Жанр: Боевая Фантастика » Олег Волховский » Люди огня (страница 111)


ГЛАВА 2

Я поднял глаза: передо мной сидела Тереза. Она сорвала белое полупрозрачное покрывало, что лежало у нее на плечах, и накрыла костер.

Пламя мгновенно погасло. А ее лицо продолжало сиять, словно хрустальный сосуд со свечой. Она приложила палец к губам. Я замер.

Далекий гул вертолета.

— Это Марк, — одними губами сказала она. — Он за тобой.

Да, конечно, я и не сомневался, что это Марк, воскресший Марк, готовый выполнить любой приказ Эммануила. В этом что-то есть: умереть от руки друга. Он войдет сейчас сюда и просто скажет: «Пошли, Петр!» Или молча вынет пистолет и выстрелит.

— Это уже не Марк, — сказал я.

Рев двигателей приближался, прогремел над нами и снова начал удаляться.

Нас не заметили.

Когда гул затих, Терезы уже не было. Призрак исчез. Я залез наконец в спальник и мгновенно заснул.

Тереза была там, в моем сне. Мы сидели у костра и разговаривали. Пещеры не было: бесконечная пустыня и небо над нами, полное бесчисленных звезд.

— Где мы?

— В Чистилище.

— Я люблю тебя.

— Ты любишь Бога.

— Я служил Дьяволу.

— Ты искал, но не нашел. Ты ошибся.

— Моя ошибка слишком дорого стоила.

— Ты искал…

Проснувшись, я решил пробираться в Яффу. Был вечер, алое небо над алыми скалами. Оставшееся расстояние можно было вполне преодолеть за одну ночь.

Пока догорал закат, я включил дешевый карманный радиоприемник, который добыл в том же супермаркете, что и все остальное. Среди прочих малоинтересных новостей и привычных сообщений о катаклизмах промелькнула информация о том, что Япония заявила об отделении от Империи. Началось! Я сочувствовал Варфоломею.

Яффа оказалась грязным лабиринтом каменных развалюх к югу от чистого и современного Тель-Авива. В последний я сунуться не решился.

Где легче затеряться: в большом городе или в предместье? Учтем, что я не могу пользоваться ни гостиницами, ни магазинами, ни даже общественным транспортом. Везде оплата по кредитке. Костры из наличности догорели более года назад. Лучше всего найти какую-нибудь трущобу, заброшенный дом или долгострой, а такие вещи более характерны для окраин и бедных районов.

Была еще одна проблема. Дело в том, что у меня кончилась вода. Израильский город в этом плане отличается от пустыни только наличием воды как раз в тех местах, куда мне не следовало соваться. Фонтаны здесь водятся, но редки, как плезиозавры. В Яффе я их не обнаружил. Был еще один источник: к каждому дереву на улице подведена отдельная трубочка, которая доставляет воду. Мне оставалось грабить зеленые насаждения. Но таковые были характерны для центра, а не для бедных городских окраин. Пришлось сунуться в центр.

В городе было полно полиции. Старый порт оцеплен. По мою душу. Именно по душу! Насколько же это верно в моем случае! Я усмехнулся. И Марк, и Эммануил — оба прекрасно меня изучили и заранее знают все места, где я могу появиться.

От полицейских лучше держаться подальше. Двухдневиое путешествие по пустыне плюс отсутствие душа и нормальной постели скрыть сложно. Наверное, им и приказано останавливать таких запыленных субъектов, как я.

Дерево нашлось. Как раз недалеко от старого порта, а значит, и от оцепления. Я успел наполнить бутылку и сунугь в рюкзак, когда вдали, за цепью солдат, увидел Марка. Он разговаривал по сотовому, повернулся и посмотрел в мою сторону. Я метнулся в подворотню и вжался в стену.

Марк! Это всего лишь Марк! Лучший друг, который не однажды спасал меня и которого я не спас. Что означает смерть и воскресение от Эммануила? Что он делает? Забирает душу или дает часть своей души? Это уже не Марк! В любом случае…

Раздались шаги.

— Он здесь!

Я кинулся во двор, вылетел в переулок, узкий каменный грот между двух глухих рядов зданий. Изнанка города. Закрытые двери. Я дергал все! И позади голос Марка, по-моему, в мегафон:

— Стой, Петр! Я узнал тебя! Не делай глупостей. Я сейчас прикажу стрелять.

Пробежка в сорокаградусную жару не для моего сердца, отравленного неумеренным потреблением кофе и избалованного сидячей работой. В глазах темнело, кровь стучала в висках и кололо в боку на уровне пояса. Что там? Печень что ли?

Вот, кажется, то, что надо: ржавая лестница. Можно выбраться на крышу. Дома стоят вплотную друг к другу, а значит, по крышам можно уходить, как по улицам.

Раздались выстрелы. Не задели. Пока.

Я был уже наверху: плоская крыша с несколькими черными цистернами. Здесь в таких греют воду. Ни тебе котельной, ни угля — работа солнца. Я упал за одну из бочек.

Выстрел. Из дыры рядом со мной потекла струя теплой воды. Еще.

Голос Марка:

— Петр, ты только умрешь и воскреснешь. Я через это уже прошел. Кстати, должок за тобой! У тебя моя тетрадь.

Я оглянулся: в полуметре от меня — край крыши. Я откатился к нему и посмотрел вниз. Прямо подо мной был балкон с деревянным ограждением. Дерево черное и гнилое. Балкон казался запущенным. Я перевалился через низкую ограду крыши и повис на руках. До балкона оставалось метра полтора. Я отпустил руки. Передо мной была балконная дверь. Замок сломан. Бог хранил меня. Дом был пуст.

Облупившаяся краска стен, на полу слой пыли. Надо уходить. Рано или поздно Марк заметит и балкон, и пустую квартиру.

Я пробрался к выходу и вынырнул в еще одну каменную кишку. Несколько поворотов, просвет в конце. Я боялся увидеть там полицейского: нет, пусто. Вдалеке, слева от меня, спины оцепления.

На окраине города я нашел заброшенную стройку. Металлическая конструкция с перекрытиями полов, но еще без стен. Один из амбициозных

проектов Эммануила, на которые не хватило средств.

Больше всего на свете мне хотелось спать. Я расстелил спальник прямо на бетонных плитах — постель не из лучших — и заснул с мазохистской мыслью: «Так. тебе и надо за все, что ты успел натворить».

Проснулся я на закате, с трудом разжег костер и приготовил себе нехитрый ужин. Продуктов осталось еще дня на три. Что я буду делать потом? Ладно! Проблемы будем решать по мере поступления.

На территории недостроя не горело ни одного фонаря, только вдали, в порту, виднелись городские огни, но и они погасли ровно в одиннадцать.

Может ли Марк обшарить все трущобы? Пожалуй! Яффа — небольшой город. Я решил не рисковать и погасил костер, хотя было довольно холодно. Потом заполз обратно в спальник и решил добрать недостающие часы сна.

Меня разбудил церковный хорал. Я вылез из спальника, накинул куртку, взял очки и пошел на звук.

Лестница в подвал. Там внизу какой-то свет, который отражается на перекрытиях потолка над лестницей. Я надел очки и начал спускаться.

Подвал был почти достроен, в отличие от надземной части здания. Горят свечи. Толпа людей. Молятся. По-старому — это я понял сразу. Я встал у стены поодаль от остальных. Мессу служил лысоватый старик. Я не сразу узнал его, потому что он был плохо виден за головами молящихся.

— Что вы здесь делаете?

Рядом со мной возник молодой человек, чем-то похожий на Марка: широк в плечах, держится по-военному, волосы коротко подстрижены.

— Слушаю, — ответил я.

— Снимите очки!

— Пожалуйста.

Я снял очки правой рукой, словно демонстрируя Знак. Сложил их в руке и поднял голову.

— Петр Болотов?

— Угу. Телевизор смотрите.

Он был растерян. Беспокойно озирался по сторонам — ожидая то ли помощи, то ли моих воображаемых спутников.

Наконец спросил:

— Мы арестованы?

Я покачал головой.

— Нет.

Он тронул за рукав ближайшего молитвенника.

— Позови отца Иоанна.

— Он служит.

— Может быть, стоит прекратить службу…

Второй «погибший» взглянул на меня, и челюсть у него отвисла.

— Сейчас.

Очевидно, Эммануил не объявил о моем бегстве, и меня все еще считали облеченным властью.

Пение стихло. Сквозь толпу к нам протискивался старик в белой одежде. Наконец я узнал его: тот самый соратник Плантара, который требовал моей смерти в замке Монсальват, а потом летел со мной одним рейсом Рим-Иерусалим. Если они мне сейчас устроят показательную казнь, потом явится Марк, найдет мой труп и доставит Эммануилу. Он воскресит меня. И через два дня, и через три, и через четыре. Я это наблюдал на примере Якоба Заведевски. Возможно, время вообще не играет для него роли. Недаром он так легко отпустил меня, знал: уйти невозможно. Все дороги мои свернулись в спираль и сошлись в одной точке, имя которой Эммануил.

Старик остановился передо мной. Узнал сразу. Нас окружила толпа.

— Что вам нужно?

Спасения, помощи, приюта… Я бы сказал это Терезе, но Тереза умерла. Я не был склонен всерьез воспринимать свои сны и галлюцинации. Отцу Иоанну я этого не скажу.

— У меня дело к вашему королю.

— Его здесь нет.

— В Яффе или в Палестине?

— Неважно.

— Передайте, что я ищу с ним встречи.

— Передадим, а теперь уходите.

— Да, конечно. Кстати, с кем имею честь?

— Это Иоанн Богослов! — с придыханием объявил молодой человек, который первым заметил меня.

Отец Иоанн посмотрел на него косо. Похоже, он не хотел такого громкого представления.

— Да, конечно, — усмехнулся я. — Иноверца не следует принимать в своем доме и даже приветствовать. Ибо приветствующий его принимает участие в злых делах его. Второе послание, кажется?

— Уходите! — повторил старик.

— Да, да, понимаю. Не стоит портить паству.

Я направился к лестнице. У ступеней обернулся.

— Вы бы тоже уходили. Меня ищут. Здесь все обшарят ради меня. Попадете под горячую руку.

Старик молчал. Спросил бы хоть: «Почему ищут?» Чего он ждал? Что я брошусь ему в ноги и буду просить о милости? Не буду! Даже Эммануила не просил.

Я вернулся к своему костру и сел по-татарски на бетонный пол. Выхода не было. Даже если я смогу встретиться с Плантаром, это вряд ли что-нибудь изменит. Я всё равно не знаю, где Копье. Так, догадка. Марк весьма подробно описал путь в Эммануилову Святая Святых, место тайных жертвоприношений. Точнее, Антисвятая Антисвятых. Там была зеленая чаша. Мне казалось, что там же должно быть и Копье. Две реликвии, которые ее освящают.

Мой второй разговор с Плантаром не то чтобы получился, но был все же лучше первого. Но тогда я обладал властью и, следовательно, мог пригодиться. А теперь — кому я нужен? Кому я нужен, кроме Антихриста?

Я Эммануилов, я его. И бороться с этим так же нелепо, как со сменой времен года. Данность, непреложный факт. Может быть, в начале я и мог бы уйти. Теперь — нет. Уйти невозможно! Марк попробовал…

Вариант Марка. Попилиться, что ли, перочинным ножом? Нет смысла. Антихристу все равно, живым он найдет меня или мертвым. Марк не желает мне зла, потому что больше не считает злом то, что с ним случилось. Надо просто сесть и дождаться Марка.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать