Жанр: Научная Фантастика » Леонид Оношко » На оранжевой планете (страница 36)


Послышался звук, отдаленно напоминающий звук быстро разрываемой прочной материи.

Стена раздалась, в ней возник вертикальный разрез. Обе части стены, двигаясь быстро я бесшумно, точно катясь на хорошо смазанных роликах, отошли в стороны, образовав проход.

За стеной оказалось голубоватое пространство. Его пронизывали, скрещиваясь и образуя зыбкие пятна, лиловые и фиолетовые лучи.

Помещение, в котором очутился Озеров, было просторное, с высоким сводчатым потолком. Вдоль потолочного карниза протянулись ряды круглых отверстий. Они, точно соты, пронизывали верхнюю треть стены. Некоторые отверстия горели изумрудным, желтым, рубиновым светом, другие казались угольно-черными.

Светящиеся отверстия образовали на стене правильные геометрические фигуры — квадраты, ромбы, равносторонние треугольники, равнобедренные трапеции. Темные отверстия отделяли одну группу фигур от другой тик же как точки отделяют фразу от фразы.

«Неужели эти фигуры эквивалентны каким-то словам?» — подумал Озеров, всматриваясь в расположение треугольников и ромбов.

Это предположение подтвердилось. Цвет отверстий изменился. Рубиновые треугольники стали зелеными, на месте алых квадратов возникли синие. По стене как бы пробежала светящаяся надпись, составленная из разноцветных фигур.

Что означали красные треугольники? Какому земному понятию соответствовал синий ромб? Роковой или благоприятный для него, Озерова, смысл таился в оранжевой трапеции, которая, вспыхнув на мгновение, сменилась голубой?

Борис Федорович не понимал языка светящихся фигур.

После того, как фигуры на стене, меняясь местами, несколько раз вспыхнули, передав кому-то какое-то сообщение, все отверстия потемнели, а внизу, вдоль стены зажглись фонарики, наметившие узкий и прямой проход.

Борис Федорович, словно подчиняясь приказу, пошел между светофорами. Позади его гасли одни огни, впереди вспыхивали другие. Освещенным все время оставался только участок в восемь-девять метров.

Озеров как бы плыл сквозь тьму, не видя того, что его окружает, не зная, куда ведет этот узкий, ограниченный разноцветными огоньками проход, не ведая того, что произойдет с ним в конце его.

Наконец он очутился в комнате с многочисленными плоскими и криволинейными зеркалами, линзами, овальными экранами, металлически поблескивающими приборами. Некоторые напоминали рентгеновские аппараты, другие — энцефалографы, применяемые врачами при изучении патологических процессов в головном мозгу.

Перед одним экраном стояло кресло. Борис Федорович, повинуясь чьему-то приказу, опустился в него. Раздался звонок. Два криволинейных рычага прижали Озерова к изогнутой спинке кресла. На голову его опустился сетчатый колпак, в лоб уперлась холодная металлическая пластинка с двумя овальными прорезями для глаз.

Послышалось потрескивание электрических искр. Что-то загудело. По экрану побежали зеленые и фиолетовые змейки. Они перескакивали одна через другую, расщеплялись на части, сливались в двухцветную вздрагивающую полосу и то меркли, то наливались нестерпимо ярким светом.

Перед глазами мелькали радужные пятна Борис Федорович силился сомкнуть веки и не мог. Его попеременно бросало то в жар, то в холод. Руки и ноги онемели. В

висках возникла колющая боль. Казалось, еще минута-другая и череп лопнет, разлетится на куски.

Внезапно экран погас, потрескивание прекратилось, рычаги, сжимавшие грудную клетку, разомкнулись. Озеров, жадно глотнув широко раскрытым ртом воздух, впал в сомнамбулическое состояние.

В течение нескольких следующих дней Озерова не покидало ощущение того, что из него «высасывают» знания подобно тому, как пиявки высасывают кровь.

Ему казалось, что все, годами хранимое памятью, покидает мозговые полушария через пластинку с рожками, выполняющую роль своеобразного насоса.

По— видимому, рожки служили антенной и излучали радиоволны, порожденные биотоками. Токи эти ослабевали, когда Озеров находился в пассивном состояния, и усиливались, как только он погружался в тревожные размышления.

«Они превратили меня в подопытное животное, — думал Озеров, — и экспериментируют со мной так же, как физиологи и врачи с кроликами, морскими свинками, мышами. На тех действуют антибиотиками, им впрыскивают токсины, их периферическую нервную систему подвергают воздействию импульсных ультразвуковых волн. Бедные четвероногие не знают, ради чего им причиняют столько страданий, лишают их возможности свободно резвиться, грызть морковку, лакомиться салатом. Они не подозревают, что мы, люди, ценой жизни тысяч низших организмов победили чуму и холеру, тиф и дифтерит.

Я попал в аналогичное положение. Меня лишили свободы. Однако я не бессловесное существо, могущее только пить, есть и погружаться в безмятежный сон. Мне присуща еще способность МЫСЛИТЬ. И это отягощает мое положение.

Знаю, что стал объектом радиотехнических экспериментов. Как ямуры расшифровывают кривые биотоков моего мозга, мне пока неясно, но я чувствую, что за мной наблюдают зорко, внимательно, неустанно.

Больше того. Они каким-то способом воздействуют на мое психическое состояние и могут заставить возбуждаться и впадать в оцепенение, переживать страх и испытывать гнетущую тоску».

Приступы апатии сменялись периодами, когда Озеров жаждал бурной деятельности.

Бежать! Пока мозг не высох, пока из клеток памяти не извлекли их содержимое, пока ямуры не поняли всего, что они стремятся понять!…

В такие моменты Озеров начинал метаться по камере, быстро ходил из угла в угол, простукивал стены в надежде обнаружить какую-нибудь замаскированную полость или дверь, закрывающую потайной ход.

Бесплодность всех этих попыток доводила его до бешенства, приступы его дорого обходились пленнику: поглощали силы, опустошали сердце, изматывали нервы. Корни, питающие волю и гордый дух человека, расшатывались.

После одного из таких припадков, особенно изнурительного, Борис Федорович решил, что подобные расточительные бунты только ускорят роковую развязку.

«Надо взять себя в руки, — думал Озеров, постепенно успокаиваясь. — Не в моих интересах тратить впустую душевную энергию. Запасы ее на исходе. Самое разумное, что я могу, сделать, — это вооружиться терпением!»



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать