для себя, — грузины думают только о Грузии, украинцы — об Украине и так далее, да еще многие воюют друг с другом — Валерий сделал паузу, и стало слышно его тяжелое дыхание — он изо всех сил боролся с болью. Ему предложили сделать болеутоляющий укол, но он отказался. — И вдруг, восемнадцать месяцев назад, — продолжил он, — появился Грег. Свалился на нашу голову, как звезда с неба, и с его появлением наши дела пошли лучше. Он оказался под строгим надзором Лубянки, его допрашивали ежедневно, держали, можно сказать, в тюрьме. Он стал символом, объединившим всех членов нашей организации, и возглавил

ее.

Пока Валерий говорил, Грег отдавал какие-то отрывистые распоряжения по волновому радиоприемнику, меняя волны каждые двадцать секунд.

— Отсюда, — сказал Валерий, — мы можем успешно и эффективно воспользоваться нашим оружием.

— Но ведь сейчас почти пять часов утра, — заметил Рассел. — Времени не осталось.

— Неважно. Если приказ не будет отдан, интервенция не начнется. Наше оружие спрятано в Москве, недалеко от церкви, где я скрывался, — в подвале Министерства атомной энергетики в Старомонетном переулке. — Валерий кивнул в сторону космонавта: — Одиссей, вернее, Грег занят сейчас тем, чтобы подключить к делу нужных людей и раздать оружие членам «Белой Звезды». А уж с ядерным оружием они смогут поехать на дачи генералов и заставить высшие чины на Лубянке выслушать наши требования. У нас есть свои люди в верхах, которые помогут нам сделать это. Валерий поднял автомат, брошенный на пол Ириной. — Конечно, лобовой атаки не будет, никто не собирается идти на Лубянку и расстреливать всех, кто там находится. Но осложнения неизбежны. Может быть, кто-нибудь из нас погибнет прежде, чем все кончится. Я лично должен принять участие в боевых действиях, проследить за тем, чтобы все было сделано как подобает. Чтобы никто из заговорщиков не ускользнул из расставленных нами сетей. Кроме того, я собираюсь встретиться с президентом и сообщить ему о готовившемся на него покушении.

— Чем мы можем вам помочь? — спросил Рассел.

— Вы уже выполнили свою часть задачи, — улыбнулся Валерий, — а теперь мы будем выполнять свою. Лучше, если вы больше не будете вмешиваться, — вдруг в печать просочатся сведения о том, что американские агенты принимали участие в ликвидации правительственного кризиса в России. Это ни к чему.

— Но что будет происходить здесь? — спросила Тори.

— А этого никто точно не знает. Ясно одно: необходимо покончить с самодержавной политикой России, самостоятельные государства, возникшие на территории бывшего СССР, должны укрепить свой суверенитет, жить так, как они хотят. Но мы не стремимся к войне, к противостоянию, наша цель — мирное сосуществование, на равных правах.

Грег закончил свою работу, и приемником завладел Рассел, — он послал закодированное сообщение через берлинский филиал в главное управление Центра. Ирина увела с собой Тори, показала, где душевая комната, дала сухую одежду. Когда Ирина принимала душ, а Тори переодевалась, в комнату на инвалидном кресле въехал Грег. Тори бросилась к брату, опустилась рядом с ним на колени.

— Как же я рад видеть тебя, Тори. Ты не можешь себе представить, как я рад!

— Что они сделали с тобой, Грег? Что с тобой произошло в космосе? Как ты жил здесь все это время? Мама с папой с ума сойдут, когда увидят тебя.

— Я так не думаю.

— Почему?

Грег протянул к Тори руки, обнял ее за плечи.

— Они уже знают, Тори.

— Мама и папа знают, что ты жив? — Тори была потрясена. — Но откуда они узнали?

И тут догадка молнией сверкнула в мозгу Тори. Один за другим вспомнились фразы из разговоров с Расселом:

«...даже Бернард не имеет права тайно пользоваться средствами Центра... Итак, откуда Бернард берет деньги?..» Тори дрожащими от волнения пальцами вытащила фото Ариеля, которое всегда носила с собой. «...Что-то еще должно быть, Тор... Пусть Ариель засек Бернарда в Сан-Франциско, и что с того? — звучали у нее в голове слова Рассела. — Разве Бернард не мог поехать в этот город по делам, на свидание, с какой-нибудь женщиной, отдохнуть и так далее. Существует масса вариантов».

Тори всмотрелась в снимок: на первом плане Ариель, за ним виднеются солнечные часы, играющая девочка... В левом нижнем углу Бернард, и загадочная пара — мужчина и женщина, идущие в сторону Бернарда, идущие на встречу с ним! Кто эти люди? Неужели ее родители? Неужели Лора и Эллис Нан приехали в Сан-Франциско встретиться с Бернардом Годвином? Зачем? Предположить можно было лишь одно: они снабжали Бернарда деньгами, на которые он покупал у японцев ядерное оружие. Если это так, головоломка решена — все становится на свои места.

— Валерий связался с Бернардом, — заявила Тори с ноткой удивленного торжества в голосе, — и рассказал ему о тебе, Грег. Правда? А потом Бернард поехал к отцу и сообщил ему о том, что ты жив, и что у него есть возможность помочь укрепить в республиках бывшего СССР националистические движения. — По выражению глаз брата Тори поняла, что пока говорит правильно. — Господи Иисусе, Бернарду было мало того, что он меня в это впутал, он добрался и до моих родителей!

— Не думаю, что слово «добрался» здесь подходит, — возразил Грег. — Мне кажется, родители сами решили финансировать Бернарда.

— Нет, нет, Грег! — горячо воскликнула Тори. — Ты не знаешь Бернарда так хорошо, как я! Он заставил их, — не силой, разумеется, а каким-нибудь хитрым способом. Бернард мастер на такие дела. Нашего отца не так легко убедить в чем-либо, а тем более заставить что-либо сделать, однако и у него есть свои слабости, а одна из его слабостей — ты, Грег. Да, конечно! Я уверена, что Бернард использовал тебя, чтобы уговорить родителей!



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать