Жанр: Боевая Фантастика » Олег Волховский » Люди огня (страница 2)


Я был растерян. Мне следовало бы остаться одному и собраться с мыслями. Отрицать все, вероятно, бессмысленно, Но говорить можно только то, что им и так известно. Я попытался вспомнить свою переписку.

Отец Александр внимательно смотрел на меня.

— Считайте, что это исповедь, Петр. Вам надо облегчить душу. Вам надо очиститься. А вы только больше грешите ложью, гордыней и несмирением. Вы должны быть покорны католической церкви!

— Я верный католик!

— Тогда мы вас слушаем… — отец Александр сделал паузу, но она осталась незаполненной. — Что ж, — печально продолжил он, — тогда я должен с глубоким прискорбием сообщить вам, что мы будем вынуждены допросить вас по-другому. — Он изучающе посмотрел на меня. — Завтра. Пока мы с вами расстаемся. Уведите! — приказал он полицейскому, стоявшему у двери за моей спиной.

Тюремный коридор был ярко освещен. Грязно-оранжевые двери камер на фоне отвратительной зелени стен. Мою камеру приоткрыли ровно настолько, дабы я мог в нее протиснуться, — наверное, чтобы больше никто не убежал. Я вошел и открыл рот.

Мой сосед-кришнаит висел сантиметрах в двадцати над кроватью все в той же позе лотоса и вид имел отрешенный. Между ним и кроватью ничего не было. Я готов в этом поклясться! Глаза его были полузакрыты, но грохот запираемой двери вывел его из оцепенения. Он посмотрел на меня и медленно опустился на одеяло.

— Я созерцал Вселенский Образ Господа Кришны, — извиняющимся тоном объяснил он.

— Но ты же… Этого не может быть! Если только ты…

— Если только я не бессмертный? Среди верных Господа Кришны немало бессмертных, но я еще молод. Рано об этом говорить.

— Этого не может быть, — повторил я. Конечно, бессмертные могли подниматься над землей в церкви во время службы. Однако то святые, им положено. Однако кришнаит!.. — Бессмертия могут достичь только те, кто верует в Иисуса Христа! — упрямо провозгласил я.

— Это отцы-иезуиты тебя научили?

Я промолчал. В общем-то, конечно, кто же еще?

— Ну как ты? — участливо поинтересовался Андрей. — О чем тебя спрашивали?

Я сразу вспомнил обстоятельства допроса и в отчаянии ударил кулаком по кровати.

— Меня сожгут, — обреченно сказал я. — А сначала будут пытать.

— Не мели чепухи! Уже лет триста никого не сжигали. Обвинение-то какое?

— Колдовство. И связь с одним незарегистрированным орденом.

— Ты что, убил кого-нибудь? — испугался кришнаит.

— Нет, конечно. Просто ходил на одну оккультную тусовку.

— Хм… Если они будут заниматься каждой оккультной тусовкой, у них крыша поедет. Что-то здесь не то… Петр, видишь скомканную бумагу на столе?

— Ну?

— Подожги!

— У меня забрали спички.

— Идиот! Взглядом подожги!

— Ты что, смеешься?

Андрей внимательно посмотрел на меня, потом перевел взгляд на бумагу — и она мгновенно вспыхнула.

— Колдун хренов! — сделал он очевидный вывод о моих магических способностях. — Ладно, еще о чем спрашивали? — как ни в чем не бывало продолжил он. — Что за орден?

— «Ordo viae». Есть такой в Екатеринбурге.

— В Екатеринбурге, говоришь? — он призадумался, потом полез под подушку и извлек оттуда слегка помятый журнал.

«Вестник Святейшей Инквизиции», — с удивлением прочитал я.

— Ты читаешь эту гадость?

— Другого здесь не дают, приходится довольствоваться малым. Здесь статья интересная. Про какого-то екатеринбургского пророка. Толпы собирает, чудеса творит, мертвых воскрешает. Нет, они, конечно, пишут, что все это обман и дьявольская прелесть, и предостерегают верующих. Но тебе это не кажется странным совпадением? Там Екатеринбург, здесь Екатеринбург.

— Это большой город.

— Да, но инквизиторов гораздо больше интересуют новоявленные мессии, а не тусовки и неблагословленные ордена. А мир тесен, знаешь ли.

— Ну и чем это для меня кончится?

— Очевидно. Выжмут из тебя все, что имеет хоть какое-то отношение к этому парню, и отправят на исправление куда-нибудь в Оптину пустынь месяцев на шесть.

— А пытки?

— Брось! Максимум, что тебе грозит — это детектор лжи.

— Откуда ты все это знаешь, бхакт и друг [7]?

— Экий ты эрудированный. Я здесь давно. У меня сменилось много соседей. Насмотрелся я на вас.

— Давно — это сколько?

— Три года.

Я оторопел.

— Но это же предварительное заключение!

— А что еще со мной делать? В монастырь отправлять смешно — я иноверец. Казнить? Времена не те. Между прочим, тюрьма очень эффективно сжигает дурную карму и добавляет тапаса.

И он вновь принял позу лотоса, положил руки на колени ладонями вверх и погрузился в медитацию.


А ночью началась гроза, странная какая-то гроза, неправильная Небо не гасло ни на секунду от частых молний, а раскаты грома слились в один непрерывный гул, смешанный с ревом ветра. Вдруг у нас в камере погас свет, тусклый тюремный свет, который не выключали ни днем ни ночью. Это нас жутко обрадовало. Наконец-то можно поспать спокойно Пусть уж лучше гроза.

А утром меня снова повели на допрос, но на этот раз мы не поднимались вверх, а спускались вниз, что, мягко говоря, не обнадеживало. В небольшой комнате без окон, с голыми каменными стенами, освещенными мертвенно-бледным электрическим светом, меня встретил отец Александр. Других инквизиторов не было, только еще какой-то молодой монах с печальными глазами, неизменный нотарий да невысокий полный человек, вида весьма цивильного.

— Ну,

надумали говорить? — поинтересовался отец Александр.

— Мне нечего вам сказать.

— Петр, я буду с вами откровенен. Вы сами не понимаете, во что ввязались, и ваши друзья тоже. Это дело чрезвычайной важности. Его курирует сам отец Иоанн, о нем известно папе! Вы думаете, что применение пыток — пустая угроза? Это не так! Несколько дней назад мы собирали совет, на котором было решено в данном случае отступить от трехвековых традиций увещевания и милосердия и вернуться к старинным методам допроса. У нас нет времени вас уговаривать! Возможно, уже поздно. Нет, дело конечно не в вас и даже не в «Ordo viae». Недавно в Екатеринбурге появился человек, который может представлять угрозу для всех. Он слишком опасен! Нас интересует все, что с ним связано.

Я заколебался. Друг кришнаит как в воду глядел! Отец Александр заметил мои сомнения и впился в меня взглядом.

— Назовите имена. Всех, кто общался с этим орденом. Вы им не повредите. Они нам нужны только как свидетели.

«Нет! Им нельзя верить. Не раскисай!» — сказал я себе.

— Нет! — вслух сказал я.

Отец Александр обреченно развел руками.

— Ну, я сделал все, что мог, — сказал он сводам тюрьмы. — Читайте! — кивнул он нотарию.

— Мы, судья и заседатели, — начал нотарий, — принимая во внимание результаты процесса, ведомого против тебя, Петра Болотова из Москвы, Московской епархии, пришли к заключению, после тщательного исследования всех пунктов, что ты в показаниях своих сбивчив и противоречив. Имеются к тому же различные улики. Их достаточно для того, чтобы подвергнуть тебя допросу под пытками. Поэтому мы объявляем и постановляем, что ты должен быть пытаем сегодня же в семь часов утра. Приговор произнесен.

Я прикинул, что до семи осталось минут пятнадцать. Хреново, однако! Ноги были как ватные.

В этот момент сверху послышался шум и приглушенные крики. Отец Александр посмотрел на дверь.

— Идите выясните, что там происходит, — приказал он одному из полицейских. — А мы идем вниз. Я не собираюсь терять время.

Мы спустились по узенькой каменной лестнице, освещенной таким же противным светом, и оказались в комнате, живо напомнившей мне эпизоды старинных романов. Раскаленные угли, щипцы, плети, кошки… Какие-то совершенно незнакомые мне приспособления. Признаться, только теперь я по-настоящему испугался.

— Вы хоть знаете, как всем этим пользоваться? — дрогнувшим голосом спросил я.

— Сохранились средневековые пособия, — любезно пояснил отец Александр. — Там все расписано по пунктам со схемами и иллюстрациями. Очень доходчиво. Брат Лаврентий, поставь бульончику подогреть, пожалуйста, — обратился он к монашку. — Кстати, Петр, это доктор Фотиев, врач, — он кивнул в сторону полного человека в цивильном. — А то мы люди неопытные, переборщить можем.

Я сглотнул слюну. Нет, невозможно! Чтоб в наше время! Запугивают. Да и отец Александр не похож на палача. Хитрый, конечно, как бес, скользкий, как угорь, сладкий, как трупный запах. Но чтоб пытать!

Вернулся брат Лаврентий.

— Начинайте! — бросил отец Александр.

Меня молниеносно раздели этот самый Лаврентий и один из полицейских и связали руки за спиной. Я оторопел от неожиданности. Стало холодно и чертовски неуютно.

— Лаврентий, с чего обычно, — произнес отец Александр и улыбнулся мне: — Вы у нас уже не первый.

Я посмотрел на монашка. Слишком светлые глаза, нет, не печальные, показалось. Злые. Слишком светлые прямые волосы, слишком бледная кожа, слишком тонкие пальцы. Паук!

— Монах-палач! — воскликнул я.

— Что поделаешь, — печально ответил священник. — Профессионалов все равно не осталось. А брат Лаврентий — единственный из нас, кто согласился исполнить этот скорбный долг. Кстати, Петр, я забыл сказать; вы в любой момент можете заявить, что хотите сделать признание. Пытка будет немедленно остановлена.

Я почувствовал, что мои руки еще к чему-то привязывают. «Дыба», — понял я и ошарашенно посмотрел на отца Александра.

— Да, вы угадали, — кивнул тот. — Вы ничего не хотите сказать?

— Нет. — Вот теперь они точно ничего от меня не узнают, решил я.

Веревка натянулась, ноги мои оторвались от пола, и я охнул от боли. Несколько секунд я не осознавал окружающего, но вдруг веревка ослабла — и я упал. Что-то изменилось — казалось, ко мне потеряли интерес. Рядом с отцом Александром стоял тот самый полицейский, которого послали наверх узнать о причине шума, и что-то взволнованно объяснял ему. Лицо брата Лаврентия стало еще бледнее, хотя это казалось невозможным, а откуда-то сверху доносились крики и топот множества ног.

— Развяжите! — с досадой бросил священник палачу, но было уже поздно. В комнату ворвались какие-то люди, явно не имеющие отношения к духовенству. Они были вооружены и настроены весьма агрессивно. Худой жилистый человек лет тридцати с лишним, вероятно предводитель, яростно смотрел на инквизиторов.

— Взять их! — крикнул он остальным, и толпа набросилась на отца Александра и брата Лаврентия. — Взять, я сказал, — повторил он, и его товарищи несколько расступились.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать